Мальчики в пещере - Мэтт Гуттман

известняк вглубь толщи, служившей мальчикам крышей и, возможно, могильной плитой, перед вами предстал бы план обиталища: «Девятый зал» имел форму английской буквы D, выточенной за тысячелетия крутящимся в водовороте потоком. Пол резко поднимался у стены. Относительно ровная площадка размером с ванную комнату служила и жилым, и спальным пространством. Устроиться удобно было практически невозможно. ОСОЗНАНИЕ ТОГО, ЧТО НИКУДА НЕ ДЕТЬСЯ, ВЫЗЫВАЛО НОВЫЕ СЛЕЗЫ И ПРИСТУПЫ СТРАХА. Когда один начинал плакать, другие его утешали и старались подбодрить. Раньше или позже, но плакали все. Пещера повсюду сочилась влагой, стены были мокрыми, и хотя это обеспечивало их питьевой водой, сырость сводила с ума.

Прошло четыре дня в заточении, голод стал невыносимым. Они и так были худыми: футболисты тратят сотни калорий, гоняясь за пятнистым мячом по площадке, больше похожей на парилку, – типичный климат для предгорий северного Таиланда, покрытых ковром джунглей. Организм уже израсходовал запасы глюкозы и принялся за единственный доступный источник калорий – жир и мускулы, облегающие кости. Если бы ребята потерялись наверху, в джунглях, то могли бы протянуть несколько недель, питаясь дикими бананами, плодами хлебного дерева, личи и ананасами, которые растут повсюду. А здесь их окружали только скалы и грязь да какой-нибудь случайный полупрозрачный краб размером с таракана проворно проскальзывал по поверхности тины.

Пропустил свой день рождения не только Найт. Наступил и прошел незамеченным день рождения его двоюродного брата Ника. Он пришелся на воскресенье – 24 июня, их второй день в пещере. Так же, как и Найт, Ник был новичком: он присоединился к команде несколько недель назад и тренировался бок о бок с братом в возрастной группе младше шестнадцати лет. Ему исполнилось пятнадцать, но, как и в случае с неудавшейся вечеринкой Найта, мальчики не стали праздновать – ни объятий, ни поздравлений. Нет, причина не в равнодушии. Просто они были слишком напуганы и подавлены, чтобы отмечать что бы то ни было.

С тех пор как они оказались здесь, тела потребляли не только собственные мускулы и жир, но и кислород в пещере. Легкие втягивали воздух, извлекали из него 4 % кислорода и выдыхали остатки во мрак. Медленно, но верно воздух в убежище на глубине 2,5 км в теле горы истощался. Дышать становилось все труднее. Недостаток пищи, тоска по родным, по дому, по теплым постелям в совокупности с кислородным голоданием делали их все слабее.

В попытке отвлечь ребят от мыслей о еде и ужасе положения тренер занялся с ними медитацией. ОН СОСРЕДОТОЧИЛСЯ НА БУДДИСТСКОМ ПОСТУЛАТЕ О ТОМ, ЧТО У ЧЕЛОВЕКА НЕТ ТЕЛА ИЗ ПЛОТИ, КОТОРОЕ РОЖДЕНО И УМРЕТ, ЗНАЧИТ БОЯТЬСЯ НЕЧЕГО. Бывший монах чувствовал необходимость дать им ощущение полезного занятия и отправил мальчиков откапывать руками проход из пещеры. В глубине, в углу, располагалась еще одна небольшая боковая полость. Именно там юные спортсмены, приученные годами футбольных тренировок к упорному труду, принялись проскребать дорогу на волю. Они били камнями стену и рыли поверхность своей тюрьмы, как цыплята, пока не сломали все ногти.

Глава 6

Иностранцы

Стоит пройти всего лишь около ста метров в глубь пещеры, как вокруг воцаряется вечная ночь. Она окружала Бена Рейменантса, когда тот задумчиво смотрел на «кофейный водоворот» в «Третьем зале», где сейчас располагалась база дайверов.

