Последняя надежда - Феликс Эйли

Все три ноги ведьмы коснулись пола, и она зашагала в сторону Элеонор, протянув к ней руки. Девушка резко упала на пол. Тело ударилось о камень, но голова, к счастью, легла на ковёр – холодный и ворсистый. Боль стихла, хотя ещё долго отдавалась в коже и суставах. Элеонор посмотрела на посох и потянулась к нему. Если она возьмёт своё оружие…

Но Арабелла лишь громко рассмеялась и магическим рывком притянула девушку к себе. Холодная, сморщенная трёхпалая нога придавила голову Элеонор. Девушка пыталась высвободиться, но из-за магии Арабеллы могла только беспомощно дрыгать конечностями. И в отчаянной попытке Элеонор сотворила фиолетовый сгусток в руке, желая попасть в ведьму, которая упивалась её болью. Но Левски дотронулась до её кисти своими цепкими холодными пальцами, и магический заряд погас, даже не разгоревшись в полной мере.

– Я помогла тебе! – Арабелла склонилась над лежащей Элеонор, и та видела её злобное и довольное зелёное лицо, с которого спадали чёрные пряди волос, – я открыла тебе правду! И вот твоя благодарность!

Обжигающая боль снова вернулась к девушке, волнами проходя от головы до пальцев ног и обратно. Элеонор заорала от мучений, не в силах их вынести. А Арабелла хихикала и строила гримасы, наслаждаясь её страданиями. Элеонор чувствовала, словно нагрелась до белого каления. Боль волнами проходила сквозь каждый квадратный миллиметр её кожи, сквозь каждую клетку её тела. А ведьма, нависшая над ней, злорадно насмехалась, обнажив острые гнилые зубы.

Но вскоре зелёное лицо Левски перекосилось, будто ей стало очень неприятно, и она закрыла три глаза. Рука ведьмы медленно опустилась, а нога поднялась с головы Элеонор, и боль постепенно оставила девушку.

– Встань! – властным тоном приказала Арабелла.

Тело Элеонор само быстро встало на ноги. У девушки закружилась голова, но это было несравнимо с недавними пытками.

– Ты хотела меня убить и жестоко за это поплатилась, – голос Арабеллы звучал жёстко, но Элеонор могла расслышать в нём сожаление и даже некий надлом, – но я тебя прощаю в этот раз. Конечно, ты можешь взять Антуана и пойти к Аиду сама, но Гранд-Альянс уже начал действовать, и теперь наш план под угрозой.

Элеонор слушала ведьму, тяжело дыша от пережитого. Внутри неё затаилась сильная, звериная злость на эту зеленокожую тварь, но девушка понимала, что лучше Арабеллу не дразнить.

– Мы пойдём в атаку, – сказала Левски, – сейчас же. В Гранд-Альянсе наверняка ждут нового нападения, но их силы – ничто по сравнению с мощью легионов Ада и армии мёртвых.

– А что я должна делать, Арабелла? – тревожно спросила Элеонор, – поймать Антуана?

– Это всё слишком просто, – покачала головой ведьма, – Антуан сейчас находится далеко от крепости, и мы лучше подождём, пока он не вернётся и не увидит её руины. Может, тогда он тоже сам поймёт, что правда не за его жалкими друзьями и детскими иллюзиями, а за Тёмным Богом.

Внутри Элеонор скребли кошки. Она не верила в честность Арабеллы и не хотела играть по её правилам, но сейчас у неё не было другого выбора.

– Ты будешь в арьергарде, – расписывала план Левски, – демоны начнут атаковать крепость сами, а я вылечу вперёд и разведаю обстановку. Ну, а ты жди моего приказа и будь готова его выполнить. Будь готова убивать существ Гранд-Альянса, поскольку именно это приблизит нас к цели обоих.

– А что ты обещаешь мне взамен? – голос девушки дрожал от волнения.

Арабелла тихо хихикнула.

– Не иначе как у Аида ты научилась договариваться, – ответила ведьма, – если ты мне поможешь, то я обещаю вам с Антуаном тихую и спокойную жизнь. Я знаю один мир, одну планетку в далёкой галактике, куда дошли лишь слухи о Древних, Богах и демонах. Мы с Люциусом там раньше бывали. Из разумной жизни в том мире есть только люди, зато технологии опережают наши, потому что там не было апокалипсиса. И магия есть лишь в книжках и кино.

– А Аид доберётся до того мира? – уточнила Элеонор.

– Вряд ли, – покачала головой Арабелла, – там редко появляются и демоны, и ангелы.

– И ты отправишь нас туда?

– Да, поскольку в Гранд-Альянсе тебя уже не примут с распростёртыми объятьями. А там вы сможете зажить обычной жизнью, как если бы у вас никогда не было магии. Я сотру вам память, и вы не будете помнить ни фиолетовой силы, ни Последней Надежды. И сможете учиться в университете, работать, купить жильё, завести семьи и детей. Да, вы сможете! После того, как вы отдадите Аиду свою силу, я сделаю вас нормальными людьми – ну, относительно, конечно. Но ваша кровь снова станет красной, и вы оба – что ты, что Антуан – сможете иметь детей.

Элеонор призадумалась. Арабелла обещала ей забвение и жизнь как прежде, до фиолетовой силы, взамен на убийство прежних друзей. На такое девушка пойти не могла даже после разочарования в них. Но разве это не единственный выход для неё? Разве это не единственная возможность покончить с войной в мире Пяти Рас? Правда Аида была неоспорима – рано или поздно он всё равно станет властелином Вселенной.

– Несколько жизней в обмен на окончание войны и покой для нас с Братом в другом мире? – переспросила ведьму Элеонор, – что ж, я согласна.

Она сомневалась в сказанном. Она понимала, что могла предать Арабеллу на поле боя и не убивать никого. Но сейчас она согласилась. Согласилась с тяжёлым грузом на сердце, думая, сколько раз ещё ей придётся принимать решения под дудку ведьмы, лишь бы не испытывать адскую боль.

– Отлично! – воскликнула Левски и взмахнула костлявой рукой.

Они по волшебству перенеслись на крышу главной башни Ледяного Бастиона. Там, под непрерывно падающим снегом, собрались демоны разных видов. Были там и мускулистые кровавые демоны, сжимающие в огромных красных руках острые топоры, и мелкие бесы, весело хихикающие и пляшущие, и серые горгульи с кожистыми крыльями и искажёнными ненавистью мордами. Пауки стаями поднимались по натянутой между стенами и башней паутине, а Рыцарь Тьмы с винтовкой безразлично осматривал Белые Горы вдали.

Элеонор заметила, что снова держит в руке посох. Она в растерянности посмотрела