По ступеням обугленным - Владарг Дельсат

— Жалко, что не русские, — краем губ улыбнулся Сергей, сохраняя на лице признаки сексуального возбуждения. — После русских только подмести бы осталось.

— Да, — чуть кивнула девушка, раскрывая губы навстречу юноше, но затем, будто спохватившись, опуская голову в притворном смущении. — Нам выходить скоро.

— Ну, пошли, — обняв Леру так, чтобы не было видно ее лица, Сергей двинулся к выходу, отчего у окружающих возникла мысль о случайности выхода именно здесь. Дело молодое, все там были. Кто-то осуждающе покачал головой, кто-то улыбнулся, старый дед показал Сергею большой палец.

— Хорошо быть влюбленными, — заметил Сергей, провожая глазами отъезжающий автобус.

— Еще бы, — улыбнулась девушка, обнимая юношу за шею. — Целуй давай, не отвлекайся.

Некоторое время молодые люди увлеченно целовались на автобусной остановке, отчего любопытствующие обыватели потеряли всякий интерес к паре. Закончив с этим упражнением, офицеры медленно двинулись в направлении бывшего дома Эвансов, по прикидкам Сергея. Они шли в обнимку, глядя, в основном, друг на друга, по крайней мере так казалось стороннему наблюдателю, пока не прошли мимо детской площадки, где остановились, глядя друг другу в глаза.

— Слева у нас речка-вонючка и заводской район, где жил Снейп, — припомнив прочитанное в книгах, рассказала Лера. — Так ли это на самом деле, мы не знаем. Но будем исходить из этого, тогда справа и должен быть искомый дом.

— К речке-вонючке ходить будем? — поинтересовался Сергей, очень нежно поглаживая девушку по спине.

— Пожалуй, нет… — задумалась она, прикрыв глаза. — Или потом… Когда ты меня так гладишь, я думать почти не могу… Пошли?

— Пошли, конечно, — согласился офицер, разворачиваясь в нужную сторону.

Они медленно шли по улице, никого не заинтересовав, ибо стороннему наблюдателю было понятно, что влюбленные зашли в этот район случайно, просто проводя время друг с другом. Искомый дом оказался по правой стороне улицы. Почтовый ящик с табличкой «Эванс» был забит до упора официальными извещениями и рекламой, сам дом выглядел нежилым, поэтому молодые люди очень внимательно осмотрели все, что его окружало. Обойдя дом, Сергей увидел покосившуюся калитку и разросшийся когда-то сад, куда молодые люди и направились. Вот только что они шли по улице и, в следующее мгновение, исчезли.

Дверь черного хода была закрыта «на гвоздик», как выразился юноша, потому поддалась легко. Перемигнувшись, Лера и Сергей разбежались в разные стороны. Лера прошлась по низу — захламленный подвал, кухня, гостиная, столовая, в которых явно никого не было много лет. Девушка очень аккуратно просмотрела все бумаги, до которых смогла дотянуться, включая возможные «заначки», а Сергей в это время шел по спальням… Таблички «Мама и папа» и «Лили» обнаружились сразу же, а вот таблички «Петунья» не было. Зайдя в комнату мамы этого тела, Сергей тяжело вздохнул, просмотрев учебники и покрытый пылью личный дневник, обнаружившийся под половицей, который он, впрочем, решил забрать с собой.

Лера обнаружила документы, из которых следовало, что дочь у Эвансов была ровно одна. Как этот факт сочетался с книгами и историей тушки Сергея, девушка не поняла, поэтому, выйдя из дома, молодые люди решили подождать с обсуждениями до дома, куда сразу же и направились.

— Не понимаю, — задумчиво произнесла Лера. — Совсем ничего не понимаю.

— Дома разберемся, не отвлекайся, — ответил обнимающий ее Сергей. — Сделай одухотворенное лицо, мы же целуемся.

— Точно, — девушка мгновенно изменила выражение лица. — Пора домо-о-ой.

Часть 14

По возвращению домой молодые люди, конечно же, не сразу кинулись разбираться с новыми «вводными», а для начала озаботились пищей земной. И Лера, и Сергей понимали важность и необходимость своевременного правильного питания, поэтому юноша готовил, а девушка с интересом наблюдала за этим священнодействием. Уже откушав плоды трудов товарища старшего лейтенанта, молодые люди начали обмен мнениями.

— Детская книжка, говоришь? — поинтересовался Сергей. — Какая-то она совсем не детская получается… «ТАСС уполномочен заявить», а не «Незнайка на Луне».

— Да в книжке все иначе было, — задумчиво проговорила Лера, рассматривая находки. — Смотри, никаких следов второго ребенка: ни комнаты, ни документов, ни фотографий.

— Я тут дневник нашел, — признался юноша. — Можем посмотреть, что там. Толстенький такой.

