Он и она - Роман Воронов

— Богу вряд ли есть дело до двух замарашек, снующих в толпе и руководствующихся выбором траектории движения из мелких, бытовых, себялюбивых, а то и скабрезных мыслишек, — Матфей не без интереса посмотрел на проплывающую мимо девицу весьма привлекательной внешности.

— Тогда Сын Его, Иисус, — бесшабашно согласился с Матфеем Лука, — взявши за руки нас обоих, свел под этой аркой.

— Брат Лука, — Матфей обнял товарища, — у Христа иная забота — следить за тем, чтобы ты возлюбил ближнего, не обижал птах малых и всяких зверушек и видел во мраке бытия Свет Отца Небесного, а уж лупить человеческими головами, как шарами, друг о дружку он и не помышляет.

— Но, когда бы для дела, — возразил Лука, — можно и пристукнуть.

— Иисус и для дела не позволит возникнуть боли, — Матфей перешел на назидательный тон. — Не для того он учит предложить обидчику другую щеку, а после и помолиться за него.

— Эй, придурки, освободите проезд, — крикнул конный вельможа, и хлыст его, описав в воздухе правильную окружность, оставил на спине «проповедника» рубиновый след.

— Скотина, — злобно прошептал Матфей, схватившись за плечо.

— Да, Христу точно не до нас, — засмеялся Лука и на всякий случай спросил у чертыхающегося Матфея:

— Не помолишься за «скотину»?

Тот обиженно махнул рукой:

— Остается Дух Святой, не иначе его рук, — здесь Матфей запнулся, — его крыльев дело.

— Не тот ли это голубок, что носится над миром и гадит на изваяния, установленные одними людьми в память о заслугах других, — съязвил Лука, — выражая при этом свое полное пренебрежение к делам человеков?

— Так представляют себе Дух Святой исключительно недоумки, — ответил Матфей, недоверчиво поглядывая на собеседника.

— Как мы?

— Нет, еще хуже, — Матфей заговорщицки обвел взглядом многолюдную толпу. Жители города, следуя мимо, не замечали странноватого вида парочку, выбравшую для беседы столь неподходящее место.

— А как тебе, брат Матфей, видится он? — Лука не моргая уставился на товарища.

— Дух Святой не Он, не Она, но и не андрогин, — Матфей потрогал сиреневую шишку на лбу, — не в физическом облачении, а по сути Присутствия и того, что он есть.

— Откуда знаешь? — восхитился Лука.

— Ты спросил, как видится, я и «увидел», — замысловато ответил Матфей.

Перед мирно беседующими посреди дороги остановилась телега с мешками, полными чистой белой муки. Возница, он же мельник, человек обстоятельный и неторопливый, выждав с минуту, насмешливо поинтересовался у ничего не замечающей вокруг парочки:

— Надеюсь спор ваш стоит того, чтобы быть раздавленными моей гнедой?

Матфей и Лука, отпрянув в стороны, пропустили мельника и сошлись вновь, на то же место.

— Ну, а как видишь ты, брат Лука? — заторопился Матфей, вытирая пятку, ступившую в конский навоз, об камни.

Лука с нескрываемым удовольствием наблюдая, как незадачливый его товарищ комично пританцовывает в попытке избавиться от налипшей массы, глубокомысленно заметил:

— Дух Святой есть особая энергия.

Матфей, уловив нотки сарказма, остановился и воскликнул:

— Чего-чего?

Изобразив серьезную физиономию, Лука сложил ладони, как пастырь на проповеди, и монотонно забубнил:

— Дух Святой — это энергия Воли и Безволия, Воли Творца к саморазрушению, саморазделению для создания тока процесса Самопознания, и Безволия как непротивления, невмешательства в действия Антипода, существование коего необходимо для Самопознания.

— Разве не свят Дух уже? — подключился к теологическим выкладкам Матфей, закатив глаза к небу. — От естества Создателя, а коли ему (Духу) «добавлена» святость, не есть ли это показатель того, что встает эта суть (Дух Святой) в мироздании над парой Бог-Антипод? Не значит ли таковое утверждение, что положение ее (сути) нейтрально и, стало быть, Дух Святой есть нить, удерживающая отталкивающиеся Начала для задуманного процесса взаимодействия.

«Докладчик» устало выдохнул и вытер проступивший на лбу пот резким движением, напрочь позабыв о свежем синяке. Острая боль согнула Матфея пополам, а Лука неожиданно расхохотался:

— И вознесся Икар в помыслах своих, но солнце жаром опалило оба крыла его.

Матфей собрался было огрызнуться, но слова застряли в горле пыжом, ибо в этот самый момент торговка, с трудом волочившая на себе огромную корзину кукурузы, уперлась в манкирующих и огорошила обоих философов громоподобной фразой:

— Здоровым мужчинам место в поле, а не посреди дороги, и волю давать рукам, а не языкам.

После чего «дама с початками» невозмутимо двинулась в сторону базара, обдав притихших Луку и Матфея терпким запахом пота и чеснока.

Первым опомнился Лука:

— Извольте, уважаемый Икар, принять и такой взгляд на вещи, и, кстати, коли вам всюду мерещится Дух Святой в виде нити связующей, где он прятался прямо сейчас? Не на дне ли корзины, бедняга, придавленный спелым товаром?

Матфей, бросив взгляд на удаляющуюся тетку, напоминавшую неуклюжего, но довольного собой слона в джунглях, без излишнего такта, сметающего все на своем пути, задумчиво заметил:

— Дух Святой возникает там, где проявляется дуальность, он удерживает плюс (Бог) и минус (Антипод) от разрыва. Дух Святой обеспечивает существование этой пары во вселенском смысле, а в микро-бытие — вообще любой. Благодаря Духу Святому человеческая душа имеет возможность проходить опыты, разрушающие ее (грешить) и возносящие (каяться), оставаясь единым целым, как малая составляющая процесса Познания Богом Себя через присутствие в некой части мира Его Антипода.

Лука почесал затылок:

— Находясь между, имеешь возможность прильнуть к одному из, на выбор?

— Э, нет, — Матфей активно завертел головой. — Дух Святой не обладает дуальностью, он — «незапятнанный» судия, условный секундант в безусловной «схватке», не позволяющий противникам удаляться друг от друга или сходиться ближе положенного.

Недоумки, не сговариваясь, приняли позы заправских фехтовальщиков, и Матфей закончил:

— Он не предлагает примирения или выбора оружия, он — та линия, по которой дуэлянты двигаются друг к другу.

После чего сделал картинный выпад, а Лука схватился за бок, изобразив укол. Вместо аплодисментов они услышали выкрик:

— Боже, сколько же вокруг идиотов.

Матфей заговорщицки подмигнул Луке:

— Как он догадался?

Лука пожал плечами:

— Наблюдательный. А скажи, брат, не думаешь ли ты, что «кукурузная тетка» и была Духом Святым?

Матфей поморщился:

— Я бы предпочел белокрылую голубку. А с чего ты так решил?

Лука снова пожал плечами:

— Я вспомнил, как ты сказал, что Дух святой проявляется в любой паре беспристрастным свидетелем, нитью удерживающей, и тут она…

Матфей скептически посмотрел на товарища:

— Для нити толстовата, а для Духа — простовата. Дух Святой — коромысло двух планов, один из которых — Рай (присутствие энергии любви), другой — Ад (полнейшее отсутствие), на «плечах» Абсолюта. Самопознание же — это удержание баланса; смещение в сторону Рая — вознесение, возвращение утраченного Эдема, дорога Домой; скатывание в другую сторону — Конец