«Если», 2016 № 01 - Журнал «Если»

в Чечне. В настоящее время — редактор одного из калужских журналов. В литературе дебютировал в 1996 году рассказом «Малые возможности» на страницах журнала «Если». В том же году вышел первый авторский сборник «Тень покровителя». Вошедшая в него повесть «Последняя тайна осени» удостоена премий «Фанкон» и «Старт» как лучший дебют года. Всего опубликовал десять романов и два десятка повестей и рассказов. Лауреат премий «Меч Бастиона», «Серебряная стрела», а также мемориальной премии Кира Булычева. Женат, трое детей.

Дмитрий Казаков

АДСКИЙ ЧЕРВЬ

/фантастика

/гуманитарные технологии

/глобальная война

_____

Солнце останавливали словом,

Словом разрушали города.

Николай Гумилёв

Генерал Макалистер был лыс, краснолиц и пучеглаз.

Мощный голос и привычка лупить по столу пудовым кулачищем объясняли намертво прилипшее к нему прозвище «Тихоня».

Семен, хоть и служил в Управлении стратегической информации с начала войны, то есть более двух лет, сталкивался с высоким начальством не так часто, ну а уж в кабинете у него и вовсе находился впервые.

Оно и не по чину простому капитану.

Так что Семен нервничал, ожидая, когда очередь дойдет до него.

Совсем не успокаивало и то, что в соседнем кресле развалился его непосредственный командир. Майор Компрадор-Санта-Мария-де-ла-Крус славился не только объемом пуза, но и отсутствием характера, а также готовностью похоронить кого угодно ради собственной горячо любимой якобы кастильской задницы.

Он не упускал случая поименовать себя испанским дворянином, хотя был родом с Филиппин и чванливые идальго вряд ли бы стали гордиться таким потомком. Конкистадора или дуэлянта майор напоминал меньше, чем дистрофик грузчика, разве что во всякого рода интригах был экспертом не хуже предков.

— Раз уж вы позволили себе так облажаться, то хотя бы не мажьте дерьмом остальных! — закончил генерал длинную тираду, обращенную к крепкому щеголеватому полковнику из шифровального отдела.

«Вот сейчас меня и смешают с этим самым дерьмом», — подумал Семен, глядя как полковник, за пятнадцать минут потерявший весь лоск и даже вроде бы постаревший, бредет к своему месту.

— Так, что у нас дальше… — Макалистер отхлебнул из бокала коричневой жидкости, похожей на чай: что именно он пьет, никто не знал, и по управлению ходили легенды; в банальных версиях упоминались виски и ром, в изощренных — специальным образом приготовленная кровь бржудов. — Отдел семантических исследований, майор де-ла-Крус…

Семен облизнул пересохшие губы, с трудом подавляя желание нырнуть под стол.

В конце концов, он не кадровый военный и оказался тут, в общем, случайно…

— Да, мой генерал! — майор выскочил из кресла как жирный чертик из табакерки. — Сегодня мы представим окончательный доклад по проекту «Адский червь»!

Названия самозваный дворянин любил звучные, броские, а термина «нелепость» в его словаре не имелось.

— Моим содокладчиком будет куратор проекта капитан Буряков.

Ну все, деваться некуда… Семен поднялся, вытянулся, стараясь хотя бы на миг выглядеть не штатским хлыщом в военной форме, а настоящим офицером, достойным стандартов УСИ.

Генерал сморгнул, наверняка подгружая в оперативку досье на капитана, о котором до сегодняшнего дня если и слышал, то мельком: уроженец Архангельска, выпускник МГУ по специальности «ксенолингвистика», автор пяти монографий по семантике и когнитивной структуре бржудского языка, призван тогда-то, уровень допуска такой-то, в докладах отдела внутренней безопасности характеризуется таким-то образом…

Каким именно образом, знать Семен не мог, но надеялся, что все у него в порядке. Особо выдающимся порокам он не предавался, лишнего не болтал, контактов с агентурой противника на Земле, если таковая вообще существовала, не имел.

— Докладывайте, — велел Макалистер. — Посмотрим, что вы там придумали.

С разных сторон донеслись негромкие смешки.

Офицеры прочих отделов полагали семантиков дармоедами и бездельниками — занимаются непонятно чем, а жалованье, награды и прочие блага получают на общих основаниях.

Ощущая, что у него вместо ног деревянные ходули, Семен вслед за командиром прошагал вокруг стола и оказался сбоку от генерала, непосредственно перед проектором: тот покажет то, что докладчик будет подгружать собравшимся офицерам напрямую.

Дублирующий канал передачи информации — просто на всякий случай.

— «Адский червь»! — с улыбкой объявил майор де-ла-Крус, на чем счел задачу выполненной и отступил в сторону.

Семен откашлялся и принялся докладывать.

Нервозность уменьшилась, когда он погрузился в хорошо известную ему область. Замелькали графики и таблицы: красочные, максимально упрощенные, чтобы их могли воспринять даже офицерские мозги, не искушенные во всякой лингвистической и когнитивной хрени. Термины вроде «конвергенции языкового и неязыкового мышления» или «структурного прайминга» встречались, но ровно в той мере, чтобы сообщение выглядело наукообразно.

Экзотическая приправа для блюда из обычной курятины.

— Вы закончили, капитан? — спросил Макалистер, когда Семен замолчал.

— Так точно.

— Тогда дайте-ка уточним, что именно за чертову мутотень вы тут напредлагали. Собираетесь внедрить в активный лексикон бржудов слово, заменяющее обычное «да»?

— Заменяемая лексическая единица в языке противника имеет куда большую семантическую нагрузку, чем в нашем. Каждое предложение бржудского должно быть маркировано позитивно, негативно или вопросительно с помощью специальной частицы, как если бы мы вставляли «да», «нет» и «нет уверенности» в начало…

— Не выделывайтесь, капитан! — взревел генерал, шарахнув кулаком по столешнице. — Вы тут не телке мозги пудрите, чтобы за титьки ее полапать!

Хватая шершавые ноги…

— Эй, капитан, вы не заснули?! — голос Макалистера шилом вонзился в ухо.

— Виноват, — Семен обнаружил, что бессмысленно пялится в стену рядом с окном. — Да, мы предлагаем заменить бржудское «да» на что-то вроде «нема базара, зуб даю, мамой клянусь». Смысл, в общем, тот же, но второе намного длиннее первого, а поскольку бржуды, включив это слово в лексикон, будут вынуждены пользоваться им в каждом утвердительном предложении, причем не только вслух, но и в мыслях…

— И это замедлит скорость их… э… ментального процесса? — генерал оглянулся на проектор, замерший на финальном графике, походившем на симпатичную горную систему с разноцветными пиками.

— Так точно. Эксперименты, проведенные нами на подопытных из числа обитателей кейптаунского лагеря для пленных и интернированных лиц, дают однозначный результат.

— А внедрить это слово предполагается?..

— С помощью бржудского аналога Поля. Мы сделаем это словечко модным. Спутники-вещатели, что используются в данный момент почти исключительно для пропаганды, начнут транслировать специально подготовленные ролики, аудио и видео.

Совершенно безобидные, но при этом содержащие новое слово в понятном контексте.

— Бржуды станут не только говорить с помощью этого самого «нема базара, зуб даю», но и думать, в том числе пилоты боевых кораблей, командиры и даже навигаторы, — голос Макалистера звучал тихо и