Выйду замуж за спасателя - Янка Рам

Ярый мешает сметану с сахаром, чтобы макать пончики. И за столом начинается бои за право макнуть без очереди.

Отжав пару пончиков у орды, выхожу с сигаретой на крыльцо.

Накинув широкий шарф, выходит и Вера.

И мне щекотно внутри от того, что мы наедине. И что даже в отсутствие интимных бесед, все чувствуется очень интимно. После поцелуя так особенно...

С высокого крыльца один пончик по кусочкам скармливаю Барсу, второй съедаю сам.

— М-м-м-м.... Красота! Вкусно.

— Спасибо... - мнется она.

— За что? — удивлённо поднимаю брови.

— За терпение. Я знаю, что "так себе жена". И не идеальная соседка. Но мы будем стараться не создавать проблем.

— Вер... - улыбаясь, выдыхаю дым вверх.

Снимаю куртку. Накидываю ей на плечи. На мгновение прижимая к себе плечом и растирая по-дружески другое.

— Чего б ты понимала в идеальных.

Показываю ей на соседский дом, разворачивая туда лицом.

— Вот там, Галина Степановна живёт. Идеальная, сука.... Реально, доебаться не до чего. Комсомолка, лыжница, идеальная хозяйка, дома все сверкает как у кота яйца. Первое, второе, третье и компот. Ученая степень по педагогике. Очень высокой морали женщина! Муж бежал, роняя тапки. Неидеальный попался, бедолага... Через день Галина Степановна стучит на нас в опеку. Самое обидное, не из вредности, нет. Из острого чувства социальной ответственности и беспокойства за моих пацанов. По ее шкале идеальности, я как отец ниже нуля. Поэтому, ты мне про идеальность не рассказывай. Я слава богу и сам до неё не дотягиваю. У нас, у ущербных, своя тусовочка... С пиздецами и чувством юмора.

Тяну ей "пять".

Шлёпает.

— Телефончик заберу.... - ныряю во внутренний карман куртки, касаясь тыльной стороной руки её груди.

Специально, да....

Как гопота ты, Саянов. Потискать и пощупать!

Да-а-а-а.... Хочу её.... пиздец, просто!

Глава 15 — Реанимация

Выходные пролетели очень быстро. Завтра с утра на работу.

Дети уже легли спать. Мы с Верой доделываем какие-то мелкие дела.

Я прикручиваю шуруповертом ей ножку от складной столешницы рядом с креслом под ноут.

Комната крошечная, стол тут не поставить.

Вера — домывает окно в гостиной.

Выхожу из комнаты. Разглядываю её со спины. Стоит на стуле в своём безразмерном оверсайз. А я не могу развидеть её формы под ним.

Хочется подойти и сжать эти роскошные "булочки".

Приближаюсь, фантазируя о том, чтобы пощупать её немножко.

Палец, от лёгкой судороги возбуждения по телу, сам нечаянно жмёт на кнопку пуск шуруповерта.

Вскрикнув, Вера теряет на стуле равновесие от неожиданного "вж-ж-ж...." за спиной.

— Ай... Ай.... - машет руками, пытаясь удержать равновесие, но крен уже слишком велик.

Отбрасывая на диван шуруповёрт, ловлю её на руки.

С испуганным вскриком, хватается за меня.

М-м-м-м.... Как интересно вышло!

Смотрим, замерев, друг другу в глаза. Краснеет...

— Я... Эм.... Вы так спину надорветё, — бормочет, переходя на Вы. — Я же тяжёлая очень....

— В самый раз, — вырывается у меня нечаянно.

Сжимаю пальцы, рефлекторно желая почувствовать её сильнее.

— В смысле, иди, принимай работу, — хриплю я непослушным голосом, аккуратно ставя её на ноги.

В комнате, Вера разглядывает столешницу, пододвигает кресло.

— Красота! Спасибо. Ты мой героический герой. Назову нового персонажа Добрыней!

Ухмыляюсь.

— Ну всё, буду купаться в лучах славы!

Вытаскивает ноут.

