Имперский Курьер. Том 6 - Вова Бо

— Доброе утро, соня, — улыбнулся я.

— Г-господин, — девушка попыталась поклониться, но вместо этого с размаха врезалась лбом о столешницу. Я в последний момент успел вытащить из-под нее тарелку с яичницей.

Остальные лишь покосились на нее, но промолчали.

— Сядь ровно, — приказал я. — Расшаркиваться потом будешь.

— Да, господин, — она снова рефлекторно попыталась поклониться, но наткнулась на мой хмурый взгляд и замерла.

— Что случилось после того, как меня увезли? — спросил я.

— Я следовала за вами в ожидании приказов. Вы распорядились не применять свои силы против живых существ, если те не пытаются навредить вам или вашим слугам. Потому я не знала, что делать и просто держалась рядом. Но в крепость попасть не смогла, пришлось бы снимать маскировку. И не уверена, что и тогда бы получилось.

— Все сделала верно, — кивнул я.

— А потом… Не знаю, я просто потеряла сознание и все.

— Долго сидела возле крепости?

— Две недели, господин.

— Ого. Ну ешь тогда, чего слюни пускаешь.

Дважды предлагать не надо было. Джина набросилась на тарелку с таким остервенением, что чуть не расколола. Две недели, получается. Неделю готовились и уже неделю воюют. Интересно.

Блин, я же пропустил встречу с императором, получается. Надо бы позвонить Шмидту, извиниться, что ли. Хотя сейчас есть дела поважнее.

— Раз все доели, то предлагаю сразу в бой, — произнес я, допивая кофе.

— Пас, — произнес Александр. — У меня своих дел по горло. К тому же за мной уже отправили машину.

— Ну, как знаешь. Мы тогда пойдем.

Массовый перенос на точку с маяком я еще не делал. Но сожранный кристалл хорошо усилил мои возможности в плане пространственного перемещения. Так что я смог перетащить нас троих вместе с гомункулами, которые тоже начали приходить в себя.

Мы появились в небе над озером, так что я мгновенно создал платформу под ногами и поднял ее еще выше, чтобы рассмотреть обстановку.

— Что здесь вообще происходит? — спросил Федоров.

Удивительный человек. Неодаренный, но ему потребовалось всего семь секунд, чтобы освоиться на невидимой парящей поверхности. Даже во весь рост выпрямился, правда старался крутиться лишь на одном месте.

— Сейчас узнаю, — ответил я.

Усиленный скачок прямо в центр особняка, там быстро выхватываю рации у штабных, скачок обратно. Протягиваю Федорову наушник и сам тоже подключаюсь.

— На связи капитан… Барон Федоров. Командующий силами обороны, ответьте.

— Командующий граф Лисицын, — раздалось в наушнике.

— А почему у Лисицина голос точь-в-точь, как у Ника? — с усмешкой вмешался я в разговор.

— О, босс, вы вернулись. Я так, для солидности. Но граф не против, правда-правда.

— Не сомневаюсь, — с улыбкой произнес я. — Федоров за старшего, дальше сами разберетесь.

— Есть, босс.

— Доложите обстановку, — тут же включился в дело бывший капитан.

Я же просто присел на платформу, свесив ноги. И разглядывал территории вокруг. На земле пылало и чадило со всех сторон, причем явно давно. Местами заметно скопление сгоревшей техники. Еще больше почерневших воронок на земле, как будто бы жуки недостаточно поиздевались над этим местом.

А самое интересное, что ребята держали круговую оборону. То есть нас атаковали одновременно с двух сторон.

Основной фронт шел с земель Симонова. Как и предполагалось, ублюдок сдал территории без боя. Это хорошо, потому что именно с этого направления мы и ждали удара.

Второй фронт глубоко в тылу, на границе моих земель с Федоровым. Предположу, что это Симонов со своими наемниками.

До озер бои пока не добрались, тут вообще довольно людно и одних только мобильных баррикад с магическими щитами куда больше, чем изначально планировалось. Я разглядывал гербы, напрягая зрение на максимум.

Помимо наших с Федоровым, я заметил людей Лисицына, с десяток разных гвардий, это местные бароны и виконты. А еще люди без опознавательных знаков, зато с очень знакомыми лицами. Гвардия герцога Шмидта. Что ж, неожиданно и приятно.

— Федь, — отвлек я нашего командующего. — Давай ты куда-нибудь нас с Джиной отправишь для начала, а потом будешь с остальным разбираться.

Я прекрасно понимал, что для Федорова моя платформа в небе — отличный пункт наблюдения за полем боя. Что не разглядит сам, то подскажут ребята с земли. Хиса уже пристроилась рядом и в случае чего, прикроет капитана черным зеркалом.

А вот нам с Джиной здесь делать нечего. Девчонка — идеальный ассасин и диверсант, а пять Абоминаций — отличное трудно убиваемое мясо, которое можно смело отправлять в самое пекло. Сдохнут — не жалко.

Мне здесь тоже делать нечего. Командовать армией я не умею, максимум могу координировать небольшой отряд. Сам по себе я полезнее на земле, в бою. Был бы я при былых силах — другой вопрос.

Тогда бы, конечно, атаковал сверху. Но сейчас у меня в арсенале практически нет ничего, бьющего по большой площади. Где искать командиров — я без понятия. Да и должны же они были учесть опыт авангарда.

Так что для меня поле боя выглядело как несколько десятков хаотических стычек, разбросанных в разных местах. Кто с кем и почему — непонятно.

Можно, конечно, просто прыгать из одного места в другое и нести гостям тяжелое хозяйское гостеприимство. Но я тоже не бессмертный и уж точно не всесильный. Каждую минуту моих людей атакуют и стоит применить свои способности в тех местах, где от них будет максимальный эффект.

— Да, можешь как-нибудь уничтожить дирижабль? — быстро сориентировал меня Федоров.

— Какой дирижабль?

— Какой дирижабль? — округлились глаза Федорова.

— А-а-а…. О-о…

Я так сильно сосредоточился на том, что творится на земле, что проморгал огроменный, блин, дирижабль! Который медленно плыл прямо в нашу сторону, попутно сбрасывая вниз бомбы. К счастью, не очень метко.

А вот пушки под днищем работали более точно. Неприятно.

— Какой красивый, — произнес я, действительно немного восхищаясь этим чудом инженерной мысли.

— Дирижабль? Вражеский дирижабль?

— А что? Раз вражеский, то не может быть красивым? Ты только посмотри на него, как он медленно и грациозно разрезает облака. Какие плавные линии, — продолжал я нарочито громко нахваливать это чудо инженерной мысли. — На него можно смотреть вечно, наслаждаясь его величием. Настоящее чудо. Я бы сказал, не побоюсь этого слова, что перед