Запретный предел - Андрей Вячеславович Шевченко

а Дилль остался выслушивать господина Луавиля. Оказывается, титул графа налагает определённые обязательства, и Дилль с тоской решил, что ему вовек не запомнить всего, что бубнил главный хранитель традиций. Едва он подумал, что неплохо бы свести меж собой господина Луавиля и вампирских старейшин и посмотреть, кто кого победит в состязании на занудность и педантичность, как к ним подошёл король.

— Брось, Луавиль. Всё равно граф не будет появляться при дворе слишком часто. Лучше расскажи ему о его привилегиях.

— Каких это? — оживился Дилль.

— Ну, например, как полный кавалер ордена «Красного льва» ты имеешь право спорить с королём хоть до посинения, если дело не касается государственной важности, — король посмотрел на расплывшееся в улыбке лицо Дилля и погрозил ему пальцем. — Между прочим, какое дело государственной важности, а какое — нет, решаю я. Кроме того, в исключительных случаях ты имеешь право обращаться к коронованным особам Ситгара «на ты». На всякий случай, запомни, что в отличие от меня, коронованные особы других государств могут и обидеться — их-то государствам ты не оказывал таких услуг, как Ситгару. И даже наоборот.

— С чего бы мне часто разговаривать с королями? — скептически спросил Дилль.

— Ну, хотя бы с того, что ты единственный, с кем запросто общаются великие драконы. Неужели ты думаешь, что когда король Ниал пришлёт в Тирогис своего брата, я упущу шанс познакомить его с человеком, который впервые за триста лет уговорил драконов вступить в битву на стороне людей?

— А брат короля приедет?

— Да. У нас оказалось слишком много тем для личных разговоров, которые даже магам связи знать не обязательно. Но сам Ниал, разумеется, не рискнёт покинуть Мироттию в такое время — приедет его брат — герцог Фиал. Надо будет решить вопрос с кланами, перекинувшимися к мироттийцам. Ниал настаивает, чтобы я пощадил изменников — всё-таки, он с Баморром из одного клана. Ещё есть хиваши, засевшие в моих городах и превращающие пленников в зомби — мироттиец, наконец-то, внял голосу разума и сам предложил объединить усилия против пустынников. Опять же, он желает получить некоторые территории Тилиса, а мне это не с руки.

— Сдаётся мне, вы с ним пересчитываете клыки неубитого саблезубого медведя, — счёл нужным заметить Дилль. — Всё-таки Тилис ещё жив.

— Это ненадолго, — зловеще пообещал Юловар. — Ладно, не забивай себе голову. Просто, когда Фиал приедет поздравить меня со свадьбой, постарайся наплести ему чего-нибудь эдакого… заковыристого. В общем, напусти туману. Ну, как ты умеешь.

— Это легко, — улыбнулся Дилль.

— Вот и замечательно. А пока можешь потренировать свои ораторские способности на своём друге.

— А что Гунвальд натворил? — он сразу понял, о ком ведёт речь Юловар.

— Пока ничего, — хмыкнул король. — Но собирается. Иди сюда, бестолочь.

Каршарец, возвышавшийся на целую голову над королём, подошёл, щербато улыбнулся Диллю и тут же состроил скорбную физиономию.

— ВашВелич, ну, отпусти, а? Я ж тебе целый хирд взамен себя привёл. Они тебя от кого хочешь заохраняют.

Дилль непонимающе переводил взгляд с Гунвальда на Юловара. Король объяснил:

— В армию просится, а сам еле ходит. Дурья башка, я о нём же забочусь.

Дилль не удержался от усмешки.

— Лучше отправьте его в вампирские земли. В Григоте хорошие мечники в цене. Там мастера клинков каждый день состязаются меж собой, а в Запретном пределе целые полчища мертвяков бродят. Пока Гунвальд доедет до Григота, уже и сил наберётся.

Король с негодованием посмотрел на него.

— И ты туда же.

Зато в глазах у каршарца зажглись азартные огоньки — примерно такие же, как во время похода в Неонин, когда он жаждал сразиться с великим драконом.

— Всё, решено! ВашВелич, я тогда к вампирам подамся.

Король только беспомощно развёл руками и сдался.

— Делай, что хочешь. Но если тебя сожрут зомби, обратно не возвращайся.

Юловар ушёл, а на лбу каршарца появилась отчётливая складка — он явно задумался над тем, не напутал ли чего король? Как Гунвальд сможет вернуться, если его сожрут заживо?

— Чего тебе в Тирогисе не сидится? — спросил Дилль. — Ты же сейчас занимаешь такое высокое положение, за которое другие правую руку отдадут. С королём каждый день видишься, по-свойски с ним болтаешь.

— Скукота тут жуткая, — поморщился Гунвальд. — Только и знай, что протирай сапогами полы в приёмной да кланяйся всяким хлыщам придворным. Не с кем ни напиться, ни подраться. Одно хорошо, во дворце столько всяких миленьких служаночек, которые обожают, когда я их хлопаю по филейным частям.

— В Григоте тебе придётся забыть об этом — вампиры к женщинам относятся весьма трепетно. И к детям тоже. Так что, если не хочешь нарваться на поединки со всем кланом, держи руки при себе. Потому что драться с целым кланом фехтовальщиков не очень приятно. Это я тебе по собственному опыту говорю.

— Расскажи, — глаза Гунвальда загорелись, и Диллю пришлось вкратце пересказать произошедшее в Григоте. Каршарец только изумлённо качал головой и недоверчиво глядел на друга. Вот вроде бы всё такой же худющий и рыжий, а поди ж ты, на равных сражался с вампирскими мастерами. Вернее, даже не на равных, а победил их.

— Ты точно умалишённый! Жаль меня там не было, я бы им тоже навалял.

— Герон тоже собирался им навалять, — Дилль невесело улыбнулся. — А когда он теперь сможет взять в руки топор, я не знаю.

Дилль рассказал о битве с фиендом, в которой пострадали монах и Тео и погибли несколько мастеров клинка. Гунвальд злобно сжал кулаки.

— Я найду эту тварь и выпотрошу её! Будет знать, как нападать на моих друзей.

— Успокойся, я уже прикончил её.

Каршарец замер с раскрытым ртом. Наконец он кашлянул и сказал:

— Прикончил? Значит, мне нужно ещё быстрее отправляться в вампирские земли.

— Зачем? — удивился Дилль.

— Затем, что ты со всем вампирским кланом подрался, фиенда одолел, драконов привёл и тилисцев попалил. Если я задержусь в королевском дворце, на мою долю подвигов совсем не останется.

Дилль хлопнул каршарца по плечу.

— Гунвальд, не расстраивайся. На востоке для твоего меча враги найдутся — там и мертвяки бродят, и зверюги хищные, и хиваши то и дело наведываются. Но ты же не собираешься пропустить королевскую свадьбу? Король, думаю, обидится.

На лице Гунвальда отразилась внутренняя борьба, и он кивнул.

— Ну, ладно. Но, как только протрезвею, сразу в путь.

— Конечно, о чём разговор.

Дилль с трудом сдержал улыбку. Хорошо, если Гунвальд протрезвеет через неделю после свадебных торжеств.

Глава 37

* * *

Следующая неделя оказалась ещё более суматошной. Началось с того, что в Тирогис прибыла целая вампирская делегация, возглавлял которую уже знакомый Диллю мастер клинка Нугейр. С ними приехал