Первый шаг Некроманта. Том 2 - Илья Рэд

С другой стороны холма на нас сосредоточенно смотрел трёхметровый серый вожак. Не знаю, по какой причине, но у него было две головы, одна из которых безжизненно болталась. Из-за этого на нас до сих пор ещё не напали. Я обернулся обратно к стае и выбросил мощную порцию огня.

— Что он делает? — спросил с отвращением Бес. — Совсем ополоумел, ну вы видели?

— Млять, Бес, да, конечно, мы видели — у нас глаза на затылке, — не оборачиваясь выматерился Соловей.

Его руки так и порхали к колчану, потом на тетиву, свистящий звук и цикл повторялся. Нам действительно некогда было рассматривать, что там происходит. Кишка оживлял и оживлял погибших, но не успевал их нормально напитать жизнью. Из-за этого с мертвецами быстро расправлялись: некроморфная связь рвалась, и приходилось опять искать подходящий труп.

Опираясь на увиденное, я сделал вывод, что у него примерно четвёртый-пятый шаг. Это было немало, хороший середняк, каких с руками и ногами забирали в знатные рода. Но Кишка предпочёл стать вольной птицей и зарабатывать на передовой. В этом плане некромантам намного проще с обустройством жизни.

Отпахают лет пять-десять, сколотят состояние и возвращаются на родину, где у них свой дом, возможно, даже целая деревня и постоянный заработок на целительстве. Вот только из мясорубки надо ещë вернуться.

— Артём, долго ты с ними возиться будешь? — такого я не ожидал, строгий голос Бенкендорфа вывел меня из задумчивости.

— Мать моя женщина, он сам себе оторвал голову? — воскликнул Бес.

— Будет сделано! — выкрикнул я и, наконец, выпустил из рук первую магическую заготовку.

В воздух полетел прямоугольник земляного пласта, на который ушло шесть кругов. Он размножился теневым копированием, покрыв площадь в пятьдесят метров. Все копии я привязал рунами к основе, и они повторяли весь алгоритм за оригиналом. Земля скучковалась в снаряды размером с кулак.

Однако простой дождь из булыжников тут не подойдёт — шкура псов, способна и не такое выдержать. Восьмой круг я потратил на розжиг огня внутри снарядов. Для этого пришлось сделать на руке порез. Камни моментально нагрелись, и последний штрих я уже добил при помощи обычной магии ветра.

Один за другим я отправлял в полёт партии маленьких метеоритов, что поддерживали свою форму до последнего, но стоило им попасть в цель, как пылающая грязь растекалась по шкурам диких псов, нанося колоссальный ущерб. Паника и скулёж не заставили себя ждать.

Раз за разом я бил невидимым молотом по зависшим в воздухе блокам и поливал мини-метеоритами недругов. Когда закончился последний, я и сам не заметил, как Кишка быстрым движением схватил мою руку и залечил мелкий порез.

— Молодчина, Артём, — похлопал по плечу Соловей, который оторопел на время от такого плотного и смертоносного обстрела.

У меня немного кружилась голова, но вскоре это прошло. Однако с истреблением стаи наши проблемы не закончились, потому что в один момент группу чуть не сбросило с холма. Всему виной размашистый удар лапы двуглавого вожака. Несмотря на старания Христа, тот добрался-таки до нас и саданул когтями по щиту Маэстро.

Клирик Джон стоял позади крепкого паладина и держал руку на его позвоночнике. Ладонь подсвечивалась жёлтым светом. Я не знаю как, но воин выдержал натиск.

«Без усилений не обошлось».

Бенкендорф, до этого чуть спустившийся по холму, вдруг вынырнул слева и пустил в пса бесформенный комок глины. Враг успел прикрыться оголившимися костями шеи от второй головы, и показалось, что наш командир просто балуется, кидаясь в зверя земляными «снежками». Однако Христ тут же спрятался обратно, и я увидел его пассы руками. Как будто он держит в них шар, но там ничего не было.

Лицо земляного мага было сосредоточено, как никогда, и я перевёл взгляд на врага. Та самая масса сейчас шевелилась и как бесформенное желе перетекало с оторванной головы на здоровую. Командир, словно некромант или друид, управлял самой сущностью земли, эдаким големом. А мне посчастливилось увидеть этот высший пилотаж.

Пёс остановился и прервался на неведомую прилипчивую дрянь. Защёлкала челюсть, послышался рык. Он сам себя искусывал, вырывая мясо, будто стараясь показать: «Смотри, какой я грозный! Лучше слезь с меня, пока не поздно, иначе вот так вот порву!»

Он упал на землю и принялся тереться об неë спиной, но безуспешно. Затем в ход пошли стальные когти — они пытались вычесать глиняных «блох», но наш командир тоже не промах: разбил всю смесь на отдельные куски, и те расползлись по спине, собравшись потом на шее. Вскоре её окружил плотный глиняный ошейник, и я понял, чего добивался Бенкендорф: он хотел задушить эту тварь!

Теперь маг земли сдавливал обеими руками невидимую сферу, сокращая между ладонями расстояние.

— Чего расселись! Надо помочь ему, — привёл всех в чувство Бес и первым скатился прямо в лапы рассвирепевшему зверю.

— Безмозглый, чёртов бухарец, гори ты синим пламенем, млять, ну отбитый ишак, — бормотал себе под нос Соловей и в этот раз достал стрелу с зачарованным огненным наконечником, прицелился и попал точно в раздувшийся глаз, из которого тут же поднялся дымок.

Неожиданно зверь в последнем рывке на какой-то немыслимой скорости оказался рядом с Бесом и почти проглотил наглого мечника. Этим «почти» кто не допустил трагедии, оказался Джон, образовавший сферу вокруг беспечного удальца.

Вышло так: зубы не смогли её проломить, однако это ощутимо подточило запас маны клирика. Чем сильнее было воздействие на барьер, тем больше он слабел, стараясь сдержать напор.

В конце концов, двуглавый монстр со злостью выплюнул шарик куда-то далеко в лес. Послышался удалявшийся крик Беса, но все сейчас одинаково подумали: поделом наглецу. Я времени даром не терял и создавал следующие восемь кругов. Оказалось, что не зря.

Атака на нашем бухарце не закончилась, и в дело вступил доселе спрятанный из виду гигантский длинный хвост. Он протаранил неожиданно холм, и народ покатился назад, а меня, наоборот, сбросило вниз.

Клирик потерял зрительный контакт, а это значило, что защиты мне не видать, и придётся выкручиваться своими силами. Меня замотало по кочкам, и это грозило переломами рёбер, поэтому, как только я оказался на животе, тут же создал теневую дорожку-спуск. По ней я соскользнул вниз и затем снова ушëл вбок, чтобы не подставиться под удар.

«Никто не