Великие Дома Империи - Ян Анатольевич Бадевский

даже не подозревал. Выбравшись из машины, зашагали по расчищенной от снега дорожке к очередным воротам с будкой охранника. Особисты Эфы рассредоточились таким образом, чтобы не бросаться в глаза, но присматривать за окрестностями прокатной конторы.

Ворота открылись, выпуская нас за пределы охраняемой территории.

— Я выехать оттуда смогу?

— Тебя пропустят! — рассмеялась Маро. — Всё улажено.

Заснеженная терраса перед прокатным пунктом была вытоптана. Зима не останавливает воинов, повышающих свой уровень годами…

Над обиталищем Хасана тонкой струйкой змеился дым.

Маро вошла без стука, я последовал за ней.

За время нашего отсутствия ничего не изменилось. Разве что у дальней стены появился электрический обогреватель, а в подсобке хозяин проката топил буржуйку. Веяло теплом и уютом, что резко контрастировало с макетами смертоубийственных штук в стойках.

Хасан выехал из подсобки, ловко маневрируя коляской.

— Ребята! Как давно я вас вместе не видел! Кофе будете?

— Спасибо, — начал я, — но мы…

Маро наградила меня суровым взглядом.

— Вопрос был риторическим, — усмехнулся старый вояка. — Раз пришли… значит, будете.

Я понял, что от кавказского гостеприимства просто так не спастись.

Глава 10

— Бодро ты развиваешься, — с усмешкой произнёс Хасан, делая глоток из миниатюрной чашечки. Мы пили халифатский кофе с какой-то особой обжаркой. — Уже барон.

— Не одобряешь? — моя бровь изогнулась.

С Хасаном мы давно перешли на «ты».

Южная манера общения.

— Он не любит клан, — хмыкнула Маро.

— Я тоже, — пожимаю плечами.

— Тогда зачем вступил, брат?

— Ненадолго. Это часть моих договорённостей. Спустя некоторое время планирую выйти и стать вольным аристо.

Прокатчик внимательно посмотрел на меня поверх чашки. Мне даже показалось, с некоторой долей одобрения. И уважения.

— Думаешь, отпустят?

— А у меня есть волшебное слово.

Кобалия откровенно забавлялась, глядя на нашу пикировку.

Суть моего визита уже изложена, Хасан принял это к сведению, но окончательного решения не озвучил. Собственно, результат во многом зависел от моих ответов, и это понятно. Старый пилот не хочет подставлять парней, которые ему доверяли в прошлом. Если уж и рекомендовать меня в качестве главы Рода и нанимателя, то стоит убедиться в адекватности такого союза.

— Допустим, — кивнул Хасан. — А последствия ты просчитал? Трубецкие очень не любят таких умников.

— Просчитал, — делаю очередной глоток из чашки. — Повторюсь, у меня есть рычаг давления на князя. Не стану озвучивать, какой.

— Рычаг давления НА КНЯЗЯ? — не выдержал старик. — Да как вообще ты можешь на него давить?

Хасан бросает недоумевающий взгляд на Маро.

— Он может, — Кобалия не отводит глаз. — Просто поверь.

Прокатчик какое-то время молчит, переваривая услышанное. Я знаю, что уровень доверия между бывшими сослуживцами высок. Иначе и быть не может, если от действий товарища по оружию зависит твоя жизнь. И сейчас я делаю ставку на то, что безоговорочное доверие вытеснит опытного скептика.

— Ладно, — сдался Хасан. — Я верю тебе, девочка.

При этих словах Маро хмыкнула.

Старик повернулся ко мне.

— То, что ты хочешь… будет непросто организовать. С одними бойцами я давно не общаюсь, о судьбе других ничего не знаю. Придётся наводить справки. На это уйдёт время.

— Ему нужен Демон, — сказала Маро. — Ты ведь понимаешь.

Хасан напрягся.

Упоминание Демона ему не понравилось.

Я не знаю, о ком они толковали, но этот человек явно был непрост.

— Вряд ли я смогу помочь, — глухо произнёс старик.

— Можешь, — возразила Маро. — Демон только с тобой будет разговаривать.

— Ты не понимаешь, — раздражённо ответил Хасан. — Слухи… до меня доходят неприятные слухи.

— Про Демона?

— Ну, не про Пушкина же! — Хасан поморщился. Было заметно, что разговор свернул в неудобное для него русло. — Я даже не уверен, что с ним можно связаться.

— Это и раньше было непросто сделать, — парировала бессмертная.

— Непросто, — согласился старик. — А сейчас невозможно.

— Почему? — Маро испытующе посмотрела на прокатчика.

— Как я уже сказал, это просто слухи.

— Давай не будем, а? — бессмертная продолжала напирать. — Говори, как есть.

Старик вздохнул.

И переместился на своей коляске чуть ближе к обогревателю. Я посмотрел в окно: на террасе упражнялись два пожилых аристократа с рапирами. Оба были вооружены ещё и дагами, точнее — их тренировочными макетами. Снег пошёл с новой силой, и я почти уверен, что нашей беседе никто не помешает. Жители Фазиса очень не любят высовываться в такую погоду из дома.

— В общем, — неохотно заговорил Хасан, — за что покупал, за то и продаю. Демона перевели на какой-то секретный объект, а потом он исчез. Ходили слухи, что пустили в расход.

— Да ладно, — не выдержала Маро. — Одного из лучших штурмовых командиров страны?

— Я тоже не поверил. Перетёр со знакомыми ребятами, те говорят, что у Паши был конфликт с Гамовым.

Маро бросила на меня красноречивый взгляд.

— И? — уточнила Кобалия.

— Не просто поругались, — пояснил свою мысль старик. — Там что-то жёсткое. Пашке пришлось сливаться. Он свалил куда-то в Азию, провёл там несколько лет под вымышленным именем, а сейчас вернулся в РИ. Фамилию опять сменил. Ездит по стране. Нанимается в разные отряды, участвует в разборках Родов. Преимущественно на Дальнем Востоке. Как-то так.

— Вернуться не хочет? — встрял я.

— Сергей, думай, что говоришь. Если твой враг — клановая СБ, ты вернёшься домой? В Причерноморье Демону путь заказан, ищите кого-нибудь другого.

— А если я обеспечу ему защиту?

Хасан уставился на меня, как на идиота.

— От Гамова?

Маро уже откровенно улыбалась.

— Вы чего? — обиделся прокатчик.

— Хасан, — вкрадчиво произнесла бессмертная, — ты за новостями следишь вообще? Мхом уже оброс в этой своей конторе. Всё течёт, всё изменяется. Гамова больше нет.

— Как нет? — опешил старый пилот. — И куда он делся, по-твоему?

— Сергей его убил.

Хасан чуть не поперхнулся кофе.

— Гамова?

— Его больше нет, — подтвердил я. — Не спрашивай как и почему. Не веришь — узнай по своим каналам. У тебя есть такая возможность.

Хасан сглотнул.

— А кто…

— Барский, — перебила Маро. — Ты меня знаешь, пилот. Я врать не буду и всегда отвечаю за свои слова. Сергей