Кайран Вэйл. Академия Морбус - Игорь Углов

— Дышит. Что с ней?

— Фантом уничтожен. Связь разорвана. Её магия… я думаю, её больше нет.

Бэлла кивнула, как будто это было ожидаемо. Она наклонилась над Алисией, что-то проверила.

— Обратного удара достаточно для объяснения. Скажут, что фантом, отрываясь, выжег её каналы. Случайность. Трагическая, но обычная для таких экспериментов.

Она помогла мне встать. Я шатался, пришлось опереться на стену.

— Тебе нужно уйти. Сейчас. Через вентиляцию, как я говорила. Я вызову помощь и останусь, чтобы всё выглядело… правильно.

— А ты?

— Я скажу, что услышала шум, прибежала и нашла её так. Тебя здесь не было. — Она посмотрела на меня. — Ты можешь идти?

Я кивнул, хотя сомневался. Она указала на решётку вентиляции в углу — она уже была отодвинута.

— Иди. Я всё сделаю.

Я пополз в тёмный туннель. За спиной услышал, как Бэлла что-то говорит — громко, тревожно, зовя на помощь. Потом звуки стали отдалёнными, и только холод металла под руками был реальным.

Я выполз в служебном коридоре на два уровня ниже. Выбрался, задвинул решётку на место и побрёл в сторону Склепа, стараясь идти ровно, хотя мир вокруг плыл.

В спальном блоке было пусто — все ещё на занятиях или ужине. Я добрался до своей койки, задёрнул занавеску и рухнул на матрас.

Внутри всё ещё бушевала чужая сила. Фантом был уничтожен, но его энергия осталась во мне. Она не утихала, бурлила, требовала выхода.

«Успокойся,» — сказал Голос, но его голос звучал приглушённо, будто его тоже заглушала эта буря. — «Просто отпусти, твой Голод, как ты его называешь, сделает всё за тебя.»

Я сжался в комок, стиснув зубы, и просто ждал, пока это пройдёт.

Пришло оно через час. Волна тошноты, потом — ледяной озноб. Потом — пустота. Знакомая, родная пустота. Но теперь она была… больше. Глубже. И спокойнее.

Голод утих. Насытился.

Я лежал, глядя в потолок, и думал об Алисии. О её пустых глазах. О том, что я сделал с ней. Спас? Искалечил? И то, и другое?

На следующее утро Сирил вызвал меня к себе. Он сидел за своим столом в маленьком кабинете при архиве.

— Инцидент в лаборатории Д-7 ликвидирован, — сказал он, не глядя на меня. — Студентка Алисия Вейн жива, но магически неактивна. Фантом уничтожен. Официальная версия — обратный удар при попытке сбросить связь.

Он поднял взгляд.

— Твоя работа?

— Да, — ответил я.

— Ты нарушил приказ. Тебя просили ликвидировать. Ты обезвредил.

— Угроза устранена, — сказал я, повторяя слова Бэллы. — Цель нейтрализована. Способ… был наиболее эффективным в данных условиях.

Сирил смотрел на меня долго. Потом медленно кивнул.

— Ректор удовлетворён результатом. Но не методом. Тебе передали: в следующий раз чёткое исполнение приказа. Милосердие — роскошь, которую мы не можем себе позволить.

Он отложил папку.

— Ты можешь идти. И, Вэйл… — он снова посмотрел на меня, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то похожее на усталое понимание. — Не привыкай выбирать. Это дорогая привычка.

Я вышел. В коридоре стояла Бэлла. Она ждала.

— Ну? — спросила она.

— Пронесло, — ответил я. — Но предупредили.

Она кивнула.

— Это было близко. Но ты сделал правильно.

— Я её искалечил.

— Ты её спас, — поправила Бэлла. — Они убили бы её. Ты дал шанс. Пусть и такой.

Она положила руку мне на плечо — на здоровое, не тронутое тенью.

— Теперь ты доказал, что можешь быть полезен. И что у тебя есть свои принципы. Это делает тебя опаснее для них. И ценнее для нас.

Она убрала руку и ушла. Я остался стоять в коридоре, чувствуя, как в пустоте внутри что-то щёлкнуло, встало на место.

Я спас жизнь. Искалечил душу. Выполнил задание. Ослушался приказа.

Ничего не изменилось. И всё изменилось.

В кармане моей мантии лежал кристалл с заданием. Теперь он был просто холодным камнем. Я достал его и швырнул в дальний угол коридора. Он ударился о стену и рассыпался в чёрную пыль.

Первый экзамен был пройден. Ценой, которую я до конца ещё не понимал.

Я пошёл на занятия. Жизнь в академии продолжалась.

Глава 13. Чернила и кровь

Три дня после инцидента с Алисией прошли в напряжённом ожидании. Я ждал последствий, походов к Ректору, любого знака, что моё «милосердие» сочтено серьёзным проступком. Но ничего не происходило. Уроки, практикумы, работа в архиве над следующими пунктами списка Бэллы. Жизнь в Морбусе текла своим привычным руслом, холодным и безразличным.

Четвёртый день начался с тревоги.

Резкий, пронзительный звон, исходящий не из колокола, а из самого камня стен, заставил вздрогнуть даже тех, кто спал. Я сорвался с койки, на ходу натягивая мантию. В спальном блоке царила тихая паника — студенты молча переглядывались, торопливо одеваясь. Никто не знал, что происходит.

Когда мы выстроились в общем зале, появился Сирил. Его лицо было ещё более непроницаемым, чем обычно.

— Тревога уровня «Чернила», — сказал он без предисловий. — В главном хранилище Дома Костей произошёл выброс гемолитического агента. Помещение оцеплено. Всем новобранцам — в изоляционные кельи. Остальным — на места согласно протоколу. Быстро.

Гемолитический агент. Проще говоря — кроверазрушающий яд. Магического происхождения.

— Сирил, — я сделал шаг вперёд, прежде чем успел обдумать. — Мой дар. Поглощение. Если это магический токсин…

Он посмотрел на меня. В его глазах мелькнула быстрая, почти молниеносная оценка.

— Ты не обучен работе с биоорганическими угрозами, — отрезал он. — Риск некорректной нейтрализации слишком велик.

— Но, если это магия, я могу её почувствовать. Разобрать. Я уже работал со структурными искажениями, — я настаивал, хотя внутри всё сжималось от страха. Это была не книга и не свиток. Это был яд. — Протокол допускает использование специалистов с уникальными данными при чрезвычайных ситуациях.

Сирил замер. Я видел, как в его голове прокручиваются параграфы устава, оценки риска, возможные последствия.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Но ты следуешь за мной. Шаг в сторону — и я вышвырну тебя обратно, невзирая на протокол. Понял?

— Понял.

Он кивнул и резко развернулся.

— Остальные — по плану! Вейл, за мной.

Мы вышли из Склепа и быстрым шагом направились вглубь академии. Коридоры были почти пусты — тревога очистила их. Воздух пах озоном и чем-то новым, резким, металлическим. Словно где-то пролили ушат ржавых гвоздей и нагрели их.

Хранилище Дома Костей находилось в подвальном уровне, рядом с основными архивами. Когда мы подошли, вход уже был заблокирован энергетическим барьером — мерцающей синей стеной. Возле него стояли трое старшекурсников в полной защите — плотные чёрные мантии с серебряными вышивками, маски на лицах, перчатки. Они