Лишь тот... - Сергей Викторович Вишневский

— С медовухи? — хмыкнул Гош. — Только послушник этот...

— А может съел чего?

— Не-а, — мотнул головой Гош. — Я и тухлятину жрал, и грибами травился. Такого никогда не было.

— Значит, дело в нем, — авторитетно заявил ребенок.

— Он, конечно, засранец редкостный, но... силы у него столько, что на весь орден хватит, — вздохнул паладин и улыбнулся. От воспоминаний о парнишке, на лице сама собой появилась довольная улыбка. — Но сила тут ни причем. У него внутри свет. Настоящий, белый... Тот самый, чистый...

Гош повернул голову к мальчишке, но тот исчез. Ни малейшего следа, что тот был на самом деле.

— Эй, малый...

Он оглянулся, но на него никто не смотрел. Женщины разошлись, воины отправились дальше на пост. А он так и сидел на каменных ступеньках.

Облака с горизонта затянули белой пеленой небо над головой. Подул слабый холодный ветерок.

— Словно снегом хотят разразиться, — произнес Гош и поднял взгляд к небу.

С него капля за каплей пошел дождь.

Кап.

Кап.

Каждая капля едва светилась и, падая на землю, крыши домов, разбивалась белоснежными искрами. Часть из них тут же растворялась в воздухе, честь оставалась лежать там, где появилась, растворяясь, словно мелкие угольки.

Скрипнула дверь, и на пороге появился хмурый Ари. Он молча сел рядом с паладином и уставился на происходившее вокруг чудо.

В сумерках дома укрепления заставы и даже стражники на стенах покрывались белыми искорками. Они переглядывались и взволнованно вертели головами. На улице показались женщины и дети, тут же принявшиеся ловить руками белоснежные огоньки.

— Ты? — спросил Гош, не поворачивая головы.

— Артефакт сломался, — хмуро буркнул Ари.

— Красиво, — с пьяной улыбкой произнес паладин. — А артефакт... да и хрен с ним...

Молчание затягивалось.

Кап.

Кап.

Кап.

— Снек, он...

— Снова уволок какую-то бабу, — утвердительно закончил за паренька воин. — Это его отступной.

— Что?

— Отступной. Право, которое он себе выбрал, в обмен на службу ордену. У каждого из нас свое отступное.

— Он ведь клирик. У него свет. Как он может так и...

— Мы люди, Ари. Мы не можем отказаться от всего, что есть вокруг нас. Отказываются от соблазнов только затворники, да и те... Делают это с каким-то умыслом или от раскаяния. А мы люди... Человек не может отказаться от всех соблазнов в этом мире. Поэтому мы выбираем один. Мое отступное...

— Вино.

— Вино, медовуха, брага и самогон, — кивнул Гош. — У Снека — женщины. И знаешь, если я пришел с долгого похода, бился с нечистью и вымотался так, что ноги еле волочу, то мне совсем не до молитв. Понимаешь, о чем я?

— Понимаю, — кивнул парень.

— Ты еще молод, и не спеши со своим отступным, — вздохнул воин. — Но то, что он нужен — это точно. Так легче, даже если выбор и дело твоё очень и очень тяжелые. А иногда и слишком тяжелые.

Белоснежные огоньки заполнили землю, легли ровным слоем на крыши и стены. Застава превратилась в изумительное украшение, блестящее, словно из сказки. Дети бегали по дворам, хохоча собирая самые большие искорки, женщины тоже нагибались, подбирая невиданные чудесные огоньки.

— Красиво, — повторил паладин.

— Путники! Трое! — закричал один из солдат на стене, указывая в сторону дороги.

Паладин поднял на него взгляд и вскинул брови. Переведя взгляд на послушника, он произнёс:

— Помоги мне встать. Эта бурда превратила мои ноги в мешки с сеном.

Ари послушно помог встать Гошу. Тот положил руку на плечо послушника для равновесия и скомандовал:

— Пошли, встретим незваных гостей...

***

Раскрасневшийся Снек спустился по лестнице и уставился на Гоша с Ари, которые сидели напротив троих мужчин в кожаной броне.

— Так, — поправил он свою мантию. — Похоже, я что-то пропустил.

Он уселся рядом с паладином и вопросительно взглянул на незнакомцев.

— Меня зовут Люмберг. Младший сын барона Гельшат. Это мои верные товарищи, — пояснил сидевший по центру молодой мужчина, лет двадцати пяти на вид.

— И что вас привело к нам? — спросил Снек и прокашлялся. Во рту была настоящая пустыня.

— Мы услышали, что в заставе появились представители Янтарного ордена, — пояснил дворянин. — К монастырю нам было не пробиться, вот мы и решили, что надо добраться хотя бы до вас.

— В смысле не пробились? — спросил клирик.

— Ковен перекрыл пути вокруг поместья. Они расставили нежить и не дают никому пройти, — пояснил воин, сидевший рядом с младшим сыном барона.

— Мы чудом улизнули по болотам, — пояснил второй. — Благо нежить прекрасно тонет в их водах.

— Как и люди, — заметил