Первый встречный - Полина Грёза

— Расскажи мне про Лилю, Витя. Что произошло? Вы ведь друг на друга надышаться не могли?

— Вы с Лёхой тоже… А видишь, как обернулось… Просто люди со временем меняются. Страсть проходит. И в этот момент должно остаться что-то взамен. Взаимное уважение, дети, духовная привязанность, наконец. И если этого нет, люди разбегаются. А бывает, появляется кто-то, перед кем старые отношения меркнут. У меня вот Литвин так Лильку увёл. Влюбилась в него, как кошка, начисто крышу снесло. А он попользовался и через месяц бросил… Сам наказал за предательство, получается. А я простить так и не смог…

— Честно, Вить? Я не приемлю такого понятия — увести. Нельзя забрать из семьи человека, который любит. Он сам не уйдет. Да, Роман, когда хочет, умеет пустить пыль в глаза, быть обаятельным и благородным, красиво ухаживать. Этакий принц на белом коне. Ещё он хороший психолог. Опять же, ум, чувство юмора и подвешенный язык. Нам, бабам, такие нравятся. Но, если действительно любишь, всего этого недостаточно. Допустим, три года назад я бы на него даже не глянула. Для меня муж был светом в окошке. — А почему вы с Лёхой развелись? Ведь у вас как раз были и любовь, и уважение и дети хорошие? Почему люди расстаются после стольких лет брака?

— Деньги развращают людей, Витя. И власть, которую они приносят. Сейчас Тихонов совсем не тот человек, за которого я выходила замуж. Алексей стал королём города, практически всемогущим. Все делается по его желанию и с его разрешения. С ним стали считаться, советоваться, и он наслаждается этим. Постепенно его перестал устраивать мой образ жизни, работа. Он хотел иметь рядом с собой королеву, себе под стать, а я застряла в образе простого врача. Попытки меня переделать не принесли успеха, и это раздражало. Тогда Лёша решил ломать меня морально, чужими руками. Сломал. Интригами, обманом и подкупом — обязательными атрибутами власти. Но своего так и не добился. Я не смогла жить с таким человеком.

— А Литвин-то твой на нас глядит и тихо бесится, — Виктор бросил удовлетворённый взгляд на столик, где Роман беседовал с клиенткой, — Смотри, его прям выламывает… Не ожидал. Как удаётся такого хищника на коротком поводке держать? С его-то многотомным послужным списком? Вон, глазищами зыркает, не оторвётся никак. С удовольствием бы мне врезал, но нет, стейк мучает, подойти не смеет.

— А я его не держу. От слова совсем. Да и не знаю можно ли вообще такого привязать, если он сам не хочет. Насчёт него не обольщаюсь. Понимаю, что эти отношения — не навсегда, чего бы я там себе не напридумывала. И честно об этом говорю. Мы вместе, но без обязательств. Не знаю сколько это продлится. Месяц, два, полгода? Не думаю, что дольше… Без измен и пока обоих всё устраивает. Хочет быть со мной — хорошо. Не хочет — всё равно не удержишь. Я не ограничиваю свободу. Пусть летит. Только обратной дороги не будет. Как и права на ошибку. И он об этом знает.

— Сурово. У тебя не забалуешь…

— А он меня так и зовёт — суровая принцесса.

— Романтик. Надо взять на вооружение. Твоя схема, конечно, рабочая. Только в ней нет места чувствам. С твоей стороны, по крайней мере.

— Ну почему же… Чувства есть. Я никогда бы не легла в постель с мужчиной, к которому ничего не испытываю. И когда мы расстанемся, а это неизбежно, буду долго реветь в подушку. Только вот ему об этом знать совсем не обязательно…

33. Роман. И ты тоже?

Роман с тихой злобой со своего места наблюдал как Барканов разговаривает с Ксенией. Вроде, и причин особых нет, а внутри всё кипит и клокочет.

Вот о чём они так мило беседуют, что обоих придушить хочется? Виктор наклоняется вперёд, трогает её руку, улыбается. Ксения внимательно слушает, отвечает. Лица не видно, но она расслаблена, понятно, что ей с ним комфортно. Куча общих тем. Конечно, он ведь врач. Да ещё однокурсник. Есть что обсудить со старым другом.

Ага, конечно. Этот душка как с Лилькой развелся, пустился во все тяжкие. Баб меняет, как дышит. И на Ксюшу облизывается, будто кот на сметану… И делает это демонстративно, чтобы Роман видел. Смотреть противно. Так бы и врезал по этой ухмыляющейся физиономии…

Ладонь свою поверх её положил. Скотина похотливая. И на него, Романа, взгляды бросает ехидные. Испытывает, сканирует, читает реакцию. Экспериментатор хренов. И нашептывает ей, наверное, какая неисправимая сволочь этот Роман Литвин и прочие гадости…

А самое страшное, что до недавнего времени всё это было правдой. Репутацию Казановы, которой ты так гордился, никуда не денешь. Только работает она сейчас против. Да и Барканов насквозь тебя видит, потому, что сам такой же. Стал. В том числе и по твоей вине… Неприятно…

Ну что, Ромочка, вот и догнала тебя подпорченная карма… Когда уже не ждал. Схватила за шкирку, прижала к стенке. Не получилось всю жизнь беззаботно развлекаться и менять женщин, как перчатки. Всё-таки пришла она, настигла… Сокрушительная, как взрывная волна. Чистая и искренняя. Негасимая и сумасшедшая. Сладкая и болезненная. Умом понимаешь что за чувство, только слово это произнести смелости не хватает… Даже наедине с собой. А вместе с ней появилась бешеная ревность. Просто разрывающая на части. Никто не смеет так смотреть на эту женщину, трогать, говорить что-то на ухо… Чертов Барканов…

Ксения встала с места и протянула Виктору руку. Прощаются. Он приобнимает её и невесомо прикасается губами к щеке. Животное. Пошел провожать до машины.

А как же он, Роман? Она, что, даже не обернётся? Не глянет? До такой степени разочарована признанием о Лиле? Обещала позвонить, как будет готова…

Беги за ней, идиот. Выплёскивай всё, что на душе… Убеждай, признавайся… Расскажи про разговор с Тихоновым, наконец. И про то, что любишь… Не слушай её, будь твёрже. Не дай закрыть себе рот и перевести разговор на другую тему, как было уже несколько раз. Не будь