Последствия - М. Картер

– Интересно. Ты же там работаешь, и они без всяких указаний, выговоров и наставлений тебя отпускают?

– Да, да. – монотонно кивал Вильям, но поняв последнее предложение, резко переменился. -Какие наставления! Да, работаю, но я человек, и кто смеет меня наставлять или делать мне выговор?

– Значит, ты счастливый человек.

Под звон шестого часа, они выпили каждый по одной бутылке и тогда же, когда в рот втекла последняя капля, разбили их о землю, освободив руку, чтобы вложить в неё следующую.

– Давай выйдем из города.

Предложение Лиама препятствий не встретило, и, молча, они пересекли последние дома и несколько сотен метров сначала шли по заросшему невысокой травной полю, а, когда её сменили цветы, вдали послышался сток воды, сели на землю, положив перед собой бутылки.

– Давай поделим поровну.

Согласившись с предложением Лиама, Вильям посчитал все бутылки и оставил у стороны каждого равное количество.

– Это хорошо, что ты решился пить без повода… Даже правильно.

Вильям оперся на правую руку, заведённую за спину, а его левая ладонь схватила открытую бутылку.

– Я только что понял, что он есть.

В отличие от открытой позы, удобной Вильяму, Лиаму приятнее было сидеть, согнув перед грудью ноги в коленях и сгорбив спину, обхватить их предплечьями, и уместив бутылку между стоп.

– Нет, нет, я слышу, что-то грустное, и мне это нисколько не нравится. Я тоже сейчас что-нибудь придумаю.

Пока Вильям, ускорял разбег своего воображения тем, что раскачивал в воздухе бутылку, Лиам, несколько раз вздохнув, опустошил свою и упал спиной на землю.

– Хочешь, я расскажу его тебе?

– Только если это не пустяк.

– Я не знаю. Возможно, тебе так покажется.

– Ладно, начинай.

Всё же силы, потраченные беспрерывными дневными заботами, восполнить алкоголем невозможно, и Вильям, подтащив своё тело к Лиаму, боком опустился на цветы так, чтобы сила притяжения не мешала ему пить, вдобавок вырвав растения, заслонявшие лицо собеседника.

– У тебя есть брат?

– Нет.

– Может быть, слышал что-нибудь о братских отношениях?

– Нет. И перестань, пожалуйста, вздыхать. Я не могу это слушать! – воскликнул Вильям, когда после его отрицания Лиам гулко выдохнул.

– У меня есть младший брат.

– Насколько младший?

– Лет на семь, наверное… Мы с ним, когда мне было…

– Это можешь упустить.

– Наш дом сгорел вместе с родителями.

– Как так? – вслед словам Лиама резко вставил Вильям.

– Они хотели потушить огонь- вбежали в дом- крыша обвалилась. Возможно, им перегородило выход или же убило сразу, я не знаю… А мы стояли на улице. У нас не было ни родственников, ни знакомых, ночевать нам было негде, и мы просто ходили по лесу, и ели всё, что считали съедобным. Когда-то я ел подобные цветы. – Лиам усмехнулся, повернув голову в сторону, где ещё цвели растения, не сорванные Вильямом. – К счастью, это было летом, и наше путешествие продолжалось не больше месяца. Мы нашли друзей…

– В лесу?

Вместо ответа Лиам кивнул и возвратил голову в предыдущее положение, занявшее место часовой стрелки, остановившейся на десяти часах- откуда он мог смотреть как на небо, так и на Вильяма.

– И остались жить с ними.

– Как-то ты из далека начал.

– Неинтересно?

– Ещё есть время, продолжай.

– Всё же возраст важен: мне было пятнадцать, а Генри- восемь. Эти люди чтили авторитет и имели небольшую иерархию. Мы сразу решили, что останемся у них, поэтому я понял, что должен показать себя и занять не последнюю ступень. У меня был характер, хотя взбирался я долго, всё же расположение их к себе заслужил. Мои достижения доставались и брату, хотя он тогда ничего не делал, но я не мог бросить его внизу. Через несколько лет кое-что произошло и у… у наших друзей сменились приоритеты. Меня это коснулось в приятном смысле- я стал не последним человеком среди них. Но я был занят только развитием себя, а Генри только тащил за собой, будто держа его на поводке, чтобы он не убежал от меня ни вниз, ни вверх. Я не заботился о том, как выгляжу со стороны, и каким человеком кажусь в глазах других, и с братом не сближался… мы были как очень близкие друзья. Иногда мы с ним разговаривали, как я с тобой сейчас, но дальше общеизвестных моих мыслей, я не рассказывал. Но, как потом оказалось, Генри считал меня будто своим предводителем, эталоном, самым совершенным. И за несколько лет полностью скопировал те мои черты, которые видел. Он буквально стал тем мной. Но я был не тем, кого играл. Конечно, большая часть меня составляла тот образ, но он был дополнен тем, что я бы никогда не привнёс в своё мышление. С годами я начал убирать эти несуществующие детали, и прогресс моего подъёма по лестнице замедлился, а после вовсе прекратился. Я очень нравился тем людям, и когда я поменялся, они нашли мои «таланты» у Генри. Он, влекомый их поддержкой, сорвался с моего поводка и устремился вверх, теперь таща за собой меня.

Увлёкшись рассказом, Вильям выпил две бутылки, а когда Лиам замолчал, опустился на спину рядом с ним, положив руки под голову.

– История интересная. Я тебе сочувствую, но всё же не понял за что пьём.

– За мою недалёкость и неудачу.

– Нет, нет, -начавший затуманиваться разум Вильяма повторил отказ ещё несколько раз, -мы пойдём к твоему брату и поговорим с ним. Где ваш лес?

– О чём поговорим?

– О том, что тебе не нравится… Кстати, что тебе не нравится?

Перед тем как дать ответ Лиам помедлил.

– Что он воспользовался моей личностью.

– Вот… пошли.

Вильям попытался встать, в чём ему помогла земля, опираясь на которую, пытаясь удержать равновесие, встав на колени, он прождал с минуту, а после, когда лежавшие перед ним цветы сошлись каждый со своим двойником, видевшемся Вильяму, встал на ноги. Взяв оставшиеся у себя две бутылки, он пошёл в сторону противоположную городу, а Лиам, захватил с собой одну, в цветах оставив четыре.

– Я правильно иду?

Лиам повернул неустойчиво державшееся на ногах тело Вильяма на несколько градусов на Север.

– Ты тоже должен придумать, что ему скажешь. -открывая бутылку, съедая звуки, пытался чётко выговорить голос Вильям.

Предпоследнюю бутылку он решил выпить залпом и, остановившись, в процессе начал поднимать голову вверх, а под конец, когда он уже смотрел на небо, потерял равновесие и упал. Цветы, с таким пренебрежением выдиравшиеся им полчаса назад, смягчили удар, и Вильям не потерял сознание. Но из-за слишком высокой концентрации алкоголя, от принятия которой мужчина отвык за несколько