Фацетии - Генрих Бебель

104. СЛУЧАЙ С ЕВРЕЙКОЙ, РОДИВШЕЙ ДОЧКУ ВМЕСТО МЕССИИ[131]

Когда я был в Богемии, то слышал такую историю. Один христианин полюбил молодую еврейку. Когда она от него забеременела, то они вместе решили попробовать избавиться от опасности следующим образом. Ночной порой подошел он к дому и страшным голосом несколько раз возвестил родителям девицы, что их дочь родит истинного Мессию. Они, объявив это своим соседям-евреям, решили, что это необходимо сообщить всем евреям. Когда же собрались евреи со всех концов, она произвела на свет девочку, чем немало переполошила весь Израиль.

105. О БЕЗДЕЛЬНИКАХ, РАСПУТНИЦАХ И СЫНОВЬЯХ СВЯЩЕННИКОВ

У нас есть одна очень верная пословица, что никто на земле не хочет и не желает себе больших почестей и всеобщего уважения, чем люди ничтожные, бездельники и распутницы. Но также и нет никого на земле, кто бы меньше, чем они, заботился о благочестии и добродетели, которые влекут за собою почести[132].

Когда недавно мы говорили о тщеславии таких людей, один сказал, что любая распутница прекрасно и отлично видит, как позорно живут люди такого сорта, однако ни одна не стала лучше от сознания позора других. Я тоже сослался на Ювенала, говорящего в шестой сатире, что эти твари скорей и охотней согласятся иметь один глаз, чем одного мужчину[133]. На это другой забавно сказал: «Да что тут долго говорить! Распутница гораздо реже удовлетворяется одним любовником, чем попрошайка подаянием из одного дома: тот, кто хочет выклянчивать себе пропитание, будет выпрашивать, плача и рыдая, не только по улицам, но и по домам». Третий утверждал, что наиболее тщеславны сыновья священников. Они — или совершенно честные, или совершенно ничтожные и презренные люди. Один на это сказал: «Это я знаю по опыту: священники обычно бегут от своих детей, когда они маленькие, стыдятся их присутствия или упоминания. Дети их, наоборот, бегут от своих отцов и ненавидят свое постыдное происхождение, когда вырастают и становятся мужчинами, между тем, как их родители — старые священники — в эту пору уже хотят ими хвастаться и притворяются, что их любят».

106. О СТАРОМ МОНАХЕ, ОПЛАКИВАЮЩЕМ СВОЕ БЕССИЛИЕ

Один человек сказал мне, что это произошло с ним самим, когда он как-то, прося апостольскую индульгенцию (так говорят), исповедался некоему монаху преклонного возраста. Он рассказал ему, что в любовных делах он не пропускал ни одной женщины самого разного рода. Монах страшно зарыдал, так что грешник уже пришел в великое отчаяние, потому что думал, что тот плачет из-за его ужасных грехов. Он не знал, что предпринять и куда деваться, так как потерял всякую надежду на отпущение. Наконец, монах собрался с духом, успокоился и сказал: «Не бойся, сын мой, для души твоей и для твоего спасения очень хорошо, что ты еще печалишься о грехах. Я ведь плачу не из-за чего-нибудь, а из-за того, что ты вызвал в памяти прекрасные и навсегда ушедшие годы, когда я еще был мужчиной. Больше, к сожалению, я уже не могу подвизаться на этом поприще».

Рассказчик клятвенно заверял меня, что это произошло с ним самим.

107. О НЕКОТОРЫХ МОНАХАХ

Я слышал, что рассказывал другой человек, который до сих пор жив и пользуется всеобщим уважением. Он говорил, что в одном монастыре он спросил у послушников (так они сами себя называют), нет ли у них какой-нибудь женщины или доброй подружки, а они ответили: «Нет», уверяя, что им это не позволяется до тех пор, пока они не станут патерами.

108. ОБ ОДНОМ БЕССИЛЬНОМ ЧЕЛОВЕКЕ

Когда один человек зимой у своей подружки оказался бессильным и...[134], то девица, увидав, что ему очень стыдно, сказала: «Не мучайся, в этом повинен холод». Юноша ответил: «Честное слово, нет. Потому что это случалось со мной не один раз и летом, когда было очень жарко».

109. ОБ ОДНОМ ДВОРЯНИНЕ

Один дворянин рассказывал мне, что в первый год, когда женился, он со своим тестем поехал к епископу Шпейрскому. Там они с тестем должны были спать вместе, потому что не хватало кроватей. Ночью во сне он стал прикасаться к тестю, думая, что это его жена, и тесть, пробудившись, закричал: «Перестань, зять, прошу тебя, ведь я тебе для того и отдал свою дочь, чтоб ты оставил меня в покое».

110. ФАЦЕТИЯ ИОГАННА ГЕРСОНА[135]

Некая матрона приехала в Орлеан и, увидав там много молодых школяров, спросила, что они делают. Ей ответили, что они занимаются изучением наук. «Каких?» Ей ответили: «Гражданского права». Тогда она: «А с какой целью? Кем они станут?» Ей сказали: «Они будут ходатаями по делам мирян, стряпчими и адвокатами». «Ох! — воскликнула она,— у меня на родине есть только один не то стряпчий, не то поверенный, и его болтовня и лживость разорили уже почти всю деревню. Что же натворит теперь такое огромное множество школяров?»

111. О ПРИЧИНЕ, ПО КОТОРОЙ СЫН СЛЕДУЕТ ЗА ОТЦОМ, А ДОЧЬ ИДЕТ ВПЕРЕДИ МАТЕРИ[136]

Когда у наших спрашивают, почему сын следует за отцом, а дочь идет впереди матери, то женщины отвечают неглупо и правдиво: что дочь идет впереди матери, потому что мать полностью уверена, что это ее ребенок. Сын же следует за отцом, потому что отец, показывая на сына, который у него за спиной, говорит, что он только лишь верит, что это его сын, так как жена могла ведь его и обмануть. Поэтому из-за такого сомнения сын должен идти сзади. (Так, достоверное — очевидно, а на недостоверное смотрят оборачиваясь, искоса,)

112. ОБ ОДНОМ УГОЛЬЩИКЕ

Один очень богатый князь лишился великого сокровища из-за обмана и воровства трех своих любимых слуг. Он пообещал очень большую награду тому, кто найдет ему сокровище. В соседнем лесу жил в ужасной бедности один угольщик. Когда он об этом услыхал, то подумал о своей нужде и о швабской пословице, в которой говорится, что хороший завтрак стоит виселицы (т. е.: бедному ради завтрака можно рискнуть быть повешенным)[137]. Поэтому, решив, что его бедность окончится таким завтраком, он пришел к князю и пообещал найти ему сокровище, если ему дадут три дня подумать. Князь велел запереть угольщика в комнату и как следует его накормить. В первую ночь, когда он уже насытился, он сказал: «Бог все делает к лучшему (так у нас говорят), один уже прошел» (думая, что один день уже прошел). А один из воров стоял у его комнаты, желая узнать, что он там делает; когда он услыхал эти слова, то побежал