Магия для звездной Тени. Том 4 - Ким Савин

— … Потом, с этими прорывами в Аптауне очень много неясного! Как бы ни пытались все это возложить на паладинов… — с намеком посмотрел на меня Дуннагол.

Ну, отчасти это было правдой. Тишина приперлась именно за мной. Но сражение в Аптауне было прямым следствием той подставы чинуш для рода Иден. Отдельный вопрос, как энигмовец договорился с тварями о сотрудничестве…

Объяснять все это на публике — для меня смысла не имело. А вот основные игроки аристократии уже были об этом в курсе. Тем более род Иденов общался и с нейтралами и с условно «темными» консерваторами.

Маллиган еще пытался перекричать директора, но тому уже была интересна другая «жертва».

— Мистер Шэдоу, — не принял моего молчания директор, — так ли все просто с теми тварями, которые выскочили к вам в кафе? Да и то, как вы с ними справились…

Эта длиннобородая сволочь намекала, что это я — с теневыми монстрами договорился⁈

О матрицах я следователям напрямую не рассказывал, но намеков дал достаточно. Только кому из них это надо? Но директору что-то нужно было ответить так, чтобы этому «светочу» было тяжелее вывернуть ситуацию в свою пользу:

— Я бы сказал, что без сильных артефактов главы древнего рода справиться было бы сложно и сильному Магистру. Плюс мне здорово помогла врожденная ментальная защита и подходящая родовая стихия, — спокойно повторил я тот минимум объяснений, который получили и жандармы.

— И все-таки, дорогой Регул, это крайне странно, — разлился патокой Дуннагол. — Мы, безусловно, все очень рады, что у твоего рода есть такие сильные артефакты. Но далеко не все из нас обскуры и лорды. К тому же родовое наследие, увы, не всегда… однозначно благое. Часто за древними родами следуют и древние проклятья! Когда Вы наконец дадите возможность Министерству разобраться с темнотой в вашем Сумрачном лесе⁈

Директор умело вбил клин между мной и массой неродовых студентов. И в «чернокнижники» меня одним махом определил.

Перекрикивать Дуннагола, разрывая связки без закла Громкости, я не собирался. А открыто состязаться с ним в магии было рановато и (прямо сейчас) нецелесообразно.

— Я что-то не помню никаких запросов Министерства на розыск «темноты» в моем лесу. Но я рад, что вы признаете его принадлежность нашему роду, — улыбнулся я, глядя в глаза слащавому пи… директору.

Пусть основная масса студентов меня не поняла, но наследники всех сильных родов, в том числе и условно светленьких, мой подкол директора услышали. А неродовые маги восприняли ситуацию в пользу директора. Типа, обнаглевший Шэдоу в Сумрачном лесу какие-то темные шабаши устраивает, а потом за ним твари бегают в Аптауне!

— Это не классическая магия, но принцип ясен! Для эффективного шабаша — самое главное, чтоб девственниц побольше было! Может быть, нам объявление разместить? Вот поверь мне, треть неродовых девиц туда припрется, — поддержал идею с специфичной областью ритуалистики озабоченный Купер. — А остальные, кхм, просто по «техническим критериям» уже не пройдут… Но тоже пригодятся! И никто не уйдет… расстроенной!

* * *

Устраивать шабаши для Купера или дальнейшие прения с директором я не стал. Но стало очевидно, что меня ждала очередная подлянка в Сумрачном лесу. Да и то, что чинуши пока обходили наш род стороной, было на них не похоже.

Просто самые очевидные заказчики, Латимеры — остались без зубов, после такой попытки. А гораздо более мощные Грандисоны и их Лунный ковен — увязли в боях с Реконкистой.

Вдобавок, у Грандисонов никаких юридических оснований не имелось туда лезть. С Латимерами, много веков назад, Шэдоу хотя бы в одном ковене состояли, давно распавшемся. Пусть они когда-то не явились на смертельную битву со тварями, но хоть немного там повоевали.

Поэтому сейчас и в Совете Лордов я должен был набрать необходимое количество голосов. Ну, чтобы меня признали бароном Мирквудом, а также единственным и окончательным владельцем Сумрачного леса.

Причем даже должно получалось без крайностей, вроде тех, на которые намекала Леди Годива, моя самая «добрая» козырная бабушка. Мол, ради благополучия рода Шэдоу можно и о трех женах договориться, чтобы лишние голоса получить.

Это она насчитала Старгайзеров, Гровеноров и еще несколько родов, которые уже присылали официальные запросы на мою «магическую карточку», для выявления магической совместимости. Типа, если Шэдоу заинтересуются вопросами брака. Но консерваторы и нейтралы были готовы проголосовать за меня и без этого.

Здесь мне нежданно «помогла» гадская Тишина, потому что проявление всей этой гадости я не держал в секрете от глав родов. Даже с Иденами и Гровенорами согласовал, какие подробности можно раскрыть их знакомым и союзникам.

Лорду Старгайзеру я позвонил напрямую, ведь действия умных, сильных и организованных сверх-тварей в Тенях — еще и от меня лишние подозрения отводили. Если министерство с Тишиной хотело нарко-Фабрику подкинуть семье Теда, то с тем же успехом они могли и Старгайзерам легальное теневое «производство» закрыть!

А никакие Призраки — там и рядом не пролетали! Эту я версию не озвучивал, но намек на нее просвечивал, естественно.

Поллукс Старгайзер принял это к сведению. Но вместо того, чтобы взывать к общему походу на тварей, выразил свое удовлетворение моим предстоящим «несвиданием» с Вегой.

Ну, тоже «вариант»! Если эта боевая брюнетка опять будет без купальника нырять в публичном водоеме, а потом разорется, что ее кто-то посмел увидеть, так там все твари Тишины разбегутся в ужасе.

* * *

Вскоре в Академию вернулся наш эмиратец Мансур бин Хариик. И по его настроению, как только он появился в гостиной, как-то сразу стало понятно, что наши старые шутки закончились. Типа, если в Альбионе все окончательно пойдет по неправильному пути, мы переедем к Мансу — финики лопать и разные ятаганы коллекционировать.

— Манс, что там такое?

— Пока вы рубитесь с Нихоном, непонятно за что и зачем, у нас кто-то разжигает конфликты между эмиратами. Появилась куча каких-то сект, культов. И все эти поганые уроды пытаются крутить политикой.

— У вас же нет Министерства⁈ И древние договоры между эмиратами о вечном мире, с союзом?

— Все так думали! Но вот помогли «уйти» нескольким нормальным правителям, а разная сволота придворная возводит на трон марионеток и рулит из-за их спин.

Еще Мансур расстроился, что не успел поучаствовать в очередном аптаунском бою между студентами и тварями. Но это расстройство было не таким уж сильным, ибо ему пришлось повоевать и в отцовских отрядах пограничной стражи. Он как раз защищал земли родного Эмирата