Первый среди равных. Книга IV - Жорж Бор

Александр Викторович и Инга Аскольдовна беседовали с пожилой парой неподалёку от приметного орнамента с гербом графа Нисошева на стене. Настя с княгиней поздоровались, как давние подружки, а мы с графом пожали руки.

— Выше всяких похвал! — внимательно осмотрев мою сестру, вздохнула Инга Аскольдовна. — Сегодня я, пожалуй, опережу моего супруга и скажу, что вы просто потрясающе выглядите, Анастасия Константиновна!

— Благодарю, Инга Аскольдовна, — кокетливо опустила взгляд княжна. — Без вашей помощи я выглядела бы сегодня значительно скромнее.

— Вот уж что вам не нужно, так это скромность, княжна! — тихо рассмеялся Калинин. — Поверьте, в Твери практически нет дворян, которые чего-то добились скромностью и добротой. Грустно это признавать, но таков уж наш мир.

— Думаю, мужчинам нужно время, чтобы обсудить свои скучные дела, Анастасия Константиновна, — беря княжну под руку, произнесла Инга Аскольдовна. — А нам, раз уж удалось выбраться в свет, стоит провести время с удовольствием и пользой.

— Звучит немного обидно, но сказано верно, — улыбнулся Александр Викторович. — Даже если мы попытаемся отвлечься и забыть о суровой действительности, она нам непременно о себе напомнит.

Словно в подтверждение слов графа, возле нас остановился пожилой мужчина. Его фото я видел не раз задолго до этого мероприятия. Когда изучал дела «Веги» и представителей тех семей, которые приняли участие в разделе корпорации моего рода.

— Добрый вечер, Александр Викторович, — поздоровался мужчина и протянул руку графу. На запястье блеснули золотом запонки с гербом князей Истоминых. — Представите меня своему собеседнику?

— Князь Ярослав Константинович Разумовский, — пожимая руку мужчине, тут же произнёс Калинин. — Знакомьтесь, Ярослав Константинович — князь Михаил Юрьевич Истомин. Глава рода Истоминых и ваш дальней сосед по первому защитному кругу Тверской аномальной зоны.

— Наслышан, ваша светлость, — кивнул мне Михаил Юрьевич. В том, что он меня узнал без всяких представлений я нисколько не сомневался. — О вас много говорят в последнее время в Твери. Как обычно бывает, когда происходит что-то из ряда вон выходящее.

— И о чём говорят, ваша светлость? — безразлично произнёс я. Мне не нравилась эта особенность официальных приёмов. Когда твой явный враг и недоброжелатель улыбается тебе в лицо и ведёт светские беседы. А ты при этом точно знаешь, что его штурмовая группа уже двигается по твоему владению к особняку, где остались беззащитные родичи и слуги. Грязно это всё. И мерзко.

— О том, что вы невероятный везунчик, князь, — холодно улыбнулся Истомин. — Если бы я был на месте князя Антипова, то действовал бы гораздо более решительно.

— К моему огромному сожалению, на месте Алексея Андреевича оказались не вы, Михаил Юрьевич, — безмятежно улыбнулся я. — Но, уверяю вас, от перемены действующих лиц результат остался бы неизменным.

Глава рода Истоминых хмуро улыбнулся, но отвечать не стал. Разговор грозил перейти в такую плоскость, где придётся действовать. А губернатор не любил, когда кто-то нарушал неписанные правила на его приёмах. К счастью, ситуацию разрядил Калинин.

— Насколько я понял, вы искали меня не просто так, ваша светлость, — произнёс Александр Викторович.

— Всё верно, ваше сиятельство, — величественно кивнул Истомин. — Хотел обсудить с вами сроки поставки изделий артефактного дома для нужд моей дружины. Необходимо перенести их на последнюю неделю июня. Ранее мне не удобно. Немного изменились планы.

— Мы можем оставить ваш заказ на региональном складе артефактного дома, Михаил Юрьевич, — улыбнулся Калинин. — В этом нет никакой проблемы. Товары дождутся момента, когда вы сможете их принять. За сохранность можете не переживать — это ответственность артефактного дома.

— Благодарю, Александр Викторович, — кивнул Истомин и уже чуть повернулся, будто собираясь уходить, но потом остановился и добавил. — Совсем забыл, ваше сиятельство. В связи с переносом поставки, выплаты по прошлым займам тоже сдвинутся на это время. Насколько я помню, в нашем договоре есть пункт, что я рассчитываюсь с артефактным домом за прошлую поставку в момент получения будущей. Это ведь не станет проблемой?

— Не станет, ваша светлость, — уже не так бодро ответил граф. — Артефактный дом Воронцовых всегда соблюдает положения договоров с клиентами и выполняет взятые на себя обязательства.

— Замечательно, ваше сиятельство, — довольно улыбнулся Михаил Юрьевич. — Хорошего вечера. Князь.

Я едва заметно кивнул Истомину и тот ответил тем же. Ровно настолько, чтобы показать своё отношение к этому человеку и не перейти грань этикета, где намёк становится прямым оскорблением.

— А вы не хотели даже ссуду у меня брать, Ярослав Константинович, — неодобрительно хмыкнул Калинин и подхватил бокал шампанского с подноса проходившего мимо официанта. — Другие вот не стесняются не только в долг взять, но и манкировать условиями договора, чтобы его не отдавать.

— Все люди разные, Александр Викторович, — усмехнулся я. — Кому-то близки одни методы, а кому-то другие. У меня тоже к вам есть разговор, ваше сиятельство. Раз уж отдохнуть у нас не получается и всё равно речь зашла о делах.

— Слушаю вас внимательно, Ярослав Константинович, — вздохнул Калинин и я моментально понял, что граф уже знает, о чём мы будем говорить.

— Настолько очевидно? — неожиданно спросил я и граф, криво усмехнувшись, обвёл рукой с бокалом гостей в зале.

— Большинство из этих людей имеют контракты с моей организацией, ваша светлость, — произнёс Калинин. — И я обязан следить за их исполнением, как региональный управляющий артефактного дома. Размеры и качество поставок, особые условия, долги, исполнители… Много всего. Но это обычная рутина любого управленца. Если вы спросите меня, что находится в заказе Михаила Юрьевича, то я вряд ли смогу вам ответить. Но вы, Ярослав Константинович, вы совсем другое дело.

— Но при этом вы всё равно направили в мои владения человека, который вызывает у меня массу сомнений, — нейтрально произнёс я.

— Это не моё решение, ваша светлость, — ответил граф. — Участие Павла Григорьевича в совместном предприятии было одним из ключевых условий со стороны главы правления артефактного дома. За последние пять лет, Хромов ещё ни разу не подвёл князя Воронцова и обладает безупречной репутацией. При всём моём уважении к вам и главе вашей ближней