Девятихвостая Ленка - Джеймс

Полупьяная публика сменила галдёж на перешептывания. Многие принялись снимать происходящее на телефоны. Выпятив внушительную грудь вперёд, Машка шепотом начала зачитывать слова на латинском, постепенно говоря всё громче…

— Nucifraga caryocatactes! — прогремела Машка в конце, страшно закатив глаза.

Женька начала запланировано корчиться и дрожать. Ещё корчится начал полноватый студент у окна, видимо биолог, раз узнал, что это значит.

Машка взмахнула рукой и выкрикнула:

— Едлза!

Неуловимая ткань магии сгустилась и невидимой волной мимо удивлённой Ленки хлынула в сторону в круга, возле которого, направляя камеры телефонов, собравшийся народ уже ожидал представления.

Поначалу ничего не происходило. Между зрительских спин Ленка видела, как Женя, испуганно глядя вниз, начала осторожно подниматься на ноги — на полу шевелились рассыпанные кусочки мела и неведомая сила втягивала их на линии круга, которые начинали светиться зелёным.

В комнате наступила полная тишина.

Раздался шлепок, будто ударили ладонью по стене.

— Выпустите меня! — тихо и жалобно попросила Женя.

Похоже, Машка умудрилась создать барьер.

— Доигрались, — проворчала Ленка, протискиваясь между окружавших Женю ротозеев.

— Демон! — прохрипел кто-то сзади.

Ленка обернулась — полноватый биолог испуганно тыкал в неё пальцем и пятился. Камеры телефонов уже переключились на Ленку. Она уже и сама поняла, что от удивления распустила хвосты.

— Опух что ли? — обиделась Ленка. — Китсунэ! Вот, на, гляди, где тут копыта?! — балансируя хвостами, она задрала ногу, чтобы показать ступню, но биолог смотрел не туда и густо краснел, шепча что-то про бесстыдных животных.

— Демон! — истерично воскликнул за спиной чей-то голос.

Ленка уже подумывала превратиться в рогатую лису с горящими глазами, чтобы народ не зря обзывался, но на всякий случай оглянулась на звук. Говоривший — худенький прилизанный брюнет — хоть и смотрел на неё, но пальцем тыкал в Женю.

В центре круга та беззвучно открывала рот и извивалась, скребя пол раздвоенным копытом чуть желтоватого цвета, на второй ноге пока ещё держался кроссовок, но под задравшейся штаниной уже белела шерсть. Глаза Жени испуганно и удивлённо смотрели на окружающих, будто видели их впервые.

Плохо дело. Ленка присела на корточки возле светящегося зелёным барьера.

— Ты кто? — спросила она.

Женя замерла и, уставившись нечеловечески огромными зрачками, испуганно попросила:

— Вып-пустите меня… — голос прервался и уже с какими-то иными металлическими тембрами взвизгнул — …выпустите из неё!

Ленка аж села на хвосты.

— Ты тут фиг знает что можешь натворить, — пробормотала она.

— Я-я? — прозаикалась Женя обычным голосом, хлопая краснеющими глазами.

— Не перебивай! Я с тем, что внутри тебя разговариваю.

Глаза наполнились слезами. Этого только не хватало.

— Ничего я не натворю, — шмыгал носом металлический голос. — Домой меня верните!

Покачав головой, Ленка снизу вверх глянула на Машку, которая с радостным выражением прижимала к внушительной груди чёрную книгу.

— У меня получилось! — вдохновлённо похвасталась та, ещё сильнее тиская книгу.

— Ещё как, — скептически вздохнула Ленка. — Ещё как…

Машка чуточку погрустнела.

— Кароче, Женя и её подселенец поживут у меня в комнате, пока не получится их разделить, — решила Ленка.

Машка поспешно закивала. Эх-х, надо было с ней оставить. Там ведь копытами дело явно не ограничится.

Прихватив на столе запечатанную бутылку водки, вроде как для утихомиривания призванного, Ленка сказала:

— Скоро буду, — и провалилась под пол на пару этажей вниз, невидимкой пролетев через комнаты ничего не подозревающих студентов.

Сбегала в свою нору, обложила её всяческим охранительными заклятиями. Не известно, насколько опасна призванная сущность, потому Ленка выбирала заклятия покрепче и поматернее. Потом вернулась к вечеринке.

Публика топталась вокруг барьера, шумно снимая происходящее на телефоны, а внутри Женя, сжавшись в комочек, хныкала и натягивала джинсы на покрытые белой шерстью ноги. Ленка покачала головой — ничего не меняется. Свистнула Пятно — из ниоткуда под ногами явился рисунок чёрного кота, и начал тереться о Ленкины ступни. Ленка присела и объяснила Пятну, что делать.

С мяуканьем на полу за барьером разверзлась беспросветно-черная дыра, в которую провалилась Женя вместе с валявшимися рядом кроссовками.

Дыра исчезла, студенты удивлённо зашушукались. Растолкав их, Ленка подобралась к Машке:

— Женя у меня. Сними барьер, иначе он так и будет тут до утра мерцать.

— Как? — Машка, всё ещё прижимала чёрный томик.

Ленка закатила глаза:

— Просто руку приложи к нему, чётко желая, чтобы он исчез. Сразу может не получится. Тренироваться надо.

Взмахнув хвостами, Ленка провалилась обратно в свою комнату. Там на второй, обычно пустовавшей, кровати уже сидела Женя и, шмыгая носом, рассматривала свои копыта.

— На, успокойся, — Ленка протянула полстакана принесённой водки.

На втором стакане Женя совсем успокоилась и заснула прямо в одежде. Прикрыв её одеялом, Ленка принялась соображать, что делать.

Судя по всему, призванная сущность не агрессивная, может, конечно маскируется, что белая и пушистая, а стоит только расслабиться, так она себя и проявит. Но чутьё Ленке подсказывало, что это не тот случай. Скорее всего, сущность, призванная на странное имя Едлза, сама оказалась в беде и придётся не только избавлять Женю от неё, но саму сущность спасать, да возвращать туда, откуда её призвали. В этом была некоторая сложность, ибо вряд ли кто-то имел представление об этом месте, разве что сама сущность сможет объяснить в каком из множества миров находится её дом.

Утро началось с Жениного панического вздоха. Ленка резво вскочила — на соседней кровати сидела натурально белая единорога, прямоходящая, хотя на месте кистей рук были раздвоенные копыта, которыми она осторожно щупала небольшой рог на лбу и выдавала непонятные всхлипы, то ли удивления, то ли обиды.

— Жень, тише, — поморщилась Ленка. — Народ же ещё дрыхнет.

— Ч-что со мной?

— Не знаю, — призналась Ленка. — Голова не болит?

— Издеваешься? — Рог опасно засветился.

Ленке стало любопытно посмотреть, что будет.

— Ну после вчерашнего ты неважно выглядишь.

Она ожидала гнева и, может, какого-нибудь всплеска магии, но Женя, не смотря на рог, уткнулась в подушку и зарыдала.

— Извини. — Ленка подошла и села на краешек кровати, осторожно коснулась руки. — Ты после вот этого всего напилась и уснула, голова вполне может болеть.

— У нас не болит, — прохныкала Женя металлическим