Привет из Хальмер-Ю - Дмитрий Островский

А на деньги в поселке можно было купить продукты, хорошие сигареты, какие-нибудь сладости. Или что-то нужное. Летом 1995 года магазин еще работал.

Отчетливо помню одну такую погрузку.

Бывший шахтер уезжал со своей семьей из родных мест.

– Спасибо за помощь, ребятки! – обратился он к нам по окончании загрузки вагона со всем своим скарбом, нажитом за всю свою жизнь в Хальмер-Ю.

Шахтер достал пачку сигарет, угостил нас. Минут пять молча стоял, смотрел на свое имущество в вагоне. Потом бросил на минуту взгляд куда-то в сторону поселка.

– Вся жизнь здесь прошла. Родился тут, вырос. Потом в армию сходил и обратно сюда вернулся работать на шахту. Вся жизнь, ребята….. А сейчас надо куда-то уезжать. Кому надо?! Зачем?! Ехать жить незнамо куда! – произнес шахтер.

Шахтер глубоко втянул в себя дым от сигареты.

– Вещи уже погружены. А я до сих пор не верю…., – после выдоха «затяжки» сказал он.

Мне показалось, что его глаза стали немного влажными. То ли от табачного дыма, то ли от нахлынувшей грусти прощания со своей малой Родиной.

*****

Летом в тундре большую часть дня мы проводили на открытом воздухе. Единственное, что не давало спокойно находиться на улице – это гнус. Мелкая мошка, которая не кусает как комар, а буквально грызет кожу. Гнус забивается под одежду, залезает в рукава. И если на улице нет ветра – просто беда.

Иногда ты смотришь на небо и видишь тучу.

Но эта не та туча, из которой капает дождь.

Это летит гнус. Тогда лучше сразу бежать в помещение. А комары – это ерунда!

*****

Запомнился один летний день.

13 августа 1995 года. Это было воскресенье.

В этот день был День Рождения у водителя Лехи.

Помните, с которым мы ездили к пожарникам за водой? Вот-вот! У этого самого!

Леха был «годок», служил уже второй год. Ему исполнилось двадцать лет. И так совпало, что в этот же день был День Рождения у меня. Мне исполнилось девятнадцать. Я прослужил почти девять месяцев и носил гордое звание «борзый карась».

С утра все скинулись деньгами.

Леха скатался в поселок в магазин, купил куриные окорочка, пиво, водку. А ближе к обеду всей гурьбой на нашем «Урале» мы отправились на водопад на реку Хальмер-Ю. Пожалуй, одно из красивейших мест в окрестностях. Стоишь на высокой сопке и смотришь на необъятную тундру. А прямо под ногами – бурлящая вода. Вид потрясающий!

На фоне всего этого вида мы и расположились.

Развели костер, пожарили окорочка.

Пацаны поздравили нас с Днем Рождения.

Кто-то болтал, рассказывал анекдоты, я же молча смотрел на бурлящую воду под ногами. И на тундру. Очень хотелось запомнить всю красоту окружающего меня пейзажа. Так я встретил 19 лет.

*****

Остальные августовские дни 1995 года ничем не отличались друг от друга. Почти каждый день мы ездили помогать грузить вещи местным жителям, выезжающим на «большую землю».

К концу августа 1995 года в Хальмер-Ю жителей осталось совсем мало. Уже пришел приказ, что до октября поселок должен покинуть последний житель.

Кое-где начали полыхать огнем опустевшие дома.

Брошенные собаки, которых хозяева не смогли забрать с собой, сбивались в стаи. Я помню, как они взбесившиеся, то ли от голода, то ли от предательства человеком, бросались на наш «Урал». Мы ехали по безлюдным улицам поселка, смотрели на горящие дома, на стаи озверевших собак и картина вокруг все больше напоминала апокалипсис.

По опустевшим домам и квартирам в поселке начали «промышлять» мародеры в поисках ценных вещей.

Какие-то мрачные фигуры, как «гамлетовские тени» выскакивали из подворотни и также стремительно исчезали при виде военного «Урала» и моряков.

В-общем, обстановка начинала напоминать прифронтовую. Заканчивалось лето 1995 года.

Заканчивалась эпоха Хальмер-Ю….

Мы уезжаем

Утром 10 сентября 1995 года в Хальмер-Ю пошел снег.

В тундре началась настоящая зима.

Да-да, друзья мои!

Даже у нас в Северодвинске еще в это время «золотая» осень, «бабье лето», грибы, ягоды.

Я уж не говорю про среднюю полосу России.

А в тундре в сентябре начинается зима.

Не знаю, может быть, в другие годы здесь не выпадал снег в сентябре. Я встретил только один сентябрь в тундре. Сентябрь 1995 года.

Мы все еще ездили помогать на станцию грузить вещи последним отъезжающим из Хальмер-Ю. Получали деньги за погрузку, но тратить их уже было некуда. Последний магазин в поселке закрылся.

И уже само здание магазина начали разбирать.

Табличка «Гастроном» валялась на земле. Какие-то люди ползали по крыше, отрывали листы шифера, скатывали их вниз по положенным на крышу доскам.

Теплоснабжение в поселке уже было отключено.

И последние оставшиеся жители грелись печками-«буржуйками» и электрическими обогревателями.

Уже начали приезжать целые группировки мародеров на вездеходах с Воркуты. Мы их постоянно встречали во время наших поездок в поселок. Люди с оружием, в камуфляжных костюмах, внешне напоминали охотников. Но искали они в Хальмер-Ю другую «добычу». Многие жители оставляли в квартирах различные вещи из-за невозможности или нежелания их забрать. Также добычу могли составить различные цветные металлы: мед, алюминий, бронза.

Поэтому обрывались электропровода, разбиралось различное домовое оборудование.

Все, что можно было продать за деньги.

Горящих домов и одичавших собак становилось еще больше. Сами поездки в поселок становились все опаснее.

К концу сентября в поселке почти никого не осталось.

Приезжал Воркутинский ОМОН и всех оставшихся силой вывозили в Воркуту. Омоновцы ходили по домам, открывали двери в пустые квартиры. Если дверь в квартиру была закрыта на замок – ее вышибали. Если в квартире были люди – их силой заставляли собрать вещи, грузили в вагоны и вывозили в Воркуту.

Оставались только мы – военные моряки.

Но у нас тоже шла подготовка к эвакуации полным ходом. Без поселка мы не сможем пережить зиму.

*****

Однажды с Большой Земли приехало самое что ни на есть центральное телевидение. Телеканал «Россия» аж из самой Москвы.

Журналисты приехали снимать репортаж об исчезающем поселке Хальмер-Ю. Их привезли на вертолете с Воркуты. Корреспонденты походили по поселку в сопровождении воркутинского милиционера, поснимали. А потом вся делегация появилась у нас в части.

Мы обедали на камбузе, когда в помещение вошли журналист с оператором.

– Здравствуйте! Приятного аппетита! – заулыбалась нам женщина, держа в руках микрофон.

– Здравствуйте! – мы прекратили бряцание