Но я ловлю её, не давая поставить.

— Лак ещё часов шесть будет сохнуть. Придется поспать на диване в гостиной.

— Ой, да без проблем!

Забирает в охапку подушку, одеяло.

— Я не буду тебе там сейчас мешать? Я тихонечко поработаю, — спрашивает у меня.

— Главное, чтобы я тебе не мешал.

Можно свалить уже спать. Но....

Вечер с ней на диване — это соблазн.

Закутавшись в одеяло, сидит в наушниках с ноутом на коленях, сосредоточенно что-то печатает.

Варю нам кофе. Ставлю на деревянный подлокотник для нее кружку.

Прижимая руку к сердцу, шевелит губами: "Спасибо!". Не совсем даже к сердцу.... Скорее к груди. Пышной. Которая в этот момент выразительно обтягивается тканью, прижатой ее рукой.

Эх...

Ставлю вторую кружку с кофе, с другой стороны, себе. И сделав звук потише, играю в какой-то экшен. Все время проебываю.

Потому что задумчивая Вера медитативно водит собачкой замка от кофты вверх-вниз... вверх-вниз....

И совсем наверное не соображает, что светит мне роскошной полусферой груди, мелькающей в разрезе.

А ещё потому, что мне написывает бывшая жена, и я бешусь, не желая читать. Но каждый раз вздрагиваю от сообщения.

Добрый: Рита, чего тебе надо?

Не выдерживаю я.

Рита: Я хочу поговорить с Мироном. Он недоступен.

Добрый: Во-первых, он тебя не знает, во-вторых он спит.

Рита: Ты опять препятствуешь!

Добрый: Ты там пьяная опять, что ли?

Рита: Ты же знаешь, что вообще ничего не употребляю больше! Я ребенка кормлю.

Добрый: Когда Мирона кормила, это тебе не мешало!

Рита: Хватит! Алкоголизм — это болезнь. Я была больна, а ты меня бросил в этом бедственном состоянии.

— А сколько ты бухала как последняя тварь перед тем, как так серьёзно "заболеть"? — не выдерживая, пишу голосовое. — И сколько я с тобой возился, прощал, откапывал? Иди нахер, короче, Рита, со своими повесточками. Это был выбор, а не болезнь!

Расслабляю пальцы, позволяя телефону выпасть из них.

— Что? — снимает наушники Вера. — Ты что-то сказал?

— Я не тебе, — ворчу ещё на агрессивных дрожжах.

— А.... - смущённо и поспешно натягивает наушники обратно.

Они соскальзывают с волос, падая ей в капюшон кофты.

— Чёрт.... - пытаясь достать, барахтается, тонет в одеяле, соскальзывает спиной с подушки. Ноутбук съезжает с ее колен, грозясь грохнуться.

Умиляет меня эта барышня!

Ловлю ноут, помогаю достать наушники, но не отдаю.

— Чего там "Добрыня"? — уточняю, стреляя в нее игривым взглядом. — Девушка хоть есть у него?

— А-а-а... как раз пишу. Девушки у него нет.

— Какой роман без девушки? Ты меня пугаешь, ВерПална! Смотри там, не опорочь мое честное имя мальчиками.

Сатанински хихикает.

— Эй!

— Нет-нет, никаких романов с мальчиками.

— Уф... - делаю глоток кофе.

— У Добрыни будет роман с...

Мой телефон звонит, перебивая нас.

— Извини... - отвечаю. — Да?

— Позови немедленно моего сына к телефону! И учти я все сохраняю и записываю!

— Младшего?

— Да.

— А чего не старшего? — язвительно уточняю я, пытаясь подняться с дивана.

Но пока спасал Веру, запутался сам в ее одеяле. А руки заняты.

— Старшего ты против меня настроил!

— Я настроил?! Дети спят! Давай...

Скидываю вызов.

— Мама их? — поджимает настороженно губы Вера.

— Угу....

— А почему вы развелись?

— Бухала....

— Почему ей тогда хотят отдать детей?

— Потому что