— Если и здесь шпионские игры, то у меня возникнет желание убежать, — хмыкнула девушка. — Куда-нибудь в Сибирь.

— А в Сибирь-то зачем? — с интересом спросил Сергей.

— Людей мало, — пояснила Лера, облокачиваясь на юношу. — Мало людей, много деревьев и основная проблема — не выделить адреналин в штаны при встрече с медведем. Ни у тебя, ни у меня агентурной разведки особо не стояло, насколько я помню.

— Ну почему же, тебе внедриться надо было, — возразил офицер, потом подумал и продолжил: — Впрочем, ты права, не готовили нас для этого, не ПГУ чай… И что теперь?

— Ну, теперь будем читать дневник мамы этой тушки, — со вздохом девушка озвучила ближайшие планы. — Доставай и поглядим.

— Да, а в доме никто не жил больше десяти лет, там свет отключили пятнадцать лет назад, что тоже никак не согласуется, — заметил Сергей, доставая дневник. — Причем указана десятилетняя задолженность, чего просто не могло быть.

— В Великобритании — да, не могло, — задумчиво проговорила Лера, осматривая обложку и читая первую страницу. — Интересно… А Лили у нас какого года, шестидесятого же?

— Шестидесятого, — кивнул товарищ старший лейтенант. — То есть дневник начинается в ее десятилетнем возрасте, что, в общем-то быва-а-ает, конечно…

— Или это не первый дневник, — отметила девушка, настраиваясь на рабочий лад. — Кофе завари, пожалуйста.

— Угу, у машины бензин, у разведки кофе, — юноша улыбнулся и, не вставая с места, точным броском вилки, лежавшей на столе, включил кофеварку, сразу же принявшуюся молоть загодя загруженные зерна.

— Ленивец, — констатировала девушка, проследив полет вилки. — Ладно, давай смотреть, вот тут у нас обычные девчоночьи рассуждения, но посмотри-ка внимательнее.

— Довольно брезгливое отношение к Снейпу проскальзывает, нет? — вчитался внимательнее офицер. — Вот смотри, вот здесь и здесь, а они, по идее, ты говорила, были друзьями.

— Ну друзья при такой разнице в социальном положении… — проговорила Лера. — Это же не Союз, тут такое вряд ли возможно, даже учитывая «я ведьма». Смотрим дальше…

— Смотрим, — согласно кивнул Сергей, наблюдая, как меняется почерк, очень много говорящий об эмоциях пишущего. — Вот тут, по времени, у нее школа. Девочки — дуры, мальчики — хулиганы, я принцесса. Ничего не напоминает?

— Твою же ж, — не сдержалась девушка, вспоминая историю Гермионы. — И почерк изменился, кстати. Ла-а-адно… Оп-па, а вот тут «Сев» уже «друг и учитель». Только мне это кажется странным?

— Две недели, — задумался старший лейтенант. — Девочки — существа ветреные, конечно… Ладно, оставим в загадках. Читаем дальше…

— Хм… Просветление, что ли? — удивилась Лера, вглядываясь в написанный летящим почерком текст. — А вот тут опять аккуратно… Но, заметь, нигде ничего про Петунью, а так не бывает.

— Да, так не бывает, — согласился Сергей, поставив перед девушкой чашку кофе, та поблагодарила кивком, возвращаясь к довольно толстой тетради. — Значит считаем фактом, что на семьдесят первый год никакой сестры у мисс Эванс не было.

— Считаем, — кивнула девушка, проходясь по страницам. — Оп-па…

— Что там? — удивился юноша, заглядывая девушке через плечо. — Действительно «оп-па»… То есть водила ее старая кошка, и после этого девушке было страшно. Как-то не согласуется, особенно тот факт, что деталей нет.

— Может, чары какие наложили? — жалобно спросила Лера, вчитываясь в строчки, написанные опять изменившимся почерком. — Жалко, что я не графолог.

— Ну, собой заменить всю службу внешней разведки, — Сергей пожевал губами, — мы физически не сможем, так что давай смотреть, что возможно.

— Угу… — девушка прикрыла глаза, больше откидываясь на Сергея, сразу же принявшегося поглаживать ее лицо кончиками пальцев. — Здорово у тебя получается…

— Отдохни, а я пока порассуждаю, — предложил юноша, продолжая расслаблять Леру массажем. — Итак, Петуньи не было, и она исчезла. То есть была какая-то женщина, которой отдали тушку. Что интересно, а тушка-то Поттер вообще? В смысле, рожденный от Лили и Джеймса, или вообще в пробирке заделанный?

— Судя по Хогвартсовским фотографиям, все-таки Поттер, — заметила девушка, не открывая глаз. — Так что считаем фактом, пока не доказано другого…

Сергей прочитал еще несколько слов, перевернул страницу, принявшись читать