Два мира. Том 3 - Виктор Василёв

— По рукам, — сказал отец Ивана.

— Не зарывайся, — осадил его герцог. — Это пока в моей власти.

— Но вы же согласны дать слово принцу-регенту, что не будете пытаться поглотить род Бельских в течение ближайших двадцати лет? — улыбка баронессы выглядела жутко и почему-то очень знакомо.

— Согласен, доставайте артефакт.

Когда были произнесены все нужные фразы, я понял, что серьезно продешевил. Скуратовы сейчас все равно ничего бы не смогли сделать Ольге.

Ладно, плевать, вряд ли мне позволила бы большее баронесса. Мне кинули кость за хорошо сыгранную роль в чужой пьесе, можно сказать, переплатили.

Глава 7. Прекрасные дамы

Баронесса привела нас в медпункт академии. Хватило одной фразы, чтобы все местные целители вышли. Средний Скуратов положил сына на кушетку и не терпящим возражения тоном сказал:

— Я останусь здесь.

— Хорошо, но, если из-за вас ему станет хуже, не говорите, что я не предупреждал, — буркнул я, склоняясь над своей жертвой. — Будьте добры, подойти ближе, лезьте под руку, обязательно давайте советы. Тогда ваш ребеночек точно выздоровеет, не поедет в больничку на остров Роук.

Дед скрипнул зубами, отец грязно выругался. Спустя несколько минут уговоров Мари выпроводила их за дверь. Потом поставила барьер от проникновения и прослушивания.

— Мог бы быть с ними помягче, — с укором сказала она.

— Они сегодня планировали отправить меня в крематорий. Всепрощение — не мой грех, — сухо ответил я, приступая к работе.

Наложить обезболивающие чары, добавить кое-что из записей Кадаверов, спустить Януса с поводка.

Думаю, баронесса легко могла вылечить Ивана сама, но решила дать мне возможность покопаться в его голове. И посмотреть на мою работу вблизи.

— Разделение сознания?

— Крысиный волк.

— Так я и думала. Спустил его, когда оказался рядом с Иваном?

— Верно.

Спустя полтора часа все было готово. Если ломал по определённому плану, чинить гораздо легче.

Увы, в памяти Ивана я не нашел ничего интересного. Он был любимчиком деда, которого натаскивали, как боевого мага. От взрослых дел его держали подальше, да и он сам не стремился лезть в них. Из парня вырастили стопроцентного бойца, который приучен выполнять приказы, а не думать.

— Герцог Скуратов держит свои планы в голове. Даже бумаге их не доверяет, — с насмешкой сказала баронесса, когда я закончил.

— Неприятно, но вызывает уважение. Зачем его высочество устроил этот фарс? Зачем все это, ваша милость?

— Не фарс, простейшая двухходовка, которая необходима, чтобы заручиться поддержкой влиятельных союзников.

Я вопросительно посмотрел на Мари.

— Чем расплатилась Бельская за дуэль с Белозеровыми?

— Не успел спросить.

— Ничем. Когда Михаил Скуратов был моложе, сильнее и наглее, он поднял свой род на вершину, сделал его вторым по силе в Ибири. Они стали костью в горле у Белозеровых, но разобраться с ними они не могли. Все их силы уходят на удержание позиций.

— Поэтому они поддержали Ольгу, ведь она предотвратила усиление конкурента.

— Верно, Маркус. Честно говоря, я удивлена, что ты не ожидал ответного визита от Скуратовых.

Не ожидал, она права. Я был уверен, что контратаку предпримут на Бельских, Риотаб или на Даламара, благословившего эту операцию. В принципе, с последним я оказался прав. Вот только угадал направление, но не конкретный удар.

— Я думал, что атака будет по кому-то более значительному.

— На нее у Михаила нет сил и времени, поэтому он решил ударить по ученикам Сайруса. Он хотел показать Даламару его место, цену войны.

— Он надеялся, что Даламар отступит? А что дальше? Убийство Риотаб, а потом Ольги?

— Нет, ожидание финала кризиса. Они обе проштрафились на Иллирии, проморгали некроманта, поэтому должны показать себя в грядущей компании.

— Либо Ольга, либо Риотаб. Или они обе. Если не повезет, старый-добрый несчастный случай. Потом можно будет взять Бельских голыми руками, не мучаясь с Антоном.

— Верно. Паршивая овца везде найдется. От нее мы узнали, что герцог хочет «поставить на место» Даламара. Было очевидно, что ты выйдешь драться вместо мефрау Холд. Скуратова этот вариант устраивал. О тебе он ничего не знал, не допускал мысль, что ты можешь расправиться с его внуком.

Я против воли улыбнулся.

— Я сделал всю грязную работу, а вы принудили герцога к кабальному соглашению. Теперь он, как верный пес, будет приносить палку Белозеровым?

— Все не так плохо. Просто под предлогом участия в компании уступит спорные земли, откажется от старых претензий. Это позволит Скуратовым и Белозеровым выставить подобающие отряды для участия в войне.

— Верховный маг обещал привлечь всех старших.

— Он сделал все возможное, но нужно было сделать последние усилие.

— Я так понимаю, Скуратовы потеряют много магов на Иллирии, а потом Белозеровы поставят их на колени? — с усмешкой спросил я.

— Маркус, откуда такой цинизм в таком юном возрасте?

— Вариантов много. Либо от первого наставника, либо от дяди.

Я заметил, что де Ратуа вздрогнула, но быстро натянула на лицо улыбку и сказала:

— Вопрос снимается. Добавлю, что мы показали подрастающему поколению нашу аристократию во всей красе. Теперь большинство предпочтет службу королю, а не благородному роду.

«И окончательно испортили тебе репутацию, Маркус. Думаю, половина учеников теперь будут бояться ментальной магии и тебя, как огня», — тут же заметил Янус.

«Не все в трех мирах вертится вокруг меня. Просто оказался не в то время и не в том месте», — парировал я.

— Изящно. Даламар не смог приехать. Он знал? — задал я главный вопрос.

— Нет, это идея ближнего круга Карла. Твой покровитель ценен, но пока не заслужил такого доверия.

Поэтому вы завалили его работой. Хорошо, значит Даламар не в курсе. Если Мари не врет, чтобы выставить генерал в лучшем свете. Про такую вероятность забывать нельзя.

— Что вы планируете для меня?

— Даламар владеет всей информацией, уверена в ближайшее время он сообщит тебе. Пусть это будет сюрпризом.

— Не люблю сюрпризы. Можете хотя бы намекнуть?

Мари загадочно улыбнулась и без перехода спросила:

— Тебе понравилось пытать Ивана?

— Не уходите от темы.

— Честно ответишь на мой вопрос, я отвечу на твой.

— Он собирался отправить меня в крематорий.

Мари наградила меня тяжелым взглядом, ее зеленые глаза в этот момент показались жуткими и неестественными. Мертвыми.

— Я не это спросила.

— Мне приходилось ломать людей раньше. Уверен, это указано в моем досье.

— Указано. Я не это спросила.

Настойчивая дама.

— Я сожалею. Сожалею, что нельзя распотрошить этого ублюдка. Плевать, что он хотел убить меня, переживу, но он хотел причинить