Схрон - Василий Головачев

Внешнюю охрану Павлы решили не трогать. Даже если бы им удалось незаметно обезвредить один из постов и переодеться в форму охранников, на территорию стройки их все равно не пропустили бы. Внешней охране там было нечего делать. А если бы «охранников» и пропустили, разведчики оказались бы связанными формальными атрибутами охранников. Поэтому Ждановы выбрали другой путь.

Для возведения стен здания строители брали самый обыкновенный песок на берегу моря, им нужен был кремний, и один из маршрутов перевозки песка заинтересовал разведчиков. Возил песок гигантский грузовик крестообразной формы, доставшийся, наверное, строителям в наследство от аборигенов здешнего мира, так же как летательные аппараты подобной конфигурации. Четыре десятиметровых шарообразных колеса крепились на концах креста, представлявшего собой четыре емкости. Кабина управления, крохотная по сравнению с корпусом грузовика, крепилась на торце главного ствола креста. Водителей было трое: двое сидели в кабине, третий в башенке над корпусом. Видимо, он управлял процессом погрузки-разгрузки. Перевозил этот механический колосс не менее тысячи тонн песка за раз.

Используя аппаратуру динго, Ждановы превратили себя в копии «дикобразов», выждали, пока в Ствол войдет отряд этих своеобразных созданий, – Стас помог «близнецам» сориентироваться, имея встроенные в стены видеокамеры и датчики, – и вышли из своего убежища на тридцать втором этаже Ствола.

Из здания выбрались без инцидентов. Только один раз им повстречался патруль: трое «санитаров» – людей в блестящих защитных комбинезонах. Люди не обратили внимания на двух «дикобразов», бредущих навстречу. У выхода Павлам преградил было дорогу один из «соплеменников», но, получив разряд гипноизлучателя, сомлел. Пси-характеристики его мозга мало чем отличались от пси-ритмов мозга человека.

Недалеко от выхода среди груд камней стоял знакомый летающий крест с кабинками на всех торцах, однако разведчики не решились им воспользоваться, не зная систем управления и кодов на разрешение полетов. Не торопясь они побрели к берегу моря, где спиралевидные погрузчики песка вырыли длинный котлован. Миновали цепь постов, блокирующих выход из Ствола, тоже без приключений. Несли здесь службу люди, а не автоматы с электронными искателями и системами распознавания, и несли небрежно, уверенные в своей неуязвимости и не ожидавшие столь открытого и наглого появления врага.

Один из охранников что-то крикнул издали, когда разведчики проходили мимо, наверное, спрашивал пароль. Павел-второй включил в ответ рацию, воспроизводя запись непроизносимого слова, означавшего презрительно-флегматичный стандартный ответ «дикобразов» (слово это записал и расшифровал Стас), и охранник успокоился. Так же, как его приятели, он был занят важным делом: цедил алкоктейль и крутил через очки-информ эротические клипы.

Преодолев расстояние от Ствола до котлована за четверть часа, Ждановы подождали немного, пока заполнится чрево ближайшего из грузовиков и перестанет клубиться пыль, подошли к машине и жестами показали, чтобы водители спустили вниз лесенку.

Водителями оказались тоже «дикобразы», используемые здесь, на стройке, в качестве подсобных рабочих или охранников. Договориться с ними удалось без труда.

Поднявшись в кабину, Павел-первый успокоил обоих излучением «слона», а когда туда же забрался дубль, им ничего не стоило объяснить разомлевшим «соотечественникам», что от них требуется. Русский язык, как выяснилось, они хотя и с грехом пополам, но понимали.

Кроме того, разведчикам посчастливилось выяснить кое-какие правила поведения на территории стройки, что весьма пригодилось им впоследствии.

Через несколько минут грузовик отправился в путь по обычному маршруту. Еще через полчаса он пересек контрольную полосу и въехал в ворота комплекса, синтезирующего материал стен Контрствола. С этого момента начался секундный отсчет времени операции, намеченной Ждановыми.

Грузовик остановился под вращающимся металлическим цилиндром. Длинный хобот пневмотранспортера опустился сверху в кузов грузовика, зашипел, всасывая песок и поднимая клубы пыли.

Павел-второй закончил отдавать команды водителям, последней из которых была: «Через три рейса направить грузовик в стену здания!» – и выпрыгнул из кабины вслед за двойником.

Спокойно огляделись. Узел синтезатора находился на холме, всего в сотне метров от стен Контрствола, и панорама стройки легла перед ними как на ладони.

Сам синтезатор был до смешного прост и незатейлив – та самая труба длиной в двести и диаметром в два десятка метров, – но лес подсобных конструкций окружал ее со всех сторон, и наиболее густо (фермы, башни, пучки труб, разнокалиберные шланги) он рос в сторону здания, достигшего уже высоты двух с лишним километров. Никого живого вблизи работающего синтезатора не было видно, здесь работали автоматы, поэтому разведчики не спешили. За территорией узла следили видеокамеры, следовало миновать их с максимальной «нежностью».

Наконец сработали искатели электромагнитных импульсов, которые сопровождали работу камер, и Ждановы двинулись к фермам сложным зигзагом, обходя камеры. Фермы поддерживали гигантский чан, опутанный шлангами, излучающий в инфракрасном свете, словно огромный ковш с расплавленным металлом. Именно поэтому видеокамер вблизи него «санитары» ставить не стали.

Фермы пошли гуще, уперлись в частокол труб. За частоколом высилась стена из гофрированного металла, а за ней, всего в двух десятках шагов, начиналась циклопическая, черно-багровая, пупырчатая и чешуйчатая стена Контрствола.

– Перелезем? – коротко спросил Павел-второй.

– Попадем под видеокамеры.

– Аннигилятор?

– Сработает аппаратура энерголокации.

– В обход?

Вместо ответа Павел-первый достал дриммер и двумя взмахами снес две трубы, не позволяющие протиснуться в щели между ними.

– Прошу.

– Хорош ножичек! – хладнокровно отреагировал Павел-второй. – Честно говоря, я не верил твоим рассказам о возможностях меча.

За частоколом пролегал каменный желоб с пучком кабелей. Кабели вполне могли быть элементами контура, следящего за целостностью стен здания или за подходами к ним, но у разведчиков не было особого выбора. И они перепрыгнули желоб, отметив напор пульсирующей в кабелях энергии. Тем же манером Павел вырубил окно в гофрированном ограждении узла, вылез наружу. Показалось, что стена Контрствола встрепенулась и взглянула на него с подозрительностью и недовольством, но ощущение, скорее всего, было следствием психологического давления гигантского сооружения. Здесь, в непосредственной близости от него, ни видеокамер, ни постов охраны быть уже не могло. Охранять таким образом каждый метр периметра здания было нецелесообразно.

Разведчики оказались как бы в нише, образованной вогнутой частью стен и крышей из десятка толстенных шлангов, по которым наверх подавался строительный материал. Когда они глянули налево и направо, в коридор между стеной здания и оградой узла, у обоих мелькнула одна и та же мысль.