Эффект Бали - Диана Лилит

– Да, Бали – это батут в твоей блогерской карьере. Все любят Бали, как и котиков. Когда я впервые приехала сюда с целью написать материалы про секс-вечеринки и тантра-курсы, я подняла сто тысяч подписчиков. Потом я вернулась в Москву, и охваты у меня упали в два раза.

Кристина ахнула от испуга.

– И я поняла: это рай для контента, рай для заработка. Если у тебя здесь пойдет в гору, сделаешь авторский тур.

– Мой профиль больше маркетинг, а не трэвел.

– И что? Маркетинг на Бали. Разве не звучит? Тут все продается в разы лучше.

– Честно говоря, я уже начинала думать об этом.

– Или займись energy healing[29].

– Не, знаете, – Кристина рассмеялась, стараясь разрядить обстановку, – это не мой профиль.

Она еще чувствовала некоторое отторжение к этим разговорам об эзотерике, женской энергии и йоге. Что-то в ней назойливо одергивало ее назад, заставляя вспомнить, кто она есть на самом деле. Маркетолог, профессионал, бизнесвумен, она и есть фильм «Дьявол носит Prada» на ножках. Она – о фарфоровых чашках эспрессо и круассанах, о том, как правильно настроить таргет и наконец-то стать жаворонком. Как быть продуктивной, уверенной и изысканной. Вся это хиппи-балийская тема, разумеется, привлекала ее, но Кристина пока не могла ее принять. Она слишком долго оттачивала свой образ, чтобы отступиться.

А еще она откровенно завидовала. Завидовала их ярким фото, их расслабленной жизни, тому, что у них блогерское преимущество и им не нужно каждый раз думать, как бы так сфоткаться на Патриарших и где бы еще локацию с белой кирпичной кладкой найти. Кристина выживала в серых тонах, училась любую забегаловку фотографировать так, словно та находилась в Париже. Им же все подавалось на блюдечке. Бали и правда создан для «Инстаграма». Блюда, интерьер, цвет листвы – все это прямо кричало «Сфоткай меня!», все это – эстетичный стереотип, что поднимал активы на рынке человеческой личности.

Кристина с ужасом думала о возвращении. О всех пресетах Lightroom и недостаточном освещении. О метро, не дай бог метро. О том, как эту окружающую красоту у нее отнимут.

– Бали серьезно наказывает за неверие, – смеется одна. – Когда я приехала сюда впервые, боже, какая истерика у меня была.

– У меня тоже!

– Я запиралась и ревела в ванной. Я проходила такие кармические муки. У меня отменялись рейсы, срывалась реклама, я уронила телефон в океан и многое-многое другое. Я бесилась, злилась и проклинала. И Бали чувствует это и отвечает тебе взаимностью.

– Да-да, это место всегда отвечает взаимностью.

– Я стала практиковать йогу, медитацию, хотя до этого была только на кроссфитах. Но кроссфиты и силовые – это не для Бали. Здесь ты заново научишься чувствовать свое тело, плавно и с любовью. Здесь нет места насилию. И медитация. Медитация – обязательно.

– Как тут не замедитировать, когда такси не едет три часа, ха-ха.

Шутка им не понравилась.

– Если такси не едет, значит, не надо туда ехать.

Кристина в это не верила. Первый ее пост назывался «Перестань искать себя, а сделай себя». Self-made womаn. Если у нее не едет такси, значит, она пойдет пешком, а лучше напишет жалобу. Если упадет в океан телефон, она поднимет всех, но починит его. Да она просто не уронит телефон в океан. В отличие от них всех, она ответственная.

У Кристины даже с астрологией не клеилось. Вместе с подругами она обращалась и к Таро, и к звездам, но всегда оставалась скептична. Человек сам отвечает за свою судьбу. К звездам и к Таро прибегают от отчаяния и желания, чтобы кто-то поверил или сказал что-то за тебя, переложил ответственность. Кристина верила в визуализации, верила в техники желаний, но никогда не полагалась на них. Для нее это был способ понять, чего она действительно хочет.

И ее путь в «Инстаграме» начался с того, что она осознала: ее лента и есть карта желаний. В «Инстаграме» у нее все было под контролем, она может построить там такую жизнь, какую хочет, – и ей все поверят. Не можешь бегать по утрам? Сними сторис, как ты бегаешь по утрам. И все в это поверят. Нет клиентов – выдумай их. СММ для нее – такой же инструмент, как визуализация. Плевать, что это ложь. Если верят другие, если ставят лайки, шлют в ответ «огонечки» – это правда. Кристина будет создавать свою правду.

Но все эти energy healing, «женская энергия», Кристина была уверена, – это для тех, кто не умеет работать и добиваться. Если ты не умеешь пахать по двенадцать часов в день, то тогда хотя бы помедитируй час, чтобы стать увереннее в себе и женственнее. А Кристина за это время поднимет бабло и инвестирует его в свою красоту. После медитации ты не будешь чувствовать себя красивой, а после уходового бьюти-бокса за двадцать тысяч – будешь. В это она верит.

Конечно, она не была ярым скептиком. Ее манили рассказы о сладостном Бали, где исполняются все желании, где другие вибрации. Она хотела бы в это поверить, честно. Но полагаться только на это не могла. Как можно поверить в то, что какое-то место за тебя все устроит?

– Тебе нужно попробовать тантру. У тебя очень зажатая аура, много скоплений негативной энергии.

– Если бы вы знали, с кем я живу.

– Осторожно. Я как-то поругалась с подругой, и в тот же вечер она упала с байка, а я повредила ногу в бассейне.

– В Москве негатив повсеместен, и его можно использовать как ресурс. Там такие вибрации. На Бали же – не смей.

Кристина натянула улыбку. Она-то надеялась, что хотя бы им сможет пожаловаться на тот неадекватный, изощренный биомусор, с которым ей приходится жить. Иногда у нее и правда возникало желание задушить их всех ночью подушкой. Столько неадекватности, столько истерик она давно не видела. Какие-то постоянные разборки, ссоры. Она слышит, как Марго Севе пересказывает всю дрянь, которую делает Глеб, и как они обсуждают ее за спиной. Леша – вообще инфантильный придурок, который совершенно оторван от реальности и не может за собой даже чашку помыть. Глеб – разочарование года. Оказывается, привлекательным он может быть только на своих тусовках, сейчас же это просто ничтожество, а не мужчина. Он абсолютно потерян: либо напивается, либо где-то бродит по округе. Они даже не спят в одной постели, он отрубается на диване. Еще он ничего не может сделать без Марго.

Самое ужасное начинается, когда в этой компании появляются вспышки нежности. С каким пафосом, с