Руса. Архипелаг надежды - Игорь Леонидович Гринчевский

— Наставник, дозволь спросить, — подал голос Леонид. — А если времени обучения не хватит, чтобы завершить эксперимент?

— Тогда он продлится! — широко улыбнулся я. — В мире полно мест, где люди живут сурово и не имеют излишеств. Степи в землях сарматов и Савроматов, Альбион, колонии к северу от Колхиды, земли Африки… Даже в колонии Савлака Мгели, хоть и нашли алмазы, ещё долго будут жить небогато. Как и за океаном. Туда киников и пошлём.

— А нас, эпикурейцев? — поинтересовался Трипидавр.

— А вам достанется Сицилия, полисы Тавриды, Армения и Новый Хураздан, Вавилон и Индия. Разумеется, Гадир…

— Архипелаг надежды⁈ — довольно переспросил кто-то из эпикурейцев.

— Он самый! — подтвердил я. — Пока что там идёт стройка, но место богатое, так что сами понимаете… Тем более, что летом мы отправим экспедицию за Атлантический океан. Я просто уверен, что там есть земли, полные диковинных растений и животных…

Вот тут мечтательно вздохнули все, позабыв о различиях в идеологии. Я лишь улыбнулся про себя. Молодые они ещё, вот и притягивает романтика дальних странствий. Но мне это на руку!

* * *

— На самом деле экспедиций будет четыре! — ошарашил я партнёров на очередном совещании в Новом Хураздане. — Удалось узнать, что знаменитый мореплаватель Гамилькон не только добирался до Альбиона, но потом плыл оттуда на восток. Похоже, земли Европы там заканчиваются, и начинается Северное море. Или даже Северный Океан.

— Что можно найти в тех нищих краях, Руса? — осторожно поинтересовался Валтасар. Жизнь давно отучила его спорить со мной, не выслушав резонов. — У них же даже ячмень не вызревает!

— Верно, там живут охотой и выращивают овёс на крохотных полях! — согласился я, хоть и не знал, освоили ли жители Северной Европы земледелие или ещё нет. — Но в их бескрайних и могучих лесах полно вековых дубов и елей, необходимых нам, чтобы строить корабли.

Собравшиеся одобрительно закивали, леса требовалось всё больше, причем особый спрос был именно на вековые дубы и ели.

— А кроме того, Тит Синопский в своё время передал роду Еркатов торговлю янтарём. Этот солнечный камень на юге ценится дороже золота. Так вот, иногда купцы проговаривались, что везут его с северного края земли, с берегов Северного моря. Думаю, это заслуживает хотя бы разведки, вы согласны?

После того, как большинство партнёров одобрило и эту идею, я продолжил:

— Вторая экспедиция тоже пойдёт от Альбиона, но на северо-запад. Ходят слухи, что там цепочка островов, не так уж и сильно отделённых друг от друга. Торгуя с одними, можно узнавать про других соседей. Может быть, так постепенно удастся добраться до материка за океаном.

— Северные воды опасны! — нахмурился представитель Дома Гуд.

— Согласен! Но мы не знаем, что окажется опаснее, множество коротких бросков на севере или один длинный на юге. Предлагаю попробовать и то, и другое. На севере пойдут небольшие моторные шхуны, которые можно вытащить на любой пляж, с юга — три корабля побольше, моторная лаврака и две таких же бармбунары. Но громко говорить будем только о третьей экспедиции, которая отправится из Гадира.

Тут судили-рядили долго, но, в конце концов, большинством в два голоса утвердили.

— А четвёртая экспедиция направится от земель Китая к северу. Вы спрашиваете. зачем? Берег Азии там идёт не строго на север, а к северо-востоку. Поэтому есть основания полагать, что на севере там прозе достичь заокеанских земель.

Вот тут мне отказали, причём двумя третями голосов, даже Арцаты были против. Ну и ладно, надо же что-то потомкам оставить, верно? Так что Камчатку, Аляску и Берингов пролив пусть они открывают. Всё равно основная торговля через Атлантику пойдёт.

* * *

Что можно подарить человеку, у которого уже всё есть? Очень просто, дарить надо то, чего ещё нет ни у кого! Арам Оружейник подарил мне винтовку со шпингалетным затвором. Шепнул при этом, что многократно испытана, подвести не должна. Всё хорошо, но патрон оставили стандартный, 12.5×100 мм, а пороховой заряд увеличили, обеспечив начальную скорость 670 м/с. И масса пули — 42 грамма, вы представляете⁈ Это же ПТР уже получается, противотанковое ружьё, из него без сошек не постреляешь.

К тому же, стреляет-то это изделие далеко, но в человека попасть дальше 500–600 метров можно чисто случайно. Ну и смысл, казалось бы? Нет у противника танков! Но тут я вспомнил про карфагенские «уничтожители» и заказал ещё хотя бы пять таких же.

* * *

Библиофил попробовал компенсировать качку, то приседая, то приподнимаясь и прицелиться в правого «уничтожителя». Понял, что не получается, расслабился, потом попытался ещё раз.

— Нет, не выходит! — разочарованно произнёс он присланному вместе с чудо-ружьём стрелку. — Пробуй ты!

— Рано, наварх! — прогудел тот. — На суще я бы ещё попробовал, он же сейчас почти стоит. Но на море даже в такую большую цель я дальше трёх стадий стрелять не возьмусь.

Тут завыл мотор одного «уничтожителя», потом — другого, и они начали быстро приближаться.

— Правее два румба! — скомандовал Библиофил. — Полный вперёд! А ты — держи свою игрушку. Если она себя покажет, даю статер!

— Благодарю, но Руса уже обещал премию десять статеров за первый «уничтожитель» и по пять — за каждый следующий. И Синдикат по два сверху добавляет. Ты тоже сверху добавишь? — здоровяк выслушал ответ и ухмыльнулся. — Надо же, мне везёт! Такая винтовка пока одна, могу прилично заработать.

Тут он неожиданно посерьёзнел, собрался и — флотоводец обратил внимание — начал успокаивать своё дыхание.

— Ба-бах! — громыхнула винтовка. Потише пушки, разумеется, но прилично, наварх почувствовал, что оглох на правое ухо. Стрелок непривычным движением открыл затвор, одновременно извлекая стреляную гильзу, ловко вытащил её, бросил в специальный мешочек на поясе, вставил новый патрон и загнал его в патронник. Целился достаточно долго, так и хотелось его поторопить, и тут снова: — Ба-бах!

«То ли мажет, то ли и эти пули соскакивают!» — мелькнула мысль, пока стрелок снова перезаряжался и целился. До уничтожителя было уже чуть меньше двух стадий.

— Ба-бах! — грохнул третий выстрел, и почти сразу с моря донеслось: — Бу-бу-у-м!

На фоне взрыва остальные звуки стали не различимы, даже четвёртый выстрел был едва слышен.

«Куда он стреляет?» — мелькнула глупая мысль. Как