Самоуверенный бельгиец с мальчишеской улыбкой, он владел частью магазина оборудования для дайвинга в курортном городе Пхукете и проводил курсы по обучению подводному плаванию. Как только Руэнгрит, его друг, позвонил с вестью, что нужны пещерные дайверы, Бен тут же предложил помощь. Снаряжение для погружений было уложено – они с женой на следующий день собирались уезжать в отпуск на Филиппины. Мужчина отложил поездку, попросил супругу держаться наготове и запрыгнул в самолет, чтобы через два часа полета на север оказаться на месте. Был поздний вечер вторника, 26 июня.

Сейчас, вечером в среду, он стоял чуть больше чем в километре от входа вместе с несколькими тайскими «котиками», глядя на пену взбаламученной водоворотом воды. Борьба с потоком и постоянный риск явно истощили их силы, поэтому Рейменантс, как и его товарищи – Руэнгрит и Брюс Конефе, 58-летний бывший морской пехотинец из Америки, который сейчас занимался составлением руководств по подводным погружениям, – колебались, перед тем как нырнуть. Руэнгрит и Конефе сразу поняли, что это за пределами их возможностей. Первому было не по себе, а крупное телосложение второго не позволяло протиснуться через некоторые узкие проходы. Рейменантс решил, что справится, и прыгнул.

Вода была невыносимо холодной, а течение настолько сильным, что срывало маску с лица. Отталкиваясь изо всех сил, подтягиваясь от скалы к скале, он продвинулся на жалкие 140 метров. Дайвер пытался проложить ходовой конец: разматывал веревку и прижимал ее грузами, ставил маркеры в ключевых местах, чтобы указать будущим пловцам правильное направление. Сумка с альпинистской веревкой, которой снабдили его «морские котики», весила около десяти килограммов и еще больше усложняла задачу. Возможно, со стороны она кажется не такой уж тяжелой в сравнении с многокилограммовым оборудованием, которое обычно приходится таскать на себе водолазу. Но один дайвер говорил мне, что «эти сумки громоздкие и все время норовят всплыть, так что становятся той еще обузой, принимая во внимание условия». Бену просто не верилось. Как он позже рассказывал: «Я чувствовал себя настолько измотанным, будто покорил Эверест».

Один из самых коварных отсеков пещеры, с самыми тесными лазами, пришелся на отрезок между «Третьим» и «Четвертым» залами, где скальный свод нависал почти над самым полом. Рейменантс говорил, что ему приходилось спускать воздух с помощью компенсатора плавучести или надувного жилета, чтобы опуститься на галечное дно туннеля. Совершенно один, без страховки, он почувствовал всасывающий поток – так дайверы называют течение, которое меняет направление движения аквалангиста. ЕГО ТАЩИЛО ТУДА, КУДА ОН ПЛЫТЬ СОВСЕМ НЕ ХОТЕЛ, АБСОЛЮТНОЕ «НИ ЗА ЧТО НА СВЕТЕ» В ДАЙВИНГЕ. Ни целые дни, проведенные в барокамерах, ни опыт проникновения в бесчисленные пещеры, ни то, что он обучал дайвингу, ничто не помогло избежать ситуации, которой он больше всего боялся. Течение, словно притягивающий луч инопланетного корабля, волокло дайвера в черноту против его воли.

«Сначала в голове как будто загорается красный сигнал опасности, затем второй красный сигнал, а затем голова разрывается от ослепительных вспышек пожарной тревоги. Это был мой первый день, я плыл один и струсил», – вспоминал он.

Наверное, то же происходило со многими «морскими котиками»: осознание близости смерти. Если пещера засосет дайвера в заблокированный проход, он может потерять ориентацию в пространстве и израсходовать весь баллон газа, тыкаясь в стены в поисках выхода, пока не задохнется. А может застрять, что