Учитель для ангела - Елена Райдос

— А у вас неплохо поставлено дело с информаторами, — Вран одобрительно хмыкнул. — Должен заметить, что ты явился очень кстати, а то я уже голову сломал, придумывая, как бы попасть в Офир.

— Извини, но этого я обещать не могу, — отбрил его Арокан. — По условиям договора ты не должен был вспомнить своё прошлое. Ну а коли договор нарушен, то Совет имеет полное право распорядиться судьбой мятежника по своему усмотрению.

— Что ж, вы дали мне неплохую отсрочку, — Вран насмешливо усмехнулся, — мне давно уже пора присоединиться к моему клану.

— Не выйдет, — глумливая усмешка превратила лицо Арокана в уродливую маску, — мы больше не станем рисковать. Стирание памяти оказалось не слишком ненадёжной мерой, в Аэрии полно твоих фанатов, которым захочется снова вернуть главу клана Ставрати. Так что не обессудь, но нам придётся сделать для тебя исключение.

Пару секунд Вран переваривал слова Арокана, которые с его точки зрения были лишены всякого смысла, а потом правда начала доходить до главы якобы погибшего клана.

— Они живы, — ошарашенно прошептал он.

— А ты решил, что мы развоплотили полторы сотни аэров? Без суда и следствия? — Арокан издевательски захихикал. — Вообще-то, по закону убийство в Аэрии является самым тяжким преступлением. Разве ты этого не знал?

— Плевать вам на законы, — фыркнул Вран, — вы же сами их пишете.

— Кто же будет соблюдать закон, если его нарушают даже те, кто его создал? — Арокан иронично прищурился, как бы давая оппоненту возможность заценить красоту игры. — Аэрия — это не тот мир, где можно безнаказанно убивать.

И снова Вран ненадолго завис, пытаясь вычленить подтекст из вроде бы невинного замечания своего бывшего коллеги. В том, что в его словах имеется двойной смысл, он даже не сомневался, уж больно ехидной была в этот момент улыбочка Арокана, но Вран пока не отошёл от шока, а потому его мозги работали не слишком эффективно. И всё же мыслительный процесс закончился предсказуемым результатом.

— Но в Игре убийство ненаказуемо, — догадка буквально ошеломила Врана, поскольку только в этот момент он осознал, где сейчас находятся все Ставрати. — Что вы с ними сделали? Превратили в аватаров?

— Нет ничего проще, правда? — Арокан покровительственно кивнул. — Нам даже не пришлось покидать базу Ставрати, там ведь имелось всё необходимое оборудование. Стереть память, переправить на стационарную базу в мире Игры, а потом пристрелить, вот и вся недо́лга.

— Вот я идиот, мог хотя бы включить логику, — голос Врана слегка дрожал, поскольку он всё ещё не мог справиться с волнением из-за ошеломившей его новости. — Да вам даже негде было взять столько сталкеров, чтобы казнить полторы сотни аэров. Мало кто из нас согласится стать палачом для своих же соотечественников. Но даже если б нашли, всё равно такое преступление не удалось бы скрыть. То ли дело отправить на перевоплощение целый клан в Игре, ведь такое убийство ещё нужно доказать. А кому взбредёт в голову раскапывать правду о судьбе чужого клана? В конце концов, Ставрати и так полжизни проводили в Игре, могли и переехать туда насовсем.

— Верно, — легко согласился Арокан, — они и переехали с нашей помощью. Но ты напрасно радуешься, — прокомментировал он блаженную улыбку на губах Врана, — тебе такая участь не светит.

— Разве глава клана не должен разделить судьбу его членов? — Вран озадаченно нахмурился, уже подозревая, что не услышит ничего ободряющего.

— Один раз мы уже сделали для тебя исключение, — посетовал Арокан, — и посмотри, что из этого вышло.

— Собираетесь развоплотить моё сознание, — это был вовсе не вопрос, а потому палач даже не потрудился на него ответить. — А как же твои песни насчёт убийства в Аэрии?

— Так ведь ты отправишься в свой последний путь не отсюда, а из мира Игры, — Арокан состроил невинную гримасу, — так что беспокоиться не о чем.

Вран уже давно был готов к такой развязке, но известие о том, что члены его клана на самом деле живы, меняло всё. Теперь он просто обязан был бороться за свою жизнь, и у него имелось для этого одно средство, правда, довольно сомнительное, учитывая решительный настрой палачей. Но терять главе клана всё равно было уже нечего.

— А что если я выкуплю свою жизнь? — нахально предложил он. Вообще-то, изначально Вран не планировал использовать полученные в результате откровения знания в качестве платёжного средства, они должны были стать его прощальным подарком этому миру, но тут уж выбирать не приходилось. — Думаю, у меня есть то, что нужно Совету.

— А я думаю, что тебе слабо заинтересовать нас настолько, чтобы мы позволили этой заряженной бомбе разгуливать на свободе, — Арокан скептично ухмыльнулся, — но если хочешь попытать счастья, излагай.

— Я знаю, почему происходит деградация аэров, и как это остановить, — на одном дыхании выпалил Вран.

Несколько долгих секунд член Пятёрки раздумывал над полученной информацией, а потом на его лице появилось выражение удивления.

— Всё-таки заинтересовал, — он утвердительно кивнул, — ладно, устрою тебе свидание с бывшими коллегами. Если твои сведения окажутся для нас полезными, мы позволим тебе присоединиться к клану. Не обижайся, но в Офир ты отправишься в бесчувственном состоянии, — повинуясь жесту Арокана, один из телохранителей подошёл к Врану и вколол ему быстродействующее снотворное.

Очнулся пленник уже в кресле у знакомого до боли игрового стола, за которым проводил большую часть своей жизни в те времена, когда Пятёрка ещё была Шестёркой. Все пятеро членов Совета тоже сидели каждый в своём кресле, но в отличие от Врана, их руки не были прикованы к подлокотникам. Что ж, их трудно было винить в трусости, поскольку репутация главы клана Ставрати не располагала к беспечности. Вран обвёл тоскливым взглядом этих всесильных судей, которые через несколько минут запросто могли поменять своё амплуа на палачей, и горько усмехнулся. Арокан, Транзар, Низабия, Ильбраз и Белитар, когда-то они были его друзьями, с которыми Вран делился буквально всем, а теперь в их взглядах легко читалась неприкрытая даже фальшивой вежливостью ненависть.

— Мы слушаем, — без лишних предисловий обратился к пленнику Низабия.

— Вам не нужно меня бояться, — Вран кивнул на металлические обручи на своих запястьях, — бояться следует вас самих, причём не только мне, но и всем аэрам.

— Давай без патетики, — фыркнул Арокан, — я обещал Совету конструктивный разговор.

— Ладно, не будем терять времени, — усилием воли Вран задавил вполне объяснимое волнение и приступил к изложению идей, пришедших ему в откровении. — Для начала хочу признать, что у вас были основания для расправы над Ставрати. Если бы нам действительно удалось обрушить барьер, то вашей власти очень быстро