Кайран Вэйл. Академия Морбус - Игорь Углов

— Это ловушка, — сказала она наконец. — Но не для тебя. Для неё. Её уже списали. Тебя же проверяют — насколько ты удобен, насколько управляем.

— Что мне делать?

Она повернулась. В её глазах горел холодный, ясный огонь.

— Ты должен выполнить задание. Но не так, как он ожидает.

— Как?

— Он хочет чистой ликвидации. Подставь ему чистую работу. Сделай так, чтобы угроза была нейтрализована, а студентка осталась жива. Но… неполноценной. Лишённой дара. Случайный обратный удар, тяжёлые последствия, но не смерть.

Я смотрел на неё, не понимая.

— Он заметит.

— Он заметит результат, — поправила она. — Угроза устранена. Цель обезврежена. Способ… он будет выглядеть как неудачная, но эффективная импровизация. Ты новичок. Ты имеешь право на ошибку. Главное — показать, что ты действуешь в рамках задачи. Только более… гуманно.

— А если он будет что-то подозревать?

— Тогда мы придумаем что-то ещё. Но сейчас это единственный шанс спасти её и не подставить себя.

Она подошла к столу и взяла кристалл.

— Лаборатория Д-7. Я знаю это место. Там есть запасной выход через вентиляцию. Если что-то пойдёт не так, есть путь к отступлению. Я буду ждать снаружи.

— Ты рискуешь.

— Мы уже рискуем, — она положила кристалл мне в руку. — С самого начала. Иди. Время идёт.

Лаборатория находилась в старой части восточного крыла. Воздух здесь пах озоном и чем-то сладковато-гнилым. Коридоры были пусты — видимо, территорию эвакуировали.

Дверь в лабораторию была отмечена знаком карантина — светящимся красным кругом. Моё клеймо на запястье дрогнуло, и круг погас. Дверь открылась с тихим шипением.

Внутри было темно. Только слабое, болезненное свечение исходило из центра комнаты. Воздух гудел — низко, на грани слышимости. Как артефакт под нагрузкой.

Я сделал шаг внутрь. Дверь закрылась за мной.

Сначала я увидел её. Алисия сидела на полу, прислонившись к стене. Она была бледной, почти прозрачной. Её глаза были открыты, но взгляд пустой, устремлённый в никуда. Из её рта, носа, ушей струился тонкий туман сиреневатого света.

А над ней висел оно.

Фантом был похож на искажённое отражение самой Алисии. Тот же контур, но растянутый, рваный. Вместо лица — воронка из света, которая всасывала сиреневый туман, исходящий от девушки. От существа исходили щупальца-тени, которые цеплялись за стены, пол, потолок, высасывая магию из самого помещения. Камень под ними был серым, безжизненным.

Когда я вошёл, фантом повернулся. Воронка-лицо нацелилась на меня. Гул усилился.

«Он питается,» — сказал Голос. — «Питается её силой, её сознанием, магией места. Его нужно оторвать. Но если сделать это резко, она умрёт. Разум порван.»

— Что делать? — мысленно спросил я, отступая на шаг.

«Ты должен поглотить связь. Не его. Не её. Ту нить, что их соединяет. Она — самый тонкий элемент. Найди её.»

Я сконцентрировался, отфильтровывая шум, давление, страх. Искал… да. Между Алисией и фантомом тянулась яркая, пульсирующая нить. Не физическая. Энергетическая. По ней текли силы, мысли, сама сущность девушки.

Это была та самая «нить», которую я видел в структурах искажений. Только здесь она была живой. И ужасающе хрупкой.

Я подошёл ближе. Фантом зашипел — звук, похожий на свист пара. Одно из щупалец рванулось в мою сторону. Я отпрыгнул. Тень ударила в пол, оставив тёмное, безжизненное пятно.

— Алисия! — крикнул я. — Алисия, ты меня слышишь?

Её глаза дрогнули. На мгновение в них мелькнуло сознание. Страх. Боль.

— Помо… ги… — прошептали её губы без звука.

Этого было достаточно.

Я бросился вперёд, не к фантому, а к ней. Присел рядом, положил руку ей на лоб. Кожа была ледяной и влажной.

— Я попробую, — сказал я тихо. — Потерпи.

Я закрыл глаза и ухватился за ту самую нить. Не поглотил — охватил. Моя пустота обволокла её, изолировала. Фантом завизжал — пронзительно, нечеловечески. Он дёрнулся, пытаясь сохранить связь.

Я сжал. Нить поддалась — не порвалась, а… ослабла. Поток из Алисии к фантому замедлился, стал тоньше.

Фантом взревел. Все его щупальца рванулись ко мне одновременно. Я не отстранился. Вместо этого я развернул свою пустоту не как щит, а как воронку. Но не для поглощения фантома целиком — для поглощения связи.

Я представил, как вырываю корень. Не дерево — только корень.

Боль ударила в виски, как молот. Я закричал — или мне показалось. Мир поплыл. Но я не отпускал. Тянул.

Нить порвалась.

Звук был похож на лопнувшую струну — неслышный, но отдавшийся во всём теле. Алисия ахнула и обмякла, потеряв сознание. Фантом завис в воздухе, его форма заколебалась, стала прозрачной. Без подпитки от хозяйки он начал распадаться.

Но он был ещё силён. И зол.

Он ринулся на меня — уже не как паразит, а как хищник, чувствующий угрозу.

Я откатился в сторону. Щупальце чиркнуло по плечу. Ткань мантии почернела и рассыпалась в пыль. Кожа под ней онемела.

«Теперь его!» — крикнул Голос. — «Пока он не стабилизировался на чём-то другом!»

Я встал на колени, игнорируя боль в плече, и протянул руки к фантому. На этот раз я не пытался быть точным. Я открылся полностью.

Голод — тот самый, дикий, неконтролируемый голод — вырвался на свободу.

Комната наполнилась ветром, которого не было. Предметы на столах загремели, упали. Свет погас, потом вспыхнул ярко-багровым. Фантом завизжал, пытаясь вырваться, но его уже затягивало в воронку моей пустоты.

Это было не как с Корвином. Тот был слабым, его сила — скудной. Это… это было как выпить ушат ледяной, горькой воды. Сила лилась в меня, чужая, извращённая, но мощная. Она жгла изнутри, пыталась вывернуть сознание наизнанку.

Я сжал зубы, чувствуя, как по телу бегут судороги. Не отпущу. Не могу.

Фантом сжался в яркий шар, потом — в точку. И исчез.

Тишина.

Я упал на пол, тяжело дыша. Руки дрожали. Во рту стоял вкус меди и полыни. Внутри всё гудело, переполненное чужеродной силой. Это было слишком. Слишком много.

Я подполз к Алисии. Она дышала — поверхностно, но дышала. Её лицо было бледным, но больше не искажалось болью. Сиреневый туман исчез. Она была просто… пустой. Как будто из неё вынули что-то важное.

Я пощупал пульс на её шее. Билось слабо, но ровно.

Справился. Она жива.

Тогда я позволил себе потерять сознание.

Очнулся я от толчка в плечо. Открыл глаза. Надо мной склонилась Бэлла. Её лицо было напряжённым, глаза бегали по комнате, оценивая обстановку.

— Жив? — спросила она коротко.

— Жив, — прохрипел я, пытаясь сесть. Всё тело