Совсем другой дракон - Рэйчел Аарон

становился громче и громче, пока неудача поглощала весь город. Уже смежные Небесные пути дальше по реке стали накраиваться, все, что шло не так, происходило. Если это продлится дольше, весь СЗД рухнет, и хоть Джулиус ненавидел Алгонквин, он не мог допустить такое. Не город, где он встретил Марси, и не из-за Сяна.

— Я знаю этот взгляд, — тихо сказала Челси, приблизившись к нему в воде. — У тебя есть план.

Джулиус кивнул, взглянув на Фредрика, который мрачно держался за берег рядом с ними.

— Ты можешь поднять нас туда?

Он смотрел на треугольное убежище под куском дороги, где Императрица-Мать стояла над рухнувшим Цилинем с ребенком на руках. Фредрик нахмурился.

— Я могу попробовать, — прошептал он, взглянув на Клык. — Но это работает только на Хартстрайкерах. Я не уверен…

— Это сработает, — уверенно сказала Челси. — Она — твоя сестра, Фредрик. Она — одна из нас.

Он не выглядел убежденно.

— Но…

— Если будешь пробовать, делай это сейчас, — сказал Джулиус, нервно глядя на воду. — Потому что вряд ли эта зона долг будет безопасной.

Это не казалось важным в свете других катастроф, но пока они были в воде, уровень реки упал на пару футов. Джулиус не знал, делал это Цилинь, или причиной была другая странность, происходящая в СЗД, но становилось хуже с каждой секундой. Пока он говорил с Императрицей-Матерью, вода у берега доставала ему уже не до груди, а д пояса. Он не думал, что результат будет хорошим.

— Давай, — шепнул он, сжимая Фредрика. — Сейчас.

Нервно взглянув, Фредрик послушался, рассек Клыком воду под их ногами. Он сделал это под ними, и они даже не шагали в этот раз. Они просто провалились из одного места в другое, рухнули с парой галлонов ледяной речной воды на еще не тронутую землю за Золотым Императором и перед его матерью. Ее красные глаза все еще расширялись от удивления, когда Челси бросилась вперед, протянула руки к своей дочери, чтобы забрать ее у старой драконши.

Это произошло так быстро, что Императрица-Мать не должна была уклониться. По крайней мере, так думал Джулиус, когда она не пошевелилась. Руки Челси тянулись, и он понял, что ошибся. Императрица-Мать не уклонялась, ведь ей не нужно было, ведь, пока Челси тянулась, машина рухнула с обвалившейся дороги над ними. Машина летела к ее голове.

Если бы Челси была одна, это ее погубило бы. Нужна была не только машина, чтобы убить дракона, даже в облике человека, но это вырубило бы ее. Наверное, хуже, ведь неудача Цилиня делала все катастрофически неправильным. Но в этот раз Челси не была одна. Фредрик был за ней, и он оттащил ее в последний миг, повернул их обоих в сторону, машина пролетела мимо. К сожалению, так они оказались на пути грузовика, который упал следом и придавил драконов к земле.

— Нет! — завопил Джулиус, бросившись вперед. Он отчаянно пытался оттолкнуть грузовик, когда она поехала сама, дрожа, когда Челси толкнула ее. Она была грязной, в крови, но живой. Как и Фредрик, хотя он был потрепан. Императрица-Мать злорадствовала, улыбаясь им с невыносимой уверенностью той, кто думала, что они победили.

— Попробуете еще? — она поманила их ближе к ее безопасному месту рядом с тихим Цилинем на коленях. — Бросайся, сколько хочешь. Конец у врагов императора всегда будет один.

— Как мы можем быть его врагами? — гневно сказал Джулиус. — Ты это сделала!

— Я просто сказала ему правду, — она хмуро глядела на него. — Я — его мать и его императрица. Мой долг — сказать ему то, что ему нужно знать. Сян понимает и уважает это. Его долг был ему известен с рождения. Я могла плевать ему в лицо, но его магия не дала бы мне пострадать. Но вы — другое дело.

Ее красные глаза взглянули на Челси.

— Ты — источник его страданий, и твои дети — живое доказательство его огромного провала. Теперь, когда он знает, его удача исправит проблему, и вы не покинете этот город живыми.

Лицо Челси было пепельным, когда она закончила, и впервые в жизни Джулиус знал, почему. Императрица описала то, чего Челси все время боялась. Но, пока все были убеждены, что это был единственный конец, Джулиус отказывался сдаваться.

— Он не убьет их.

Императрица-Мать фыркнула и посмотрела на грузовик, чуть не раздавивший Челси и Фредрика.

— Не глупи.

— Это ты бредишь, — прорычал Джулиус. — Может, тебе плевать на сына, но я знаю, что тебе нужен император. Ты хочешь поговорить о том, как разрушаешь его? Как он отреагирует, когда очнётся и поймёт, что его удача убила Челси и его сына?

— Не хуже того, что уже произошло, — императрица пожала плечами. — Но ты не понимаешь, что тут творится, щенок. Я этого не сделаю. А он сделает. Смотри.

Она склонилась, сдвинула длинные темные волосы Цилиня в сторону. Когда она убрала их, лицо императора было чужим. Его красивые черты обмякли, словно он спал, но золотые глаза были полностью открыты и ужасно пусты.

— И теперь вы знаете правду, — сказала она, возвращая волосы императора на место. — Магия Цилиня никогда не была управляемой, и мой сын все еще самый сильный. Он может обуздать силу до какой-то степени, но когда он сталкивается с тем, что заходит слишком далеко, ломает его резко, удача захватывает его. Когда это происходит, он пропадает, и он не вернется, пока его магия не истребит все, что делает его несчастным.

— То есть просто истребит все, — голос Джулиуса дрожал.

Императрица пожала плечами.

— Это не точное орудие, но плохое нужно вытерпеть, чтобы наслаждаться хорошим, да и кто знает? — она жестоко улыбнулась Джулиусу. — Может, когда твоя гадкая сестра умрет, он, наконец, забудет ее.

— Или он полностью сломается.

— Она уже это устроила, — прорычала императрица, с ненавистью глядя на окровавленное лицо Челси. — Что бы из этого ни получилось, я не дам Хартстрайкерам победить. Сломав его тут, я лишила шанса на успех величайшую катастрофу нашего клана. Мой сын вряд ли будет прежним, но он хотя бы уничтожит вас, город, все земли Алгонквин в процессе. Когда это кончится, мир будет лучше, безопаснее для нашей империи. Сян согласился бы, что только это важно, — она гордо опустила ладонь на неподвижное плечо императора. — Я вырастила его хорошим.

— Нет, он стал хорошим вопреки тебе, — прорычала Челси, глядя на девочку на руке императрицы. — А наша дочь? Ее ты тоже принесешь в жертву?

— Конечно, нет, — сказала императрица. — Ты испортила род Золотого Императора навеки. Нам нужна компенсация, и Брогомир сообщил, что эта мелочь