Девятихвостая Ленка - Джеймс

Они долго бродили по сказочным и не очень улочкам её мира. Обернувшись лисодраконом, Ленка катала Алёну над черепичными крышами городков, над зелёными кронами деревьев. А потом, на лесной поляне у ручья, когда Ленка в образе огромной лисицы нежилась на солнце, к ним подошли Елза и Женя.

Тогда Алёна смогла посмотреть в глаза.

Ликантропия

Дверь комнаты общаги приоткрылась, и в щель просочился давний знакомый — спортивного вида студент-отличник Колян. Он приветственно кивнул лежавшей на кровати Ленке, оглянувшись, что-то пробормотал в коридор, и спешно прикрыл дверь. Ленка высунула из под одеяла пару рыжих хвостов и помахала ими в ответ.

— Лен, — взволнованно зашептал Колян, — ну хвосты-то спрячь, а то я тут кореша привёл. Он и так нервный, почти со справкой. Если тебя увидит в э-э… обычном виде, то его ну совсем заглючить может.

Ленка для виду нахмурилась, неспешно уселась на кровати, подобрав под себя ноги. Изображая недовольство, втянула рыжие хвосты и лисьи уши. Только начала ощупывать голову, чтобы привести в порядок причёску после исчезновения ушей, как не удержалась и с негромким вскриком упала на спину.

— Без хвостов сидеть непривычно, — пояснила Ленка, поправляя причёску. — Впускай уже.

Колян скептически осмотрел Леникин наряд, состоящий из одной лишь растянутой футболки, вздохнул и открыл дверь.

На пороге стоял пунцовый от стыда парень с ухоженной щетиной и лицом, какое бывает у вчерашних студентов, когда они уже немного посмотрели на жизнь и это зрелище их не вдохновило. Не решаясь войти, он пробормотал:

— Я попозже зайду, не хочу мешать, — и начал разворачиваться.

Колян раскрыл было рот, но Ленка его опередила:

— Не боись, мы уже закончили.

— Что, закончили? — спросил вчерашний студент, ещё сильнее пунцовея от предположений.

— Хвосты прятать.

Пунцоветь уже начал Колян, а вчерашний студент, вернув лицу нормальный цвет, уставился на Коляна с каким-то подозрением, которое росло пропорционально пунцовению того.

— Давай, про хвосты позже, — продолжила Ленка. — Ты же с какой-то проблемой пришёл? Может у тебя боязнь представляться по имени?

— Фёдор, — сказал вчерашний студент и сделал решительный шаг за порог. Дверь за его спиной захлопнулась не менее решительным движением Коляна. Фёдор вздрогнул, но не то что не заскрёбся в дверь, а даже не обернулся.

— А я Ленка. Очень хорошо. Первый шаг мы сделали. Теперь садись за стол и выкладывай. — Она перевела взгляд на Коляна, указав тому взглядом на второй стул.

— В общем, — Фёдор запнулся, — у меня ликантропия. Клиническая. — Он замолк и опустил глаза.

Ленка удивлённо уставилась на Коляна, потом на Фёдора.

— То есть тебе только кажется, что ты превращаешься в волка? — осторожно уточнила она.

Не поднимая взгляд, Фёдор кивнул.

— Может, это лучше к специалисту… — предложила Ленка, поглядывая на Коляна.

— Уже. Таблетки, сеансы, всё испробовано, — пояснил Колян. — Федька, ну рассказывай давай, чо как. Видос покажи.

Тяжко вздохнув, Фёдор забубнил не поднимая глаз:

— Началось это пару лет назад. Полина, моя жена, предложила поиграть… — Фёдор покраснел. — Купила уши, хвост… нет, не тот, что вы прятали. Простой, на одежду цепляется.

Ленка с невозмутимым лицом кивала, поглядывая на хмурого Коляна. Фёдор продолжал:

— Я изображал волка. Ходил на четвереньках, рычал, кусался. Играюче так. Полинка хохотала, гладила меня. Потом ещё несколько раз так игрались, пока не случилось… Не помню, что произошло. Запомнилось, только, когда я сижу и не могу руками ничего взять на столе. Полинка сначала не верила, думала я придуриваюсь, а потом что-то с ней произошло и она стала меня жалеть.

Фёдор долго рассказывал, как пытался что-то сделать с этими приступами. Как ходил по врачам. Показывал видео, снятое трясущимися руками, где под взволнованный голос девушки он ходит на четвереньках, с весёлым лицом и высунутым языком.

— И чем я тут могу помочь? — серьёзно спросила Ленка, обращаясь скорее к Коляну. Фёдор пожал плечами.

— Лен, — начал Колян, — у тебя же нюх, на всякое. Ну?

— Если вынюхаю я причину, то что?

— У тебя же чудесные возможности, ну?

— Ну-ну, — передразнила Ленка. Вздохнула и обратилась к Фёдору:

— Так. Давай подробности. Можешь ли себя контролировать, какое настроение, до, в процессе, после. Какие ощущения. Агрессивность. Что там ещё? Короче, всё что докторам выкладывал.

— Нет никакой агрессивности. Просто падаю на четвереньки, на ногах устоять не могу, неудобно, почему-то. — Фёдор посмотрел на Ленку, словно извиняясь за такую странность. — Всё понимаю, осознаю. Говорить не могу. В руки… в лапы взять ничего не могу. Полинке от этого веселее становится, но если ей грустно, то стараюсь не приставать, ухожу куда-нибудь в укромное место.

— А потом? — спросила Ленка.

— Сворачиваюсь калачиком и засыпаю. Просыпаюсь уже нормальным, но всё болит. Неудобно так спать, — вздохнул Фёдор. — Больше я ничего толком подсказать не могу. Что к этому приводит, не знаю. Чувствую, когда начнётся и всё. Случается это только если я один, или с Полиной.

— От луны. От еды, выпивки не зависит? Прервать как-то можно? — на всякий случай уточнила Ленка.

Фёдор покачал головой:

— Не знаю от чего зависит. Если телефон зазвонит или домофон, то сразу прихожу в себя.

— Ладно, — задумалась Ленка.

Из объяснений ничего толком не ясно. Что-то его провоцирует. Видео на это дело свет не пролило. При посторонних приступы не случаются, значит самой не посмотреть. Хотя…

— Домашние животные есть? Аллергия на шерсть? — спросила Ленка.

— Нету, — удивился Фёдор.

— Хорошо. У знакомых есть домашняя лисица. Не совсем обычная, дрессированная. Если ты при ней эм-м… превратишься, то по её поведению возможно я смогу понять причину.

— Я-я н-не знаю, она же посторонняя, — смутился Фёдор.

Ленка ожидала совсем других претензий.

— Это простое неразумное животное. Ты же не боишься видеокамеры? А тут та же видеокамера, только с ушами и воспринимает эмоции, — пояснила Ленка.

— Хорошо, — понурил голову Фёдор. —