Властелин островов - Ростислав Александрович Марченко

В результате мы пришли к выводу, что всех непосредственно виновных в участии в мятеже, а именно выживших бегунов, нужно будет отправить в расход, в то время как с остальными подсудимыми, виновными только в недонесении, можно и поиграть в милосердие. В данном ключе подобранных лично «кивал» мы и проинструктировали.

Кстати, как это было не удивительно, но теоретически нейтрально настроенные к подсудимым присяжные из хольдов Бруни были резко против такого милосердия. Я бы даже сказал что они пылали жаждой отправить на кол всех подряд кроме части дравшегося внизу молодняка, да и то от очень хорошего настроения. В целом данные настроения требовалось холить и лелеять, однако на нашем решении все же пришлось настоять.

Так все и прошло. Всех противников нашего убийства и якобы не поставленный в курс молодняк попугали и в наказание уменьшили долю в добыче до половинной. Всех остальных, имевших несчастие находиться наверху и бежавших оттуда, приговорили посадить на кол.

Конец заседания ознаменовался тем, что я слепил наглую должность и начал, уповая на молодость и глупость, якобы отстаивать интересы остатков подсудимых, предложив отправить оставленных в живых «к людям» в начавший уже тогда формирование вспомогательный отряд. Вразбивку и на должности рядовых. Особо отметив, что в этом случае не стоит ограничивать долю в добыче. Разумеется, при их совершенно добровольном согласии. А коли не пожелают, то пусть довольствуются половинной в отрядах, что пожелают принять бывших мятежников. Так как повторения мятежа никто из нас не хотел, отряд бунтовщиков в любом случае подлежал расформированию.

Конечно же, не желающих не нашлось. В последнем я не сомневался и даже хмыкнул: «Хватит пускать дела на самотек! Пора быть политиком!»

Данным ходом я, во-первых, взял под присмотр своих кровников, мужики в возрасте глупостей делать, может, и не будут, а вот от тупорылой безбашенной молодежи можно было ожидать что угодно.

Во-вторых, усилил орочье наполнение «людского» отряда довольно замотивированными и находящимися по своему социальному статусу в войске рядом с людьми воинами.

И в-третьих, использовал для этого наполнения личности, которые потерять не жалко. Как бы то ни было, воевать в постоянном составе штрафной роты дело опасное.

И наконец, в-четвертых, у нас открылось окно возможностей к приучению наших орков подчиняться комсоставу с недостаточно зелеными мордами. Сейчас сосланные к людями мятежники будут последними, кто решит бунтовать, получив прямой приказ от десятника-человека. Самые большие ошибки природы из данного коллектива кони уже двинули, можно было рассчитывать, что буйных там уже не осталось.

В итоге появление безусловно верных нам (в частности мне) людей, причем преданных в буквальном смысле слова до смерти, несомненно, ждать себя не заставит. Выбора у людей не останется. А коли выбора у них не будет, то людям уже сейчас нужно показывать положительные перспективы сотрудничества и наличия у них прав и свобод под орочьим владычеством. А что это покажет нагляднее, нежели десятник человек, помыкающий орком? Только заместитель командира отряда – человек, гоняющий орков десятников.

Командиром «людского» отряда я с Хаддом с некоторым трудом уговорили стать Бьерна Волчью Шкуру, команды двух кораблей которого по понятным причинам тоже последовали за командиром. Прожженная Шкура долго не хотела вешать на себя предлагаемые проблемы с людьми, согласившись только после того как ему была обещана равная с нами четверыми доля в добыче и фактически пятое место среди руководителей похода, пускай даже с правом только совещательного голоса, ибо его присяга Хадду никуда не делась. Учитывая планируемое разрастание «людской компоненты» в войске поднятие статуса этого фон Паннвица было справедливо, и ему в общем никто не возражал.

Поначалу организация вспомогательного отряда выглядела следующим образом:

– Штаб и управление, представленные в основном орками Бьерна. Они же исполняли роль комендачей, заградительного отряда и резерва подразделения. Фредерик оброс свитой из десятка людей, в большинстве своем из выживших защитников замка и городских стражников. Особых проблем с набором у него, к слову сказать, не было, служилое сословие острова потеряло человека, которому присягнуло, так что останавливал людей только цвет шкуры новых владык и неясность своего положения при новой власти.

– Три линейные сотни, каждая примерно в сто-сто десять человек плюс пара десятков орков. Все сотники были орки, большинство десятников тоже. Несколько человек, отличившихся при штурме и осаде замка и назначенных десятниками, в плане возможного мятежа погоды не делали, именно в их десятки распихали молодежь из расформированного херада покойного Ульфа, однако очень смотрелись со стороны пропаганды.

В целом, количество орков доходило до трети общей численности отряда. «Доверяй, но про петлю на шее не забывай!» Не те времена и не тот контингент. Тем не менее, в принципе можно было обойтись и меньшим числом соплеменников, но в таком случае почти идеальная кандидатура для должности командира данного отряда – старый Бьерн – безнадежно отпадала. От находившихся под его рукой орков он по понятным причинам отказаться не мог.

Что касается моих планов, то вербовка Фредерика с течением времени оказалась еще большой удачей чем мне казалось поначалу. Мужчина он был довольно прожженный и себе на уме, но гнили в нем было мало. В данной ситуации и с таким человеком давить на страх или шантажировать было бы малоэффективно, нужно было задействовать перспективы, что я, собственно, и проделал. Причем обработку начал еще в башне. С учетом обстоятельств нашего знакомства, расположить мужика к себе тогда не составляло никакого труда.

Когда отмороженный вусмерть берсерк, только что покрошивший кучу народа, весь такой забрызганный своей и чужой кровью и не обращающий внимания на свои раны, перевязывает тебя первым, вежливо успокаивает твою жену и детей и начинает разговор « за жизнь», трудно остаться равнодушным. Причем я тогда совсем не играл, поступки Фредерика мне действительно понравились, так что, общаясь с ним, переступать через себя не требовалось. Это не считая того, что такие люди были мне и сами по себе нужны, то говно, которое последнее время начало вокруг меня крутиться, надо было немного разбавить. И как можно быстрее. В любом случае кастелян замка с его опытом, весом в обществе и знанием людей из этого самого общества был более чем перспективной фигурой, чтобы отложить все дела и им заняться.

С Бьерном они нашли общий язык довольно быстро, уже на следующий день я застал парочку в весьма веселом состоянии. Старики решили выпить за знакомство в ознаменование