Ян и Инь 2. Путь к свободе - Ник Вотчер

Заснул я быстро, несмотря на похрипывание и покашливание упрямого «козла». Проснулся первым, когда солнце только только начало вставать. Делать было нечего и мои сокамерники изнывали от скуки. Я же занимался тем, что готовился к ночному походу. Гонял по телу энергию, прокручивал в голове последовательность действий, отслеживал краем сознания происходящее в коридоре.

Почти всю первую половину дня всё шло как обычно. Тюремщики разносили еду, устраивали обходы, не забывали оскорбить заключённых. А вот незадолго до обеда началась нездоровая суета.

Большая группа вооружённой стражи появилась в коридоре и начала прочёсывать все камеры. Одна за другой. Зашли они и к нам.

Разворошили всю, с любовью и аккуратностью сложенную в кучи, солому. Поставили всех лицом к стене, обыскали, заставили разуться, осмотрели обувь, нашли тайник в каблуке Шустрика. Пустой, естественно. Он, не будь дураком, спрятал оставшиеся железки в щели между камней и замазал из грязью. Я, впрочем, поступил точно так же.

Стражников обувь шустрика сильно заинтересовала. Настолько, что они хотели забрать её себе. Бедный парень с трудом уговорил их оставить ему ботинки, объяснив полость внутри каблука тем, что он использует её как место, где хранит самые ценные монеты.

На вопрос одного из стражников на счёт местонахождения содержимого, Шустрик честно признался, что ничего дороже копейки там не бывало. Но когда-нибудь…

Стражники посмеялись над наивностью парня и, в качестве профилактики, пересчитали ему рёбра. И не только ему. Досталось всем. Справедливости ради стоит отметить, что били они не изо всех сил. Но даже так пришлось сделать вид, что мне очень больно, и упасть на пол.

Наградив меня на прощание пинком в живот, отведшие душу стражники отправились проверять остальные камеры.

— Что, интересно, они ищут? — спросил неизвестно кого Шустрик, при этом, почему-то, глядя на меня.

Остальные тоже смотрели в мою сторону, но молчали.

— И мне, — спокойно ответил я. — Наверное, что-то важное, раз столько людей нагнали.

Спустя пару десятков минут, мимо нашей камеры пробежал один из стражников. А спустя ещё некоторое время, в том же направлении пронесли два свёртка.

Пока мои сокамерники строили предположения, что там могло быть, склоняясь в пользу варианта с телами кого-то из заключённых, я внимательно прислушивался к тому, что говорили проходящие мимо стражники. И пусть услышал я немного, но нотки недоумения и даже страха для себя отметил.

К нам тоже зашли, вывели поодиночке в коридор и тщательно осмотрели. Искали, судя по всему, следы крови. Но нашли только у козлобородого. Принимая во внимание то, сколько раз ему досталось за последние два дня, я бы скорее удивился, если бы крови на нём не обнаружили.

Только ближе к ночи затихла вся эта шумиха. Всё это время мы вели себя, как примерные узники, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания. Учитывая, что больше нас не покормили ни обедом, ни ужином, у нас это получилось просто отлично.

Я ждал ночи со всё возрастающим нетерпением, хотя и старался этого не показывать. Меня все чаще посещали мысли о том, что у Макса может что-нибудь сорваться в самый последний момент. А вдруг у меня получится освободить наших, но я сделаю это слишком рано. Или, наоборот, опоздаю и, не получив поддержки, найденные Максом бандиты решат отступить…

Ещё одним фактором, из-за которого я не решался действовать и выжидал более подходящий момент, были двое стражников, которые остались дежурить в нашем коридоре.

Сначала они ходили туда-сюда, негромко переговариваясь между собой. Потом уселись в противоположном от спуска на нужный мне этаж месте.

Я всё ждал и надеялся, что может они заснут. Или уйдут. Или ещё что-нибудь случится, и их позовут наверх. Но время шло, а они так никуда и не ушли.

В итоге, когда время, по моим прикидкам, приблизилось к полуночи, я не выдержал и решил действовать.

Стражники, к тому моменту, вроде как начали кемарить, всё чаще опуская подбородок на грудь. Как по мне, так умение спать сидя на стуле это очень полезный навык. Но опасный для жизни.

Я достал спрятанные инструменты для взлома замка, очистил их от грязи и подошёл к двери. Почти две минуты я прислушивался к доносящимся из коридора звукам, но ничего, кроме храпа и сопения не услышал.

Замок открылся без каких либо проблем. Правда, под конец у меня, неизвестно от чего, внезапно свело судорогой пару пальцев, и игла с железной пластинкой выпали у меня из рук. Раздался характерный звук от соприкосновения железа и камня.

Я тут же втянул руки обратно в камеру, пытаясь понять, разбудил ли этот шум стражников.

Разбудил.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом они встали и двинулись в нашу сторону. При этом не поленились прихватить с собой оружие. Вооружены они были булавами, которыми, при должном умении и сноровке, так легко можно раздробить буйным заключённым кости.

— Где-то здесь звякнуло. У этой камеры. Я точно слышал, — негромко произнёс один из стражников, который не забыл прихватить с собой чадящий факел.

— Может послышалось? — спросил его второй, зевая. — Там же только одна клетка занята. А в ней четыре задохлика, которых сегодня дважды проверяли и ничего у них не нашли.

— Ты будешь потом объясняться со старым псом, если они умудрятся сбежать?

— Свети давай, — буркнул ему в ответ недовольный напарник, которого почему-то ни капельки не вдохновила перспектива беседы с кем-то, если я верно понял, из начальства.

— Смотри! Что это?

Возглас внимательного стражника, раздавшийся в районе пола, послужил для меня сигналом. Я вскочил на ноги и с силой пнул дверь.

Наклонившийся подобрать оброненные мной отмычки стражник получил дверью прямо по голове. Следом из камеры выскочил я и сходу атаковал второго.

Охранник, с густыми, длинными усами, оказался тертым калачом и сразу пустил в ход своё оружие. Он успел довольно ухмыльнуться в свои шикарные усы, опуская булаву мне на голову. А когда я спокойно принял удар, который должен был раздробить мне кости, на левое предплечье, он даже успел удивлённо крякнуть, прежде чем я сначала выбил оружие из его рук, а потом сильным ударом в висок отправил на каменный пол.

Резко развернувшись на шум, я увидел Шустрика, который высунулся из камеры и с удивлением рассматривал тела валяющихся стражников.

— Добивай и догоняй, —