Весенний марафон лс - Люминис Сантори

И комфортные прогулки.

Все искали Дом

И снаружи и внутри.

***

Моя кошка сердится, когда чихаю.

Это, когда она засыпает.

И вдруг я: Ка-бум!!!

Стены и мир сотрясает.

Да, апчих у меня знатный.

Не для тонкой грациозной леди,

Вгоняющий всё это в крошечный "Пчи".

Как я, чихают, наверное, медведи.

И вообще можете меня вычеркнуть из списка

Изящных фрёкен -

Я ведь ещё громогласно пукаю

И ещё дела. Но секреты есть у всех.

Графу "он", "она" можно отправлять в корзину. -

Этим можно только поиграть.

***

Вместе с бурей, вместе с метелью,

Вместе с сильными ветрами

Прилетели пуночки.

Все говорят: Видели. Знаем.

Это уже давным-давно было.

А я увидел вчера.

Светлое брюшко.

Не чик-чирик. Чивуркык!!!

А скромное: Пик. Чик-пик.

Тр-тр-тр. Тики-пик.

Вот я на крыльях снега прилетел.

Может, я не права. В общем, как всегда.

У меня свои азбуки, свои геометрии.

Птицы садятся на волны урагана.

И так, как на скоростном комфортабельном транспорте:

Был на южной даче — сегодня на севере.

И никто не поверит. Ну и не надо.

Я с другими теориями не спорю.

У них говорят: это животных ломает.

А я проснулся — птичий галдёж.

Как-то быстро. Переполохом. Базаром.

— Сроки миграции! Пожалуйста, распишитесь!

— Пали-пали, поторапливайся!

Нам ещё гнёзда строить и яйца производить!

И пуночек мимо пролетая,

Был вовсе не один.

Где-то на опушке врановые клинкали и кар-кар издавали.

В сугробах развивались микроорганизмы.

И я в чёрном. Чёрный мелбестуур.

Перескакивал по глади озера.

Вместе с пургой прилетели туллуки.

Это такие маленькие светлые птахи.

И я был рад, что даже без очков и бинокля

Поймал сей орнитологический миг.

Пускай даже я всё это выдумывал -

Весной действительно бывают такие штуки.

Наедятся всласть возле травы очистков,

У стоптышей, натоптанных домашней живностью.

И далее проложат дивный путь,

Намеченный природы вечностью.

***

Аа, точно.

Я же должна была написать стихи.

Но у меня столько мелких дел, суеты.

Что лежу и тренирую свои ноги

После гиподинамии.

Расчесываю ногтями кожу головы.

И из-за сухости там выходит сало.

Наверное, можно это в ящиках копить

И продавать, как натуральный жир.

Вот видите. Как всё нелепо, по-смешнецки.

Мой мозг запутался в простых задачках.

Мир превратился в человеческий конвейер,

В расписание по порядку.

Неплохо. Недурственно. Удобно.

Но вот забыла марафон.

Совсем, совсем случайненько воспомнила.

Я ела гречку, хлеб. И сыр.

Вроде плавленого. Маленький кусочек.

В зелёной упаковке, с чесноком.

Меня манили разнообразные продукты.

И дома — книжечка с котом.

Мой лак отсвечивает в сумерках.

В ушах застрявший средненький отит.

Я ел банан и красный крупный помидор.

Я — современный троглодит.

И это слово взял для рифмы.

И днём я встретил старого знакомого.

Порой мы выбираем трудные, не те пути.

Но у него три дочки. И уже внук -

Свидетельство, что старость не напрасна.

В нём есть уверенность:

И за шестьдесят возможно встретить

Хорошую хозяйку его большого дома.

Я — глаз сарказма сему оптимизму.

И вместе с тем сажаю веру в огород иллюзий.

Что ж: бывает разное на свете, люди.

Ведь видел я его упорство в женолюбии.

Скорее, он родит,

Чем мне позволят ЭКО.

Мужик — он есть мужик!

Влюблённый в Ласточку: конфеты.

***

Запах карри по всему нашему многоквартирнику.

Это я готовлю очередное странное блюдо.

Чеснок был немного подсохший.

И лука большого очень много.

Может, и у приправы вышел срок,

И грудка куриная как следует не поджарилась.

Я рис варить умею и по видео и со слов:

Всё получается забавно и не совсем красиво.

Что ж. Это мой индийский карри,

Карри с паназиатских стран.

В дорамах уставшие мужчины

Просили эту сытость у своих роскошных милых дам.

***

Фисташки с солью в полупрозрачной одноразовой упаковке,

Клетчатый шарф серо-черно-белый,

Снег, продавливаемый обувью,

Центральные дороги, как в стихах Пастернака о феврале.

Я с улки на другую улочку свернул,

Где можно без лужиц ещё пройти.

Рыбный пирожочек, печёный беляш,

Салат с курицей и пекинской капустой.

Нам бы радость всем доставлять,

Нам бы жить без уныния.

Весна и осень похожи на беременность.

Одна — авитоминозная, другой — в меланхолии.

Родятся после них растения, зверята и другие природы дети.

А пока: усталость, капризы, бездорожие.

Мистер осень, поверьте, сохранит семена и споры.

А весенняя душа будет бегать резво по раздолью.

Надо много спать, зевать, лениться:

В жизни жизнь пригодится.

Настоящее. Не планы и не цели.

Улыбаться.

Хмуриться надоело.

И не та это пора.

Не лицемерная.

На ладошке солнца всё.

И веснушчатое и интровертное.

***

Давайте я уж не буду защищать униженных и оскорблённых,

Сморщенные давишние огурцы, изгоев и прочих идиотов.

Я сам — рыжий, сам бородатый.

Да и не было толку во всех этих выпадах, ребята.

Чую. Некрасиво.

Средне.

Стадово.

Оказалось, и я всего лишь отражатель.

Мало примеров видел:

Как оно — поступать по-геройски.

И пошла овца по социума неважной облицовке.

И вправду. Руби эту матку, не руби.

Тот странен — кто из земли вытягивается,

А не лежит пластом.

Помалкивай, мелочня,

На ус наматывай,

В эволюции победил не тот, кто сильней,

А — наиприспособленные пресмыкающиеся.

И ничего в этом крутого нет.

Просто выживание.

Умник может быть избит дураком,

Но так дураком и останется.

***

Картошка с курицей, луком и чесноком,

Пирожки печёные с мясом,

Квашеная капуста со свёклой,

Натуральный сок

В маленькой бутылке стеклянной.

Мороженое с белым шоколадом и малиной,

Петушок на палочке,

Хлеб чёрный, хлеб белый, батон,

Пасхальные куличи,

Колбаса, сыр и банан.

Я встала до шести. Успела всё.

Даже сходить в библиотеку.

Было и уныние с весенней хандрой.

Но, всё же, субботний план перевыполнен.

***

Раньше пасху здесь практически не праздновали.

А сейчас все красят яйца и даже пекут куличи.

Можно сказать, бизнес в работе, реклама.

Но так было и с 14 февраля.

Если подальше — то же самое и с Новым годом.

И много чем.

Мир — открытая экосистема.

Что сейчас. Что потом.

***

Лужи. Апрель.

Снег, как фруктовый лёд в кафе-мороженое.

Только модернового серебряного цвета.

Опасаешься каждой проезжающей машины,

Бегущей детворы.

Побудь разиней и на тебе:

Искусство грязных капель.

В целом, свежо.