Опыты для будущего: дневниковые записи, статьи, письма и воспоминания - Александр Михайлович Родченко

Ужас нищенства, войны!

КОНЕЦ.

А.М. Родченко. Композиция из серии «Обтекаемый предмет». 1942

ПИСЬМА ВОЕННЫХ ЛЕТ

А.М. Родченко – В.Ф. Степановой

Москва – Молотов

Октябрь 1942 г.

Милая Дорогая Котя!

Пишу тебе последнее письмо, ибо вызов тебе послал и телеграмму в управление милиции на пропуск.

Боюсь только, чтобы телеграмма-вызов пришел, так как он на адрес дома.

Чагин – удивительный человек, он без звука дал две телеграммы.

И сказал, что мы ему нужны.

А я не решался опять просить его, но твои ужасные письма так действовали, что я решил пойти.

А он всё-таки сила, ведь он на правах наркомата.

Все обещали, но всё нужно ждать.

Прости, но с Мулькой ничего пока не выходит.

Езжай одна. А тут придумаем вместе. Двое третьего вытащим.

Попроси маму, в случае чего помочь ей.

Я сегодня счастлив, что скоро буду встречать тебя.

Ура! Ура!

Я так счастлив, что скоро ты будешь тут топать в комнате.

И спать рядом.

А.М. Родченко. Портрет дочери. 1947

Надеюсь, к моему рождению ты сделаешь пирожки, и мы тут выпьем.

Сейчас я пью за твой удачный выезд из Осинового гнезда.

Нет, я так сегодня счастлив, что даже не пошел больше никуда, а пришел домой.

Сейчас выпиваю 100 грамм и закусываю красной икрой.

Скоро, скоро. Буду встречать.

Маленькую дорогую жену и друга!

Я уж вижу по письмам, что там делают тебе.

Я уж догадываюсь, что отобрали у тебя столовую.

И бабушка замучила. И надежды на Литмузей нет.

Ты оставь часть вещей Литмузею, пусть Балабанович их привезет.

Ты ему много сделала, и я здесь делаю выставку Островского из-за тебя.

Ну жду, жду.

Целую последний раз письменно.

Скоро буду целовать как следует.

Твой Анти

А.М. Родченко – В.Ф. Степановой

Москва – Молотов

15 октября 1942 г.

Получил телеграмму на фамилию «Федченко» и подписано так: «Телеграмму Чагина получила хлопоты начала результат сообщу = целую Ира»

Ну, Ира, так Ира! Хлопочи, милая Ирочка! Нужно скорей приезжать, а то сделаешься «Лизой».

Ну, я рад сегодня, что ты там действуешь, наконец за себя. Только на «арапа» не выезжай, все бумаги достань, если что нужно, телеграфь, достану.

И с вещами так же. Ликвидируй что можно, потом Агния Езерская привезет, а также сдай в багаж.

Тебя встретим, я, две Лильки Лавинские и Майка.

Ну, ни пуха тебе, ни пера, целую.

Кланяется Жорж, Кинеловский, Лиля, Вера Гехт и пр.

А Мульку вдвоем вытащим, и Агния привезет, она едет в декабре.

Всё сижу и читаю твою телеграмму.

Если что, сходи в Союз писателей. Чагин тоже дал телеграмму, он сказал, что поможет. В Молотовскую милицию зайди и спроси о пропуске.

Целую. Анти

В.Ф. Степанова – А.М. Родченко

Молотов – Москва

25 октября 1942 г.

Привет тебе, милый Хом, ты где-то далеко в своем домике, а мы заброшены в чужую конуру. Заклеила окно, стало теплее. Была вчера у мамы (Римская) вечером дома. Обещала помочь, но из этого, кажется, ничего не выйдет, т. к. местным командировки, кажется, отменены.

Посылаю с Андреем бумагу и письмо, но он еще уедет только завтра. Обещал придумать что-нибудь для моего выезда. На дорогу подарю ему чекушку, только бы довез бумагу. Посылку еще с ним посылать неудобно, он везет много вещей с собой на выставку.

Получила от Полины [Я-вовны] телеграмму об антифашистской выставке, надо ее делать.

Видела сейчас работы Орешникова для выставки, хорошие, но это что-то от Домье и что-то от французской революции. Это не наш теперешний день.

Ты меня заинтересовал Удальцовой, молодец она!

Живи счастливо. Как ты рассчитываешь шрифты, кто тебе помогает?

Целую Варва

А.М. Родченко – В.Ф. Степановой

Москва – Молотов

11 ноября 1942 г.[260]

Милый мой Котька! Бритвы где-то в чемодане, их целая коробка, я от тебя давно получил две и больше не получал. Мне не нравятся твои письма. Очень ты нервничаешь. Нужно поспокойнее. Ведь теперь-то тебе легче приехать будет. Ведь я достану тебе вызов на командировку. Так в чем же дело? Лекарство для Мули попроси у этой дочери Тамары, которая в госпитале. Я тоже при этом посылаю салол с белладонной.

Бритвы не ищи, раз они пропадают. А вещи, ради Бога, и прочее продай, чтоб голову не морочили.

В Информбюро очень хорошо платят. Купим всё, что нужно. Не жалей ты ничего.

Оставь только на шубу отрез.

А все мои вещи загоняй.

А что ты в панике! Да мы еще дачу будем строить для нас, стариков, и для нашего зоотехника[261]. Да мы еще с Мулей зоосад в квартире организуем.

У нас в стенных шкафах у Мули тигры будут жить, а в ванной белые медведи плавать будут.

А ты: для чего жили, для чего работали!

Да что с тобой? Без меня совсем развинчиваешься.

Мы тебя укротителем сделаем. Потерпи, я же хочу, но не сразу же.

ТЕЛЕГРАММА

А.М. Родченко – В.Ф. Степановой

Москва – Молотов, Советская, 32, кв. 1

14 ноября 1942 г.

Телеграммы вызова Чагина домашний адрес на пропуск управлению милиции посланы

Целую = Родченко

А.М. Родченко – В.А. Родченко

Москва – Молотов

29 декабря 1942 г.

Милая Муля!

Сегодня нашел в дневнике твое пожелание на новый год 1941 в Очере:

«С Новым годом!

Желаю тебе пока в будущем 1942 году всяких несчастий, горя, плохого настроения… избежать. Желаю не быть сердитым на меня. Найти побольше табаку, желаю сделать увеличитель и др.

С Новым годом, с новым счастьем!

Не сердись на меня, целую».

Да, милая, твое пожелание исполнилось. Несчастия окончились, сердиться перестал. Табаку много в Москве. Увеличителей своих три. Но теперь желаю, чтобы ты была здесь. И это самое главное. Нет моего помощника.

Ну, так я теперь поздравляю с будущим 1943 годом.

Желаю тебе быть здесь. Полюбить искусство, полюбить нас. Успехов в институте. Еще придет любовь хорошая и большая. И он должен быть достоин ее. Желаю хороших друзей, хотя они будут приходить и уходить. Желаю тебе, как всегда, того, что ты сама себе желаешь и даже больше… Ну и всё.

Я тоже пишу дневник и мне трудно писать письма. Выяснил себе, что писать в дневнике все дела и встречи за день и еще записываю в письмах все дела по этому поводу – получается интересно. Почитал старые и решил, что стоит писать.