Бьёрн Магнуссон - Добрый Волдеморт

Горничная ещё раз лукаво улыбнулась и отвернулась, собираясь заняться своей работой. Магнуссон мгновенно выхватил палочку и произнёс ей в спину:

— «Обливиэйт». Ты забудешь, о чём мы говорили.

Фигура горничной замерла, она постояла несколько мгновений и отправилась по своим делам. Бьёрн облегчено выдохнул, поставил на двери арабов сигналку и вошёл в свой номер. Там он лёг на кровать и закрыл глаза в ожидании. Через несколько часов сигналка сработала, и Бьёрн немедленно накинул на себя невидимость и выглянул в коридор. Бородатый араб, которого остальные называли старшим, как раз входил в номер.

Рамиль не успел ещё обменяться приветствиями со своими людьми, когда услышал за дверью чарующий голос молодой гурии, на которую они все четверо обратили внимание ещё в день приезда в Париж. «Глупышка пренебрегала нашими щедрыми предложениями целый месяц, но теперь развратная шармута осознала, что таким горячим парням, просто невозможно отказать. Видимо, и у женщин иногда просыпается разум», — усмехнулся про себя Рамиль и причмокнул губами. Он уже предвкушал, как неприступная гордячка становится мягкой и податливой, выполняя желания изголодавшихся воинов.

Нацепив на лицо самую приветливую улыбку, араб распахнул дверь. Вот только за ней находился Бьёрн, и не ожидавший такого поворота Рамиль, тут же получил «Империо» в лоб. Его приятели слышали лишь голос девушки из артефакта, поэтому всё прошло незаметно.

— Сейчас ты заходишь к своим и оглушаешь их, — глядя в затуманенные глаза бородатого араба, вполголоса приказал Бьёрн.

Тот послушно кивнул и вытащил палочку, разворачиваясь в сторону комнаты. Магнуссон, отставая на шаг, вошёл за ним следом, прислушиваясь к весёлым голосам остальных боевиков.

— Где же эта сладкоголосая гурия, Рамиль? — воскликнул Ахмед, глядя на командира, и тут же получил в голову «Остолбеней».

Оставшиеся волшебники изумлённо уставились на него. Один попытался что-то сказать, но Рамиль быстро оглушил их обоих.

— Молодец, — похвалил бородатого араба Бьёрн. — Теперь отдай мне свиток китайцев и сундук с яйцом дракона.

Рамиль кивнул и полез под одну из кроватей. Бьёрн с сомнением посмотрел на объёмный сундучок, но всё же умудрился его засунуть в портальную сумочку. Затем Магнуссон убедился, что в тубусе именно тот свиток, он отправил его следом за сундуком, а потом посмотрел, на Рамиля:

— Запоминай движение палочкой и ключевую фразу.

Тот послушно всё повторил и через некоторое время Бьёрн признал результат сносным. После чего превратил лежащих без сознания арабов в маленькие глиняные статуэтки.

— Куда вы там хотели уехать из Франции, мне неинтересно. Бери своих товарищей, — Бьёрн кивнул на статуэтки, — и вали прямо сейчас. Как прибудешь в страну, где вы собираетесь прятаться, с помощью заклинания, что я тебе показал, сможешь расколдовать своих людей. А сейчас — «Обливиэйт!»

Через десять минут Бьёрн спустился по лестнице на первый этаж, приветливо махнул администратору и вышел за ограду. Время действия очередной порции «Оборотного» зелья как раз подошло к концу и, не снимая невидимости, дальше он шёл в своём настоящем виде.

Уже подходя к ресторану Араминты Мелифлуа, Бьёрн подумал, что с Рью Чангом поговорит позже, когда отпразднует Новый год с Вегой. Сейчас, едва напряжение спало, ему сильно захотелось её увидеть. Бьёрн вошёл в зал, и ему сразу стало заметно, что ресторанчик пользуется популярностью. За каждым столиком сидели парочки или компании, вкусно пахло едой, играла приятная музыка. За стойкой стояла сама мадам Мелифлуа, а Веги видно не было.

— Здравствуйте, миссис Блэк, — поздоровался Магнуссон, привлекая к себе внимание.

— О, приятель моей дочери, — по-доброму усмехнулась женщина. — А ты как здесь оказался?

— Был по делам в Париже, захотелось Вегу проведать.

— Ну да. Уже целую неделю, не виделись, — лукаво прищурилась Араминта. — Хорошо, сейчас позову.

Она взмахнула палочкой, и маленький полупрозрачный кот умчался куда-то вверх, сквозь перекрытия.

— Какое красивое заклинание, — Бьёрн проводил взглядом животное. — От него тепло идёт.

— Ну, чтобы почувствовать эффект «Патронуса», многого не надо. Это заклинание защитника от тёмных сил, а ещё с его помощью можно передавать сообщения.

— А когда мы будем проходить его в Хогвартсе? — заинтересованно спросил Бьёрн.

— В школе его редко изучают и только на последних курсах, — пожала плечами Араминта. — Считается, что только сильным волшебникам доступно это заклинание, а его телесная форма — очень сильным. А так, формулу вызова можно найти в библиотеке Хогвартса. Правда, уже не помню в какой секции. Что-то про высшие, светлые чары, наверное.

В этот момент по лестнице спустилась Вега, и Бьёрн невольно залюбовался девушкой. Та, правильно оценив его взгляд, смущённо улыбнулась и подошла.

— Привет, — Бьёрн восхищённо посмотрел ей в глаза, невербально создавая в руке «Орхидеус».

— Спасибо! Какие они красивые, — Вега с благодарностью приняла букет.

В этот момент к стойке подошли очередные посетители, и Араминта сказала:

— Ладно, идите гуляйте, только не до утра. Хорошо вам отпраздновать «Новый год», детишки.

Бьёрн пожелал ей того же, и они с Вегой вышли на улицу. В этот раз девушка предложила отправиться в круиз по Сене сквозь весь город. Через час они уже сидели возле окошка на борту круизного пароходика, ели жареные каштаны и пили безалкогольный глинтвейн, разглядывая нарядный Париж.

Праздничная иллюминация украшенных к Новому году зданий, оставляла на лице Веги загадочные тени, делая его ещё прекрасней. Бьёрн встретился взглядом с её синими глазами, и что-то внутри томительно напряглось. Гулко стукнуло