И мечты станут явью - Анна Май

– Потому что жизнь трудная штука! – Роберто усмехнулся, и ей вдруг не понравилась его ухмылка. Она была какая-то очень расчетливая. Если бы он сказал, что остались воспоминания о былой любви, уважение, доверие, Эля бы поняла. А так…

– Мэри была твоей первой любовью?

– Мы познакомились, когда нам было по 15, но она не оказалась первой симпатией. До нее мне очень нравилась девочка Сандра.

– Мэри стала твоей первой женщиной?

– Нет. Я впервые сделал это в 17, а она в 14.

– Рано!

– Все мои женщины, по их словам, сделали это впервые в 14, – Роберто пожал плечами. Эля хотела сказать, что к ним не относится – ее первый секс случился в 18, но она промолчала. Может, ему не понравится ее излишняя скромность, раз он со стриптизерками общался!

–Как вы с Мэри сошлись?

– О, она была очень доставучей! У нас были общие знакомые, и она сразу стала оказывать мне внимание, приставать с вопросами. Но довольно долгое время мы были просто друзьями. Жить вместе стали только с 18 лет.

– Кто был самой большой любовью в твоей жизни? Мэри? Донна? Другая?

– Не знаю. Мне иногда кажется, что ни одну из своих женщин я по-настоящему не любил. Многие мои подруги говорили мне, что я слишком сух и холоден… Элли, почему ты задаешь столько вопросов?

– Потому что мне интересно! Я хочу лучше знать твою жизнь, ведь ты мой друг. И я, например, совсем не считаю, что ты холодный и бесчувственный, наоборот! А кроме Донны, у тебя была еще любовь с первого взгляда?

– Обычно я всегда сходился с женщиной только после того, как мы стали хорошими друзьями. Любовь возникала постепенно. С Донной было иначе. Но это не была любовь с первого взгляда, просто она сразу обратила на себя мое внимание. Можно сказать, она мне очень понравилась с первого взгляда. Но это не была любовь-вспышка. Тем не менее, некая магия во всем этом была. И что толку? Это были абсолютно неправильные отношения. Что бы я не делал, это не срабатывало! – Роберто нахмурился. Эля отчетливо помнила, что в каком-то из своих писем он говорил о Донне именно как о своей самой большой любви и о том, что это была любовь с первого взгляда. Интересно, он поменял отношение к своим же чувствам или просто не хотел откровенничать, глядя ей в лицо? Проще признаваться в чем-то виртуальному другу за тридевять земель.

– А во второй раз ты когда приехал в Англию? Кем смог устроиться уже с языком и с высшим образованием? – Эля сменила тему, чтобы развеять Робертово настроение.

– Мне было 28. Какое-то время я жил в кантрисайд (сельской местности), сошелся с одной очень милой женщиной, она была на насколько лет старше, у нее был сын возраста как Джошуа сейчас. Мы с ним, кстати, дружим до сих пор, его зовут Финн, он со своими детьми приедет на день рождения Джоша. Я всю жизнь скитался по разным местам и странам, а Финн так всю жизнь и прожил в этой деревне. Ему уже 32! Удивительно, как летит время. Потом я наконец нашел работу в Лондоне, устроился помощником преподавателя в колледж. Там и встретил Донну, она была студенткой.

– Сколько ей тогда было?

– 16.

– Все-таки, у вас были довольно долгие отношения – 12 лет!

– Это смотря с чем сравнивать. 4 года мы то сходились, то расходились. Потом я решил вернуться в Италию, а Донна предпочла остаться в Англии. Спустя 3 года она приехала ко мне провести лето, я ее пригласил. Потом она забеременела, мы решили пожениться. Сейчас я тебе покажу, – Роберто достал альбом с фотографиями. – Вот это самое первое фото Джоша, здесь он только что родился. Я принял его на свои руки!

– Ты присутствовал при родах?

– Конечно! Как я мог в такой важный момент быть вдали от жены и ребенка, которого я так ждал? -

Джошуа на цветном фото был совсем непохож на обычных краснолицых и морщинистых новорожденных. Он был красивым уже тогда. И вполне осознанно улыбался! Причем эдак таинственно, будто был счастлив, что он пришел в этот мир. Другие свежеприбывшие недовольно орут…

– Джошуа действительно уникальный ребенок, – заметила Эля. Думая про себя: может, все-таки Донна не была такой уж сукой, раз ее сынок вышел столь удачным? Говорят же, что красивыми рождаются лишь те, чьи родители любили друг друга. А счастливыми – только те, которых родители ждали. Или Джош такой потому, что его появления жаждал отец, и этого одного хватило? Похоже, отношения у Роберто и Донны были весьма запутанными и противоречивыми. Может, она все-таки любила его? Насколько может 16-летняя девчонка с ветром в голове, с претензиями и амбициями, за которой ухаживает «старый» 30-летний, говорящий с акцентом итальянский «хачик» без особых деньжат в кармане и с эмигрантской тоской в глазах. Должно быть, она привязалась к нему по-своему, эдак снисходительно. Мол, пускай бегает за мной, если ему так уж надо! А потом он пригласил ее к себе, и все переменилось: теперь уже она была одна в чужой стране, целиком зависящая от Роберто, ни слова не понимающая из того, что говорят вокруг. Ей было не с кем общаться, одиноко. А рядом был взрослый, уверенно ориентирующийся в этом непонятном хаосе Роберто. И вот тогда Донна его впервые по-настоящему оценила. Да еще залетела… Роберто все верно рассчитал.

– Вот это Сандра, моя первая любовь! – оживился Роберто, листая альбом дальше. Сандры на фото было почти не было видно из-за тени от пляжного зонта и больших темных очков.

– А это ее дочка Вивиана – она, представь себе, ровесница Джоша! Она очень похожа на мать в ее возрасте, у нее такая очаровательная улыбка! – Роберто показал на фото длинноногой худенькой девочки. Чарующе она здесь не улыбалась, и вообще никак не улыбалась, зато на нее с огромным интересом смотрел стоящий рядом Джош.

– Девочка явно нравится твоему сыну, – заметила Эля, – Может, когда они подрастут, родится новая прекрасная история первой любви?

– Может быть, – мечтательно протянул Роберто.

– А вот это мама Джоша, – он показал на фото молоденькой девушки со злыми недоверчивыми глазами. Много лет назад Донна была более упитанной. Но даже тогда она не была хорошенькой. Зато ее заметно красила копна химических кудряшек.

– Ты же сказал, у вас плохие отношения. Почему ты хранишь ее фото?

– Ну и что, мне просто нравится эта фотография! – Роберто