Феодал. Том 2 - Илья Рэд

— Я слышал, как ты говорил с японцем об экспедиции, о каком ранге шла речь?

— Красный, но ты не пойдёшь с нами.

— Почему же? — поднял седые брови Джанашия, впервые его что-то заинтересовало помимо меча Аластора.

— Идём я, Нобу и Мефодий, а ты останешься здесь.

— Я не вижу в этом смысла.

— Хочу, чтобы ты присмотрел за поселением.

— Тактично отшиваешь?

— Нет, я обещал графу Абросимову, что приведу людей, в которых полностью уверен.

— Понимаю, — погладил бороду старик. — Я с его отцом ещё ходил по чёрным мирам, когда тебя в планах не было. Кто вас поведёт?

— Олег Дмитриевич.

— Оболенский, он ещё в строю? — удивился маг.

— Ротмистр пышет здоровьем, — заверил я его.

— Хм, что ж, вы в надёжных руках. Возможно, мне и правда там нечего делать, — чувствовалась едва заметная толика разочарования, старик обиделся, что я не доверяю ему.

«Сегодня какой-то день обид: сначала мачеха, потом Иней, теперь ещё и Гио. С каждым носишься как с ребёнком, не дай бог заденешь чьи-то чувства».

По существу мне было всё равно — если сопереживать всем и каждому, так кукухой поехать не ровен час. Как любил говорить учитель: «В здоровом теле — здоровый эгоизм». Возможно, он что-то напутал в этой поговорке, но я его никогда не поправлял.

— На сегодня хватит, — сказал я, разворачиваясь к домику лесника.

Ужин только через час, но я планировал поесть в городе. Мефодий и Нобу тоже поехали со мной. Силач вместе с Николаем умудрились-таки закончить возведение частокола раньше положенного срока. Не знаю, как они это сделали, но за такую работу я выписал обоим премию в пятьдесят рублей. Для Николая это было большой надбавкой — считай четверть жалованья.

Радостно лыбясь, он помахал перед остальными мужиками пятью купюрами и спрятал их за пазуху. Обычно те дружески посмеивались над ним и подкалывали, но сейчас переглядывались друг с другом и чесали репу. Надеюсь, они считали сигнал. Мне нужен результат. Плевать как, но дайте сразу, тогда получите денег. Николай ввиду своего неуёмного характера первым впутался в авантюру, и результаты ему понравилась.

— Коля, а ну-ка, подь суды, — позвал один из лесорубов.

— Не-а, мне и тут хорошо, — засмеялся молодой и поводил рукой по груди, — Денежка греет, эх-х.

— Ну, ты поди-поди.

— Шелестит как, ммм.

— Зараза, издевается над нами, — бывалый лесоруб хотел рассердиться, но дурашливый вид Николая так обезоруживал, что вскоре все смеялись, как тот выделывает коленца и это после изнурительного дня работы!

Но веселье испортил прибежавший с лесопилки Кошевой, надавал всем словесных нагоняев, и лесорубы вернулись к своим обязанностям, в том числе и самый молодой.

Мы добрались до города без происшествий. Куликова я отправил снять нам комнаты в ближайшем подворье, а Нобуëси попросил держаться поодаль в качестве охраны. Что-то подсказывало мне, лучше не бродить одному ночью, особенно в преддверии суда. И не такие люди пропадали при загадочных обстоятельствах.

Первым делом я заглянул к Троекурской кое-что передать. В этот раз я не ломился среди ночи, а культурно постучался и увидел недавно вернувшуюся с работы девушку.

— Заходи, — устало сказала она, отойдя в сторону, я вытер ноги и переступил порог.

— Чаю или кофе?

— Нет, спасибо, я забежал так на пару минут.

— Вот как? — подняла она бровь и прошла на кухню. — А я вот помираю с голоду. Целый день просидела в архиве.

— Разве у нас не всë схвачено? — спросил я, пока Марина возилась с примусом. — Или это какое-то другое дело?

— Другое. А чего ты так удивляешься? Теперь у меня не один только ты в клиентах, удалось заполучить ещë заказ. Хороший юрист на вес золота, даже если это жалкая эмансипированная женщинка, — пошутила она.

— Вот, возьми, — сказал я ей, протягивая в руке сапфировый перстень.

— Это тот самый? — нахмурилась она и повертела в ладони украшение своего бывшего компаньона Спицына.

— Да.

— Не думала, что когда-то скажу это, но я скучаю по этому старичку. Он так мечтал превзойти отца, что не заметил на своëм пути глыбу, которая его раздавила, — она положила перстень на стол и повернулась ко мне. — Папа точно бы нашëл способ, как не влипнуть в неприятности. Он всегда мне советовал лавировать между опасностями, либо примыкать к одной из сторон. А вот Илья Геннадьевич пошëл в лобовую атаку, грустно, — вздохнула она, и я услышал протяжный жалобный стон из еë живота. — Прости, с обеда маковой росинки во рту не было… — Куда это он? — спросила Марина, когда увидела спрыгнувшего из подсумка Инея.

Виверн прервал наш разговор и потопал осматриваться в другие комнаты

— Обнюхает всë и вернëтся. Пока мелкий, ему всë любопытно. Собственно, я заглянул вот зачем: хочу дать тебе ещё одно поручение. Правда, не знаю, в твоей ли это компетенции.

— Что за поручение? — по-деловому спросила Троекурская и налила себе чаю.

— Нужно собрать информацию о графе Остроградском и его семье.

— Что-нибудь особенное? Компромат?

— Если получится, то и его, — кивнул я. — А вообще всë, что удастся узнать, вплоть до привычек его собак. Вот если надо будет подкупить слуг, — я положил на стол тысячу рублей. — Возьмёшься?

— Зачем оно тебе, спрашивать не стоит?

— Ммм, я бы не стал. Если управишься, заплачу столько же, — указал я на ассигнации для взяток.

— Хорошо, я посмотрю, что можно придумать.

— Вот и отлично, — улыбнулся я. — Тогда доброй ночи. Иней сюда, мы уходим!

Бестолковый виверн с разгону не вписался в поворот и врезался в стену. Его крылья на магической тяге не знали, какое количество усилий прилагать, соблюдать баланс было сложно. Хорошо хоть шею себе не сломал, гнулся просто во все стороны.

— С ним всë будет в порядке? — испугалась Троекурская, но Иней помотал башкой и хотел было прыгнуть на меня в сумасшедшем стиле, как сегодня до этого, но притормозил в последний момент, увидев хозяина не в настроении.

Мы посмотрели друг на друга какое-то время, и голубоглазый ящер