Лови день - Стив Миллер

Она вдруг замерла:

– Вал Кон?

Значило ли это, что она ушла из своих воспоминаний, вернулась в настоящее?

– Да.

– Не оставляй меня, Вал Кон.

– Конечно, – пообещал он, нежно прикоснувшись к ее губам. – Я тебя не оставлю, Мири.

Тут она вздохнула, словно ребенок, которому сказали, что чудище из кошмара на самом деле убито насмерть, и снова провалилась в забытье.

– Останови здесь, – сказал Вал Кон и вздохнул, поймав взгляд Хакана, в котором читалось упрямое отрицание.

– Здесь ничего нет, – решительно заявил музыкант. – Только скалы и снег. Мири плохо, Кори, – ей нужна больница, а не прогулка по холоду. – Он снова устремил взгляд на дорогу. – Через полмили будет поворот, и оттуда до Вейла чуть меньше часа.

– Хакан, останови машину.

На этот раз его взгляд был немного менее твердым, и скорость машины чуть снизилась.

– Мири плохо, – тихо проговорил Вал Кон. – Ей нужна самая хорошая медицинская помощь. – Он поднял руку. – Неужели я настолько обезумел от горя, что готов убить собственную фру?

Хакан бросил на него долгий пристальный взгляд, а потом посмотрел на холодное звездное небо и дикое нагромождение покрытых снегом скал.

– Здесь? – растерянно спросил он.

– На самом деле, – ответил Вал Кон, – примерно в четверти мили позади.

Он затаил дыхание. Машина затормозила, остановилась – и поехала задним ходом.

– Спасибо, Хакан, – тихо сказал он.

Его спутник молча мотнул головой.

* * *

Сам корабль отыскать было легко – пришлось только пройти вдоль цепочки наполовину занесенных снегом следов. Когда зажегся луч орудийной башни, Вал Кон предупреждающе поднял руку.

– Постой здесь секунду, Хакан, – велел он и дальше пошел один, сжимая в руке многоцелевой ключ, взятый из кармана сиг-Алды.

Башня вращалась, ее луч искал цель. Вал Кон покрутил ключ в руках, поднес его к губам и выдул две резкие ноты. После короткой паузы он добавил еще две.

Башня прекратила вращение. Вал Кон вытащил из кармана переносной маячок, сделал лучу несколько долгих и коротких сигналов и вздохнул с облегчением, когда луч послушно погас.

– Все в порядке, Хакан! – позвал он, направляясь к брюху корабля.

Снова повернув многоцелевой ключ, он отпер им хорошо видимый замок люка, а потом нагнулся, чтобы найти скрытую защелку и отключить ее.

В безмолвии ночи дверца люка бесшумно отъехала в сторону. Включилось внутреннее освещение, позолотив серебряный снег.

Хакан стоял с Мири на руках, изумленно открыв рот.

– Это… самолет? – с сомнением спросил он.

– Летательный аппарат, – мягко уточнил Вал Кон и вытянул руки. – Я возьму Мири, Хакан. Спасибо тебе за помощь.

– Что? – К Хакану вернулось все его давешнее упрямство. – Ты заставил меня отвезти вас к какому-то летательному аппарату посреди безлюдной глуши, Мири плохо, она бредит – и я должен просто вас здесь оставить? – Он решительно покачал головой. – Ну уж нет!

Вал Кон на секунду задумался. В конце концов, он у Хакана в долгу и обязан рассчитаться. Он поклонился – почти до земли:

– Как пожелаешь. Иди со мной. Быстро.

Автоврач оказался за перегородкой, напротив входа на мостик. Вал Кон нажал кнопку срочного доступа, и прозрачная крышка люка открылась. Он велел Хакану уложить Мири на кушетку, а потом забыл о его присутствии, быстро снимая с нее залитые кровью куртку и рубашку. Потом он стянул с нее сапоги и юбку. Осмотрев пульт, он с облегчением отметил, что Департамент достаточно высоко ценил Тиль Фона сиг-Алду, чтобы оснастить его корабль автоврачом последней модели, а потом закрыл люк и стал наблюдать за миганием лампочек. Автоврач проанализировал травмы Мири, сделал анализы крови, снимки и томограммы. Прозвучал мелодичный сигнал, и на экране над окошком для наблюдения появилась цепочка букв:

«Пулевое ранение в верхней правой части грудной клетки. В грудной полости инородных тел нет. Осложнения: потеря крови, шок, переохлаждение. Обнаружены следы психостимулирующего вещества. Предположительное время восстановления: два часа сорок пять минут».

Окошко для наблюдения потеряло прозрачность. Вал Кон вздрогнул, и у него подкосились ноги. Все будет в порядке!

– Кори?

С голосом Хакана было что-то нехорошее. Вал Кон заставил себя выпрямиться и повернулся к своему другу.

Лицо Хакана неестественно побледнело, он сотрясался от дрожи.

– Да?

– Где Мири?

Вал Кон указал на автоврач.

– В… излечивающем устройстве. Вот здесь… – тут он указал на экран, – сказано, что она будет… исправлена… через три часа. – Он слабо улыбнулся. – Ей все равно надо будет отдыхать и восстанавливать силы, но она уже будет вне опасности.

Хакан нахмурился:

– Эта машина прямо сейчас помогает Мири?

– Да.

Музыкант кивнул, осмотрелся, а потом расправил плечи:

– Мне доводилось видеть самолеты, Кори. Это – не самолет.

– Да, – тихо отозвался Вал Кон, – не самолет.

– Тогда что это?

Вал Кон вздохнул:

– Давай скажем – летательный аппарат, Хакан. А теперь забудь, что ты его видел.

Хакан уставился на него, и Вал Кон со вздохом отошел от кабинки автоврача, направившись к поварскому пульту.

– Хочешь чашку чаю?

– Чаю? – Хакан помотал головой – возможно, пытаясь прочистить мозги, – а потом тоже вздохнул. – Ладно, Кори. Чай был бы кстати.

Вал Кон заказал две порции – сладкий для своего гостя, простой – для себя, а потом достал две чашки из подавальщика и вручил одну Хакану. Сам он сделал глоток, удивляясь тому, до чего хорош пряный лиадийский чай, а потом заметил, что его друг продолжает дико оглядываться, и сделал приглашающий жест в сторону кресла второго пилота:

– Садись и отдыхай, Хакан.

Хакан неуверенно сел и осторожно отпил немного чая.

– Откуда он взялся? – вопросил он.

Вал Кон посмотрел ему прямо в глаза:

– Из кухни. Ты же видел.

– Я видел, как ты нажал пару кнопок вон на той стене, а потом вручил мне вот это!

Музыкант закрыл глаза и будто ушел в себя – только дышал глубоко и мерно. Вал Кон добрел до пульта управления и сел.

Спустя какое-то время Хакан открыл глаза и посмотрел на Вал Кона – на удивление спокойно:

– Откуда ты, Кори?

Вал Кон вздохнул:

– Издалека.

– Не из Порлинта? – настойчиво спросил Хакан.