Схрон - Василий Головачев

Парень умел драться. Он владел той самой разновидностью рукопашного боя, что и Лаэнтир Валетов, которую волхв Род назвал тэнгресити-боем. Ускользал от атак он просто классно, с виду не прилагая никаких усилий, одновременно успевая доставать Павла из немыслимых положений, все время грозя выколоть ему глаза или пробить горло.

Павел с трудом приспособился к этой манере боя, его спасала только скорость, темповые блоки и уклонения да еще великолепное чутье приема. Однако он понимал, что, если противник опомнится и выстрелит, шансов победить его не будет, поэтому Павел начал готовить сложную комбинацию, известную в русбое под названием «танграм»[10], пустил ее в ход, нарочно подставившись под удар.

Костяшки пальцев молодого бойца коснулись виска Павла, вспышка боли на мгновение выбила из него сознание, но тело продолжало работать в прежнем ритме и действовать в соответствии с разработанной комбинацией.

Пальцы левой руки Жданова сомкнулись на запястье нанесшей удар руки особым образом, повернули ее и нажали, ломая. Одновременно раскрытая ладонь правой руки резко, как поршень, ударила в лоб парня, оглушая его, отбила на возврате удар левой руки противника и вернулась обратно, вырывая гортань клювообразным щипком-ударом.

Мастер тэнгресити-боя отлетел назад, схватился за горло, из которого фонтаном хлынула кровь, согнулся, затем вдруг повернул голову к Павлу, и турель с лучеметом на его плече плавно развернулась в сторону безопасника, глянув зрачком дула в лицо.

Долго-долго они смотрели друг на друга, все прекрасно понимая (на самом деле прошло не более двух десятых секунды!). Затем что-то произошло, турель с оружием внезапно соскочила с плеча «санитара», плюнула огнем – мимо… И лишь после этого Павел понял причину этого соскока – дриммер! Ясена успела добраться до меча, зайти сбоку и срубить лучемет вместе с держателем и плечом врага, едва ли понявшего, что случилось. Парень упал, скорчился и остался недвижим.

Павел перевел дыхание, подошел к Ясене, отобрал меч, глянул на ее лицо, увидел слезы в глазах, боль и радость, криво улыбнулся.

– Все в порядке?

С рыданием Ясена повисла у него на шее, прижалась всем телом, затихла. Прошептала еле слышно:

– Никогда не оставляй меня одну!

– Хорошо, – шепнул ей в ответ Павел, к своему удивлению, замечая, что ему весьма приятно обнимать девушку и что его это волнует. Отстранил ее от себя, вытер мокрые дорожки слез на щеках.

– А теперь бегом отсюда! Сейчас сюда наверняка примчатся другие плохие люди… – Павел не договорил.

С шипением над ними пролетел диковинный аппарат, слегка напоминавший первый, но гораздо крупнее и сложнее. По форме он представлял собой двойной крест, каждая перекладина которого на концах раздваивалась, а ответвления заканчивались, в свою очередь, двумя выпуклыми прозрачными фонарями с сидящими внутри десантниками. Кроме того, из дна основной трубы креста торчали полусферы с рогами, и точно такой же рог вырастал из головной части трубы.

Назначение рогов выяснилось тут же, когда летающий крест вернулся. Едва люди успели спрятаться под деревом, как с рогов зависшего над телами охранников аппарата сорвались фиолетовые молнии и вонзились в землю, расплескав ее, как воду, застывающими мгновенно воронками. Стрелки били просто по площади, не зная, в каком месте прячутся беглецы, но рано или поздно они должны были, проутюжив весь лес, расстрелять дерево, под которым стояли Павел и Ясена.

Крест начал двигаться по разворачивающейся спирали, поливая землю под собой ручьями фиолетового и голубого пламени. Поразмыслив над ситуацией, Павел принял решение.

– Как только я начну стрелять, беги изо всех сил! Беги к первому кресту, с молодчиками которого мы познакомились, он здесь недалеко, в сотне метров. Поняла?

– А ты?

– Я отвлеку их, а потом обязательно тебя догоню.

– Нет!

– Беги, я сказал!

– Только с тобой. И не возражай! Или пробьемся вместе, или… – голос Ясены дрогнул, упал до шепота, – или вместе погибнем.

Секунду Павел выдерживал ее возмущенно-воинственный и в то же время умоляющий взгляд, потом потрепал по щеке и поднял отнятый у «дикобраза» лучемет.

– Выстрелю – беги, я за тобой.

Ясена кивнула, пригнулась – сжатая пружина, юная, сильная, грациозная представительница своего племени, и Павел поклялся во что бы то ни стало спасти ее от смерти.

Но стрелять и бежать им не пришлось.

Сквозь шипение летающего креста, треск огненных разрядов и тупое буханье при попадании разрядов в землю послышался вдруг приближающийся тяжелый топот, от которого сотрясалась земля, и тотчас же стрельба сверху прекратилась. Крест остановился, начал было косо подниматься к горизонту, и тут его настигла ярчайшая зеленая молния, мгновенно расплавившая часть центральной трубы. Второй сполох зеленого огня деформировал первую перекладину креста, летающая махина с хриплым стоном пошла вниз, обрушилась на лес всей многотонной массой. Раздался удар, хруст, визг раздираемого металла, неяркая багровая вспышка и взрыв. Ударная волна швырнула обнявшуюся пару о корни-стволы дерева, и все стихло.

– Что это было? – округлила глаза Ясена.

Павел отпустил ее, выбрался из-под массы ветвей и увидел над лесом угрюмую черную фигуру хронорыцаря. Девушка выбралась следом, ойкнула, спряталась за спину безопасника, беззвучно произнесла привычное: «Святой Род!»

Черный всадник на своем гигантском кентавре приблизился, показался между деревьями и направился прямо к стоящему в расслабленной позе Жданову. Остановил кентавра, спрыгнул на землю, увязнув в ней по щиколотку. Горизонтальный его глаз-щель налился красным светом, словно он силился получше рассмотреть человека напротив. Затем раздался гулкий грохочущий голос:

– Павел Жданов?

– Он говорит по-россински! – изумилась сзади Ясена.

– Вы не ошиблись, – поклонился Павел. – А кто вы?

– Тот, кто ждал тебя здесь.

– Эмиссар Тех, Кто Следит?

– Называй их как хочешь. Приказывай. Я, исполнитель воли моих создателей, обязан выполнить все, что ты прикажешь.

– Давно меня ждете?

– Я не понимаю, что такое «давно». Для меня такого понятия не существует.

– Хорошо, не будем выяснять смысл спорных понятий. Ответь на конкретные вопросы. Какова численность «санитаров»… э-э… тех, кто строит Контрствол?

– Живых – около трех сотен, мертвых – более тысячи.

– Мертвых?! – вздрогнула за спиной Павла Ясена.

– Он, наверное, имеет в виду киберов, механических существ, специальные такие машины. А сами «хронохирурги» здесь есть?