Меня зовут Виктор Крид. - Михаил Француз

Поэтому я учился. Корпел ночами над книгами, вникал в сложные формулы и теории, в то время, как окружающая молодёжь, студенты, мои однокурсники, щелкали те же самые задачки с доводящей до бешенства легкостью, при этом успевая ещё и погулять, и поучаствовать в «студенческой жизни», и романы покрутить, и музыку послушать.

Правда, моё самолюбие оказалось отмщено на первой же сессии, когда эти «успевльщики» начали сыпаться, паниковать и бегать бледными задерганными тенями. Я же, сессии не боялся совершенно. Не было сил её боятся. Да и, в конце-то концов, я же пришёл за знаниями, а не за дипломом. Так чего мне бояться? Отчисления? Пффф! Отчислят – заново поступлю. Не под своей нынешней, так под любой другой «личностью». Мне, чай, армия не грозит: итак полковничьи погоны на плечи давят.

Поэтому, я даже сам не понял, как так получилось, что по итогам первой сессии, оказался отличником. И мне, даже, повышенную стипендию начислили. Хотя, вот на кой она мне? Человеку, входящему в первую десятку самых богатых людей мира? Ведь, «Старк-Индастриз» за прошедшие годы, изрядно раскрутилась на тех направлениях, что мы с Говардом обозначили в шестьдесят девятом. Дошло даже до того, что у Старка компьютерную технику покупают Советы! Причём, в немаленьких объёмах.

И Советы, и Штаты. И Европа, не говоря уж о Китае, куда уже лет десять как была перенесена большая часть производственных мощностей - там рабочая сила дешевле. Нам с Говардом и Ксавьером действительно удалось сделать корпорацию транс-национальной.

Хотя, нельзя не признать, что монополистами нам стать всё же не получилось. В Америке с нами конкурировал Хаммер, в Европе – IEM, в Японии их Тошиба, да и у Советов свои наработки были очень и очень серьёзные. Правда, концепция именно «персоналок» в Союзе была не развита. Да и особым спросом не пользовалась. Зато, их «вычислительные центры» были диво, как хороши.

А ещё, что меня больше всего радует, в семьдесят шестом официально появился Интернет, как рабочая концепция, объединив, сначала, все ВУЗы Штатов, а затем и подразделения Старк-Индастриз. И он продолжает активными темпами развиваться, ветвясь и подключая всё новых и новых пользователей. Правда, к глубокому моему сожалению, пока только за пределами Союза. К себе Советы эту сеть не пускают… при этом, во всю раскручивают свой собственный аналог. С некоторым отставанием, конечно, но так и расстояния тут какие! Вон, в семьдесят девятом Свердловский Университет подключили. А в прошлом году – Хабаровский.

До Глобальной сети пара шагов остаётся: только шлюзы поставить между этими сетями.

В общем, учиться было дзеновски трудно. Но, Дзен! Как же интересно!

На выходе с последнего экзамена я подошёл к Наташе, которая так и продолжала заниматься в нашей группе. Или, скорее, числиться – науки ей не давались, да и особого рвения к ним она не испытывала. Однако, кто ж рискнёт троечку не нарисовать майору КГБ? А тем, кто рискнёт, тем компетентные товарищи быстро объяснят политику Партии.

Подошёл, прижал палец к своим губам и прыгнул вместе с ней в Китай. На один из заводов Старка, где он для меня собрал установку «Вита-лучей». Нет, ну а что? Почему я должен строить её, шкерясь, собственными руками, если есть Говард? В конце концов, это же его разработка-то, а не моя. И её «секрет» он без меня знает.

А почему в Китае? Там энергия дешевле. Ну и от глаз Щита подальше. Нет, местные спецслужбы – тоже не подарок, но их и на хрен послать можно, в отличии от Фьюри, с которой нас связывают достаточно противоречивые отношения.

Да и сама установка – без «сыворотки» она бесполезна. А «сыворотку» я делаю в Камар-Тадже. И принёс с собой ровно необходимое количество доз. Ровно пять штук: Говард, Мария, Наташа, Марико и… Бартон. Надо же извиниться за машину!

Операции… прошли штатно. Что бы не слушать истошные крики боли жертв, и не отвлекаться на них, мы с Говардом использовали хорошие наушники с хорошей музыкой. Очень громкой хорошей музыкой. Поэтому, выглядели, как бесчувственные роботы, в то время, как жертвы, не имеющие возможности вырваться или сопротивляться, бледнели, зеленели (Мария), теряли сознание (Марико), пытались совершить побег (Бартон), протыкали ногтями руку до крови и прокусывали губу (Наташа).

Первым засунули в аппарат Бартона, пояснив, что надо же испытать машинку, а его не так жалко. Собственно, после этих слов, Клинт и попытался совершить побег. Но… от меня ещё никто не убегал.

Собственно, попал он сюда, прямо из своей кровати, из комнаты на тайной базе Щита. Я его выкрал, ни словом не объяснив, куда и зачем. Про «не жалко» сказал Говард – он у нас ещё тот юморист.

Вывалился из аппарата Клинт изрядно прибавившим в росте, сорвавшим голос и… подкачавшимся.

И тут же был перекинут мной обратно в свою кровать. Опять же, без объяснений.

Дальше была очередь Марии. Над женой Говард шутить не стал. С ней он был нежен, аккуратен, даже ласков, держал за ручку, пока «гроб» не закрылся.

После операции, Мария сбросила лет тридцать. Помолодела, похорошела. Тоже прибавила в росте.

Потом была Марико, которую я так же, сразу после операции, отправил домой, пояснив, что всё это – был мой свадебный подарок Логану. А в чем он заключается, пусть спросит у мужа, он лучше объяснить сможет.

Дальше… в «гроб» лёг сам Говард. Которого, за ручку держала и ободряюще улыбалась Мария.

После операции, помолодевшего и «подкачавшегося» Говарда вместе с женой я отправил к ним домой, в ЭлЭй.

Наташа…

- Виктор Иванович, - дождавшись моего возвращения, обратилась ко мне она. – Я не понимаю… ведь я уже «супер-солдат»? Зачем?..

- Есть отличная от нуля вероятность, что это… вернёт тебе отнятое, - сказал я. Зрачки Романовой расширились. И именно в этот момент она прокусила губу и проткнула руку.

- Вероятность? – тихо спросила она. – То есть, вы не уверены?..

- И есть не нулевая вероятность, что ты в этом «гробу» умрёшь, - проигнорировал её вопрос я. – Решать тебе. Сегодня аппарат будет демонтирован. Минута на раздумья.

- Не надо минуту,