Пороховой погреб Европы - Александр Григорьевич Задохин

Русско-болгарские отношения ухудшились. Россия отозвала из Болгарии своих военных советников. Турция была готова ввести свои войска в Восточную Румелию и силой восстановить статус-кво. Россия и Англия удержали Стамбул от этого шага. Русский МИД предложил обсудить проблему Восточной Румелии на международной конференции. Франция и Англия поддержали Россию, Австро-Венгрия и Германия возражали. Пока в столицах европейских держав дипломаты искали пути для компромисса, Белград неожиданно заявил об ущемлении своих интересов.

Сербский король Милан усмотрел в акте воссоединения болгарских земель нарушение равновесия сил на Балканах. Сильная Болгария представляла угрозу великосербской экспансии в Македонии. Правящие круги Болгарии и сербские эмигрантские организации, оппозиционные королевскому правительству, строили планы создания сербско-болгарского федеративного государства. Главным условием этого замысла являлось устранение короля Милана Обреновича. В Болгарии начали формироваться дружины сербских и черногорских добровольцев.

Отношения Сербии и Болгарии обострились. Заявив, что воссоединение болгарских земель означает «попрание» постановлений Берлинского конгресса, сербское правительство начало мобилизацию. Королю Милану Обреновичу, чтобы укрепить свое пошатнувшееся положение в стране, нужна была победоносная война. Поэтому, не учитывая позиции великих держав и России, не считаясь с мнением Греции и Черногории, отрицательно относившимся к планам Сербии, король Милан, сославшись в качестве повода на вымышленный пограничный инцидент, 2 ноября 1885 года объявил войну Болгарии.

Характерно, что накануне войны правительственная пропаганда распускала слухи о том, что армия мобилизуется, чтобы воевать с турками за освобождение Старой Сербии (Косова). И только когда война началась, сербские солдаты с удивлением и разочарованием узнали, что король посылает их против братьев-славян…

«То, что не могло нам присниться и в страшном сне, случилось, — писал лидер сербских радикалов Н. Пашич. — Сербо-болгарская война стала фактом. Исполнилось желание врагов славянства».[21]

Такой поворот дела не прибавил боевого духа сербской армии, начавшей наступление на болгарский город Видин. Накануне войны главные силы небольшой по численности болгарской армии находились в Восточной Румелии, где болгары ожидали возможного турецкого нападения. На границе с Сербией располагалось только небольшое число войск. Вдобавок, болгарская армия была ослаблена и частично дезорганизована отзывом русских военных советников. Тем не менее главные силы болгарской армии, совершив стремительный форсированный марш из Восточной Румелии, сумели вовремя сосредоточиться на направлении главного удара сербской армии.

В трехдневной битве у Сливницы 5–7 ноября сербы потерпели сокрушительное поражение. Перейдя в контрнаступление, болгары заняли сербский город Пирот и 15 ноября в новом сражении нанесли еще один удар сербской армии. На помощь разбитой Сербии пришли Австро-Венгрия и Россия. Вена предъявила Болгарии ультиматум с требованием немедленно остановить наступление на Белград, в случае отказа угрожая ввести в Сербию австрийские войска. Военные действия были прекращены, и 19 февраля 1886 года в Бухаресте был подписан мирный договор, восстановивший довоенное положение.

9 августа 1885 года группа болгарских офицеров-русофилов совершила государственный переворот, низложив князя Александра Баттенберга. Через несколько дней новый переворот вернул князя Александра к власти. Болгария вступила в полосу нестабильности, в стране боролись две группировки русофилов и германофилов. После серии переворотов и контрпереворотов власть в стране перешла к регентскому совету, и в сентябре 1886 года Народное собрание Болгарии обратилось к русскому императору Александру III с просьбой взять болгарский народ под защиту. Неудачные шаги русской дипломатии и острейшая внутриполитическая борьба в стране в итоге привели к победе германофилов. Предложенный Россией кандидат на болгарский трон грузинский князь Мингрельский был отвергнут. В июне 1887 года князем Болгарии был избран принц Фердинанд Саксен-Кобург-Готский, офицер австрийской армии. Позиции германофильской партии в стране существенно усилились.

Болгарский кризис резко обострил борьбу великих держав за позиции в Болгарии. Бисмарк, стремившийся к сохранению австро-германо-русского союза, предлагал, чтобы Австрия и Россия заключили между собой соглашение о разделе сфер влияния на Балканах, причем России доставалась бы Болгария, а Австро-Венгрии — Сербия. Он считал, что при политическом разрешении Болгарского кризиса Россия наделала столько ошибок, что теперь «чем больший простор будет у нее для действий, тем вернее выроет она себе там могилу». Но, несмотря на все усилия германской дипломатии, развязать новый узел, завязавшийся на Балканах, не удалось.

В результате Болгарского кризиса Россия утратила ряд важных политических позиций в Болгарии. Одновременно произошла перегруппировка в стане великих держав: ухудшились отношения России с Австрией и Германией, одновременно произошло сближение России с Францией.

Воссоединение Болгарии и поражение сербской армии реанимировали «македонский вопрос». Призрак Сан-Стефанской Болгарии будоражил умы софийских политиков. Восточная Румелия вошла в состав Болгарии — следующей будет Македония!

В Белграде же смотрели на «македонский вопрос» совершенно иначе…

Провал внешней политики Милана Обреновича исчерпал доверие сербской элиты к королю, и тот вынужден был уйти с политической авансцены. Продлив срок действия тайной австро-сербской конвенции, Милан Обренович 22 февраля 1889 года отрекся от престола в пользу своего 12-летнего сына Александра и покинул страну. При малолетнем короле до его совершеннолетия был образован регентский совет. К власти пришло правительство радикалов, которое решительно взяло курс на сближение Сербии с Францией и Россией. В 1891 году король Александр и ведущие политики Сербии Н. Пашич и Й. Ристич посетили Петербург. Одновременно радикалы провели ряд преобразований во внутренней политике, экономике, финансовой системе, в области народного образования и в армии.

При радикалах началась активизация сербской деятельности на подлежащих «освобождению и объединению» балканских территориях. Еще в 1886 году в Белграде было основано общество Св. Саввы, которое руководило сербской пропагандой в Македонии. Теперь эти функции целиком взяло на себя правительство Сербии. Сербские консульства были открыты в Скопье, Приштине, Салониках.

Приход к власти радикалов, ориентированных на Францию и Россию, вызвал ответную реакцию со стороны сербских австрофильских кругов. В августе 1892 года правительство радикалов заменил кабинет либералов — австрофильской партии. А 1 апреля 1893 года король Александр Обренович, действуя совместно со своим отцом Миланом, ушедшим с престола, но не ушедшим из политики, распустил регентский совет и взял на себя всю власть в стране. Милан Обренович вернулся в Сербию, и Александр назначил отца главнокомандующим сербской армией.

1890-е годы для Сербии стали годами борьбы франкофилов (и соответственно русофилов) и австрофилов за власть. И за теми, и за другими явственно были видны интересы великих держав: Европа катилась к мировой войне, и закулисная борьба за сферы влияния уже шла вовсю. Партия радикалов во главе с Николой Пашичем ориентировалась на Францию и Россию. Народная партия (либералы) придерживалась проавстрийской ориентации. Либералов называли «друзьями Вены». Их активно использовала австро-германская дипломатия, которая старалась всеми силами обострить противоречия между Сербией и Болгарией и расколоть наметившийся Балканский союз. Либералы считали, что основным объектом устремлений Сербии