Насильно твоя - Екатерина Ромеро

Птичка, моя правда некрасива, она уродлива, и это уже не переиграть. Не вырезать, не вычистить, это есть и всегда будет со мной. Но, кажется, мне дали шанс, чтобы Илана этого ада не помнила, и я сделаю все, чтобы и дальше так было.

Пусть думает, что я дружил с ее отцом, пусть верит в хорошее, потому что, кроме этой веры, у нас больше ничего не осталось.

* * *

Сегодня очень красиво и тихо на улице, хоть и сыро, конец сентября. Как я понимаю, у Романа выходной, и он решает провести его вместе.

Роман осторожно берет меня за руку. Я не отдергиваю, мне нравится его прикосновение. Дарит защиту и надежность, нежность. Когда он не напорист, мне лучше. Не люблю грубых мужиков.

Муж смотрит на меня и сжимает мою ладонь крепче, а я чувствую какие-то вибрации. Словно у Романа внутри ураган, который он почему-то скрывает.

— Извини.

Резко отпускает, складывает руки в карманы.

— Ничего.

Мы идем по заднему двору — по тропинке, ведущей в лес.

— Расскажите о себе.

— Что ты хочешь знать?

— Ну не знаю, любимый цвет?

— Красный.

— Красный обычно агрессивные люди любят.

— А я агрессивный, по-твоему?

Смотрит на меня так, что я чувствую себя голой. Клянусь, я прямо вижу, как Роман сканирует меня взглядом.

— Я пока не знаю. Мне нужно больше времени.

— Илана, ты и так меня знаешь, тебе просто надо вспомнить!

— Ну, вообще-то, я пытаюсь!

— Не злись. Это ничем не поможет.

— Вы тоже мне ничем не помогаете! Как сок из лимона, выдавливаю из вас хоть какие-то факты!

Я быстро выхожу из себя и бегу вперед. Мне хочется стереть эту чертову амнезию и вернуться к прежней жизни, вот только я не знаю, какой она была.

Была ли я счастлива с этим мужчиной? Да? А вдруг нет? Связи с отцом до сих пор не было, и это уже немного начинает напрягать. Мне кажется, раньше я с папой каждый общалась, даже если он был в отъезде. Мы были близки, почему он теперь не пишет мне?

Что случилось? Отец не принял Романа как моего мужа или они были друзьями? Все смешалось, я не знаю уже, что думать, каша какая-то.

— Илана, стой! — слышу позади голос Романа, но не останавливаюсь, а после вижу, как сбоку ко мне несется огромных размеров пес. Такой большой, с крепким корпусом и длинными лапами, острой мордой и стоячими ушами. Доберман.

Перед глазами вспышка. Это точно когда-то было, боже!

Изо рта ни звука, проклятье, что я немая. Я падаю на землю как подкошенная, а пес начинает вгрызаться в меня.

— О боже, нет!

— Илана, нет, не бойся!

Роман уже рядом, и я распахиваю глаза. Сама не понимаю, как он так быстро поднял меня с земли и прижал к себе. Я прижимаюсь в ответ, крепко обнимаю мужа. Все расплывается от слез, мне страшно, и одно только понимаю: я машинально ищу защиты у мужа. Это хорошо.

— Тише, спокойно, — гладит меня по волосам, шепчет ласково, целует в висок.

— Уберите собаку, Роман, уберите! — сквозь слезы прошу и вижу, что Роман очень серьезен, закрыл меня собой, и, кажется, с ним и правда не страшно. Роман не даст меня в обиду. Никому.

— Люк, фу! Отойди.

Я боюсь, что уже вся в крови, но оказывается, пес облизывал мои ноги и руки, даже мое лицо.

— Он напал меня!

— Нет, девочка. Люк по тебе соскучился. Видишь, хвостом виляет? Он хочет, чтобы ты ему морду почесала.

Всматриваюсь: глаза собаки сияют счастьем, он продолжает облизывать мою ладонь и толкаться в нее носом.

— Я думала, что он хочет напасть.

— Не выдумывай. Здесь все собаки тебя обожают, ты их сама вырастила из щенков. Пошли.

Роман берет меня за руку, и мы вместе идем к вольерам. Там еще четыре пса, не менее огромных, черно-подпалых, и все они скулят, когда видят меня, виляют своими короткими хвостами.

— Они все меня знают.

— Конечно. Ты их часто кормила сама. Псы все дрессированные и знают команды.

— Мы их завели, потому что я просила?

— Нет, потому что я хотел. Ты была не против с условием, что мы возьмем щенков.

Это меня успокаивает, Роман любит собак, все нормально, хотя ощущение того, что раньше здесь были совсем другие псы, не отпускает. Клянусь, я точно вспомнила, что на меня уже нападала собака. Вот здесь, прямо на этом месте, и это так странно, что я уже сама не знаю, что правда, а что плод моей фантазии.

— Вы любите животных?

— Люблю.

— Каких именно?

— Хищников.

Сказал прямо, и я кивнула. Почему-то даже не сомневаюсь в этом, но пока не понимаю, насколько я права.

— Роман, спасибо за прогулку, но я хочу уже домой.

— Конечно. Идем.

Мы вместе входим в дом. Как раз дождь начался, погода — чистая осень, но мне нравится. Муж зажег камин, в доме сразу стало тепло.

— Хочешь, посмотрим фильм?

— Да. Можно.

Валентины сегодня нет, мы берем какие-то вкусности из кухни и садимся на диване. Близко, касаясь друг друга плечами. Роман меня приобнимает, прижимает к себе. Мне хорошо, очень. То самое ощущение, когда ближе знакомишься с собственным мужем. Немного боязно, но все же любопытно.

— Какой была наша свадьба, было много гостей?

— Много, — отвечает коротко. Даже слишком, нехотя словно. Почему так сложно дать больше деталей? Мне же интересно.

— А есть видео и фото? Я хочу посмотреть.

— Нет ни видео, ни фото.

— Почему?

— Запись мы не делали, а фотографии не получились.

— Жаль. Я была красивой невестой?

— Лучшей. Если захочешь, я куплю тебе новое свадебное платье и сделаю фотосессию.

— Это будет уже не то. Наш самый счастливый день в жизни не запечатлен.

Опускаю глаза, вижу, как Роман нежно поглаживает мои ножки, которые я бесстыже сложила ему на колени.

— Это неважно, Илана. Важно то, что ты со мной, так?

— Да, конечно, так.

Улыбаюсь, и Роман тянется ко мне, сладко целует в губы. Больше не так напористо, словно… словно держит себя на цепи. Целует нежно в губы. Я отвечаю, поддаюсь соблазну, потому что, похоже, мой муж все же умеет соблазнять.

Мы