Пламя смерти - Андрей Вячеславович Шевченко

— Что случилось? Разве вы не знаете…

— Я случился, — сказал Дилль, выходя вперёд. — Приветствую тебя, мастер.

Фиррис даже отшатнулся, а его глаза стали огромными.

— Ты?!! Живой?!!

— Я, — улыбаясь до ушей, ответил Дилль. — Живой.

Мастер Фиррис подошёл, вглядываясь в его лицо, затем покачал головой и сказал:

— Глазам не верю. Выходит, Илонна была права, когда говорила, что почувствовала тебя.

— Где она, мастер? — веселье Дилля мигом улетучилось. — Могу я увидеть её?

— Она, — лицо мастера Фирриса окаменело, — умирает. Ты можешь увидеть её, но она тебя уже не сможет.

Оттолкнув его, Дилль бросился внутрь дома. Фиррис поспешил за ним, говоря, куда свернуть. Дилль промчался по тёмным коридорам и комнатам и влетел туда, где неярко горели несколько масляных ламп. Посреди комнаты стояла большая кровать, на которой лежала Илонна. Вокруг сидели врачеватели с усталыми лицами. У стены Дилль приметил Гунвальда, Герона и Вальдора — лица воинов были мрачнее грозовых туч. В углу тихо утирал глаза старый слуга дома Готвадов.

Ни с кем не поздоровавшись, Дилль бросился к кровати. Вошедший за ним мастер Фиррис остался в дверях. При появлении Дилля все поднялись, обмениваясь изумлёнными взглядами. Вальдор до половины вынул из ножен меч, Гунвальд затряс головой и даже глаза протёр, а Герон быстро перекрестил Дилля. Врачеватели шарахнулись в стороны, словно он был прокажённым. Дилль, не обращая ни на кого внимания, положил чёрный посох на пол, опустился на колени перед Илонной и взял её исхудавшую руку в ладони.

— Илонна, любимая, — он с болью смотрел на её заострившееся лицо. — Я вернулся к тебе с того света. Как и обещал.

Ни один мускул не дрогнул на её лице, не задрожали веки — Илонна походила на статую, высеченную из белого мрамора.

— Она тебя не слышит, — тихо сказал один из врачевателей.

Дилль поднял взгляд на мага.

— Я — архимаг Фрол. Гроссмейстер оставил нас здесь, чтобы помочь ей, — архимаг кивнул в сторону Илонны. — Но мы не можем удалить заклятье, убивающее её. Мейс погиб, пытаясь это сделать, а он был самым талантливым.

— Это заклятье называется печать смерти, — тихо сказал Дилль. Известие о гибели Мейса его ничуть не взволновало. — Оно убивает даже драконов.

— Если бы адепт согласилась уехать в Тирогис, быть может, мастера сумели бы найти средство, — вздохнул Фрол. — Но она не захотела уезжать. Моя команда сумела только поддерживать её жизненные силы. Гроссмейстер в ярости, хочет вернуться в Григот с остальными врачевателями Академии. Но они не успеют.

— Неужели вы ничего не можете сделать? — Дилль не отрывал глаз от бледного лица Илонны.

— Любая попытка снять или хотя бы изменить структуру заклятья приводит к сильнейшей отдаче. Я пробовал, и после каждой попытки чувствовал, что едва жив. А ведь я пытался оперировать с крохотным участком. Снять заклятье целиком никому из нас не под силу — ни по отдельности, ни сообща. Кроме того, оно действует тем сильнее, чем больше пытаешься ему воспрепятствовать. Если бы Мейс не начал вливать в Илонну жизненные силы, сейчас она была бы очень ослаблена, но жива. Чем больше мы старались, тем хуже ей становилось.

Дилль поднялся, чувствуя, как каменеет его лицо. Это он виноват в том, что любимая умирает. Он попросил Великую Госпожу, значит, ему и исправлять эту ошибку. Быть может, госпожа Смерть смилостивится над Илонной и заберёт его душу в обмен на её жизнь. Вопрос только в том, как до Великой Госпожи добраться. Он ведь не знает методов хивашских колдуний. Единственное, что он мог сделать, это вознести ей молитву.

— Великая Госпожа, — зашептал Дилль, — прошу тебя, отступись от Илонны. Забери мою жизнь. Подай знак, как я должен умереть. Вонзить мне меч в сердце или сгореть в магическом пламени? Ответь, я выполню любой твой приказ.

Великая Госпожа ничем не показала, что слышит его. Безликая явно хочет в жертву Илонну. А зачем ему жить без любимой? Дилль не может противостоять той, что властвует над миром мёртвых, но он может избрать путь собственного ухода. И он понял, как должен умереть.

Дилль сурово сжал губы, а в душе против воли начала разгораться драконья ярость. Он попробует сам снять заклятье. Умение, полученное от муаров, уничтожает практически любую магию. Пусть врачеватель говорит, что последует откат — Дилль был готов обменять свою жизнь на жизнь Илонны.

Это и способ попасть в Лабиринт миров, и шанс встретить там Великую госпожу, и возможность спасти любимую. И лучше всего воплотить его в астрале.

Он перенёс разум в астрал. Вокруг светились ауры врачевателей — водников и земельщиков. А рядом с ним мерцала аура Илонны. Теперь это был не яркий шар, а тусклое свечение, подёрнутое бурым налётом. Аура слабо пульсировала, словно в такт ударам её сердца.

— Илонна, ты меня слышишь? Я здесь, с тобой.

Она не ответила, зато послышался многоголосый хор муаров, разбуженных драконьей яростью.

— Мастер, ты понимаешь, против кого собираешься выступить?

— Понимаю. Простите, но вскоре вы перестанете быть, потому что умру я.

— Мы будем поддерживать твои силы, сколько сумеем. Удачи, мастер.

— Спасибо, друзья.

Дилль сосредоточился. Он собрал в раскалённый пучок драконью ярость, приправил её магией муаров и вырастил силовое щупальце. В этот раз он не должен отбирать всю энергию — ему нужно лишь отделить чужое заклятье от Илонны. Коричнево-бурая дымка — это оно и есть.

Он не рискнул сразу удалять всю дымку, а решил поэкспериментировать на части заклятья. Как можно отщипнуть частичку от магии? Дилль знал только одно заклинание, позволяющее оперировать с малыми энергиями — перемещение песчинок. Он воспроизвёл его, мысленным щупом оторвал несколько эргов от бурой дымки и при помощи таланта муаров уничтожил их.

Как и предупреждал врачеватель Фрол, мгновенно последовал откат. Дилль почувствовал, как невидимый насос начал откачивать из него силы. Но магия муаров в свою очередь дала ему энергию от уничтожения — в результате получилась ничья. Он потерял сотню эргов и столько же получил. Это воодушевляло.

Дилль проверил своё состояние — он по-прежнему полон сил, а драконий гнев клубился в нём. Бурая дымка, покрывающая ауру Илонны не выглядела повреждённой. Дилль не стал рисковать отщипнуть порцию побольше, а продолжил кромсать хивашское заклятье по крохотным частичкам. Снова магический откат, снова накатившаяся слабость, снова прилив сил. Ничья. Следующая порция. Цикл повторился.

Дилль работал без перерыва, страшась только одного — что ему не хватит сил. Но муары — там, в физическом мире, поддерживали его организм своими неведомыми способами. Он должен успеть!

Дымка стала светлее, в ней появились прорехи, а аура