Возвращение ковчегов - Дженнифер Броуди

– Носители, выбор за вами, – сказал он, и его Маяк вспыхнул ярко, как солнце. Изображение сделалось нечетким, рассыпалось и погасло.

– Связь окончена, – доложил Ной.

Потрясенный, Дивинус сильно мерцал, Ищунья металась по комнате, а Аэро теребил рукоять фальшиона. Оружие тускнело, его давно следовало подзарядить.

Мысли все быстрее вращались в голове Майры. Ослепленная гневом, она бросилась на Дивинуса. И не будь он проекцией, она несомненно задушила бы его.

– Значит, все – ложь? – прокричала она, плача от злости. – Это место, весь проект «Ковчег» – всё просто ложь?

Аэро схватил ее и попытался оттащить, но она вырвалась.

– В кои-то веки скажите правду! – вопила Майра. – Я ведь знала, что верить вам нельзя!

– Моя дорогая… я знал, что ты не поймешь, – сказал Дивинус. – В молодости я был амбициозен… слишком амбициозен. Пытался познать основы жизни, расколоть ее и разбить на части, попробовать открыть секреты созидания и темной, оборотной стороны – разрушения. Я так увлекся поисками, что не замечал отголосков… пока не стало слишком поздно.

– Значит, это правда! Вы создали оружие Конца, – сказала Майра, в бессильной ярости глядя на его проекцию, понимая, что не может причинить ей вреда. – Драккен говорил правду. Вы просто лжец!

Дивинус понурился.

– Да, это правда. Моя работа привела к созданию оружия Конца, – сдался он и мигнул. – Но ты должна понять: я с ужасом узнал о том, что правительство собрало первую Машину судного дня. Еще сильней я ужаснулся, когда секрет попал в руки других стран и в конце концов террористов. Как никто другой, я понимал, что она в силах разрушить все, что создал человек… всю планету. И остаток жизни я посвятил исправлению этой своей величайшей ошибки.

Майра тяжело опустилась в кресло. Ее будто ударили под дых. Она ведь поверила Дивинусу, поверила в его план, не задавая вопросов: каковы его цели? Зачем он привел их сюда? Теперь-то она понимала, как наивна и беспечна была. Правда оказалась куда сложнее.

– Так вот зачем вы создали Ковчеги? – спросила она, вспоминая рассказы Элианны о жизни до Конца. – Раскаивались?

– В точности так, – ответил Дивинус. – Едва поняв, как мир распорядился моим открытием, и осознав, что Конец и правда может наступить, я целиком посвятил себя созданию Ковчегов и сбору носителей. Но все же я надеялся, что ошибся в предсказаниях. Надеялся, что мы никогда не соберемся здесь, что возобладают благородные инстинкты человечества и Машина судного дня никогда не будет запущена.

– Но ее запустили, – сказала Майра, ощущая горечь во рту. – И вот мы здесь.

– Да, моя дорогая, – виновато мигнув, согласился Дивинус. – Поверь, если бы имелся шанс отменить все, я не колеблясь вернулся бы назад и переиграл события. Отринул бы все награды и почести, признание, гранты, богатство…

– Так не бывает, – сказала Майра. – Прошлого не изменить.

Повисла гнетущая тишина.

Майра задумалась. Положение казалось безвыходным. Никогда еще она не испытывала такого потрясения. Ее сносило потоком путаных мыслей, и она тонула в нем. Майра взглянула на Маяк и вспомнила первую встречу Элианны с профессором Дивинусом, когда тот просил ее стать носителем. Узнав о приближении Конца, она сказала: «Если вы правы, то надежды нет». Тогда Дивинус ответил: «Надежда есть всегда, моя дорогая. Не забывай об этом».

Эти слова эхом звучали у Майры в голове, будто их произнесли вслух. Профессор был прав: надежда – самое мощное оружие человечества. Мощнее Машины судного дня. Исполнившись решимости, Майра ощутила прилив облегчения. После стольких дней, проведенных в безвестности и бездействии, с появлением Четвертого ковчега все для нее стало кристально ясно. Майра оглядела лица собравшихся, ощутила присутствие Ноя – искусственного, но все же сознания – и приняла решение, встав на путь своей судьбы.

– Профессор, теперь пора действовать? – Голос ее звучал твердо и эхом отдавался от стен комнаты.

В бессчетных милях над ними – за толщей камня, за пределами неба и облаков, в усеянной мигающими звездами космической пустоте – летел Четвертый ковчег. С каждой секундой он приближался к Земле.

Дивинус посмотрел Майре в глаза и ответил:

– Да, моя дорогая. Время пришло. И да поможет нам Бог.