Рейдеры - Рустам Максимов

В жизни, оказывается, иногда происходят события, ещё более неприятные, чем пробуждение утром с похмелья. Одно из таких событий – боевая тревога в вечернее время, когда личный состав в меру сыт, в меру пьян, расслаблен и вообще полностью доволен жизнью. Если бы мне предложили выбор между такой тревогой и утром, которое по определению не бывает добрым, я бы не задумываясь выбирал последнее. Да, хоть три-четыре недобрых утра подряд, лишь бы не мчаться через чужой лес на ночь глядя. Впрочем, обо всём по порядку.

Заключив с армянскими товарищами военно-экономический союз, мы пришли к единому мнению – следующие международные встречи, как и первую, надо проводить на природе, с выпивкой и фуршетом. Можно – и даже нужно – с кордебалетом, танцовщицами у шеста, дабы, обсуждая серьёзные темы, любоваться на разные там женские прелести. Иначе подобный саммит будет походить на примитивную пьянку на берегу моря – скучное и малоприятное, доложу я вам, мероприятие.

После того как гости улетели, покачав на прощание крылышками гидросамолёта, мы ещё немного обсудили текучку, затем разъехались каждый по своим делам. Ван Клейст отправился в Замятино, куда наёмники решили перебазировать свой драгоценный радар, а мы – домой, на базу, чтобы поделиться новостями с товарищами. С Еремеевым, со Стрелковым – вкратце, по радио – с нашими ненаглядными женщинами, число которых как-то само собой росло и росло. Сие, впрочем, неудивительно: парни у меня видные и знатные, заработавшие определённую репутацию, вот и липнет «слабый пол» к ним. Женщины, как известно, всегда липнут к тем, у кого в руках сила и власть, кто выбился на вершину социальной пирамиды.

Примерно в половине шестого вечера на связь неожиданно вышел наш борисовский гарнизон, точнее, наблюдательный пункт, расположенный в этом кластере. Так уж получилось, что Никитин и его команда не спешили переселять в Борисовку беженцев с верховий Амазонки, предпочитая уплотнять Замятино и само Данилово. Мы, в принципе, понимали, что Василий просто не желает рисковать людьми, пока не ликвидирована угроза в виде группировки «Боко Харам», и не лезли в чужой огород со своими советами и рекомендациями.

Так же, как и прежде, в Борисовке доживали свой век три старушки, относительно недавно схоронившие свою подругу. Как и прежде, разбросанная по большой площади деревня больше походила на посёлок-призрак, чем на обитаемый населённый пункт. Единственное изменение, которое произошло в Борисовке с момента нашего последнего посещения анклава – заселение семьи Третьяковых в одну из бесхозных хат.

Третьяковы поселились недалеко от дома Авдотьи Степановны и, судя по всему, в обозримом будущем не собирались переселяться в Данилово или Замятино. На что рассчитывал Виктор Матвеевич в случае нападения исламистов, либо ещё кого, к примеру, здешних хищников – для нас оставалось загадкой. Как показывала практика, с одним ружьём и одним «укоротом» в чужом мире много не навоюешь. Либо тебя застрелят, либо схарчат в прямом смысле этого слова.

Учитывая тыловое расположение Борисовки, наёмники смогли выделить в данный кластер всего пять бойцов, трое из которых числились в списке легкораненых, точнее, выздоравливающих. К этой пятёрке «солдат» удачи прибавилось двое даниловских ополченцев и один парнишка из отряда Стрелкова. Николаич, как позднее выяснилось, не взял бывшего студента в рейд по причине больного сердца, что ли, но дал парню хорошую характеристику, и того без разговоров приняли в ополчение. Если здоровье не мешает человеку метко стрелять, обозревать окрестности, то нечего таким кадрам прохлаждаться в тылу. Тем более что студент и английский знает, и в технике, в электронике всякой там шарит – вон, «на ты» с современной рацией, с ПНВ, не то что пятидесятилетние местные дядечки.

Гарнизоном командовал опытный вояка, сержант Луонго, наполовину португалец, наполовину чёрт знает кто, сломавший левую руку в первый же день после катаклизма. Неудачно упал, уворачиваясь от огромной нелетающей птицы, зато успел оттолкнуть своего товарища и тем самым спас того от массивного клюва монстра. Луонго отлично понимал, что в случае неприятностей его группа из восьми человек не способна удержать за собой анклав, поэтому подыскал такое место базирования, чтобы была возможность быстро свалить прямиком в Данилово.

Маленький гарнизон расположился в одном из заброшенных домов, что стоял на склоне холма, километрах в четырёх от южного края кластера. Дом, можно сказать, стоял прямо на опушке большой сосновой рощи, что раскинулась на холме, метрах в сорока от хозпостроек. Сосновая роща плавно переходила в густой смешанный лес, тянувшийся почти на три километра к юго-западу. Далее земной лес соприкасался с чужим ландшафтом, и лично я не рискнул бы соваться в те буераки даже на танке.

Сержант оценил столь щедрый подарок природы и выжал из рельефа местности по максимуму: пустив на доски ветхий сарай, гарнизон оборудовал на верхушках сосен парочку хорошо замаскированных наблюдательных площадок. В результате бойцы Луонго получили возможность визуально контролировать окрестности на два-четыре километра примерно на триста градусов вокруг своих позиций. Кроме того, «солдаты удачи» настроили в окрестном лесу некоторое количество разнообразных ловушек, рассчитанных больше на четвероногих хищников, чем на человека. Имевшийся у отряда транспорт – экранированный «буффель» и старенький «лэндровер» – маскировался с особой тщательностью, так, чтобы машины невозможно было рассмотреть и опознать даже с дистанции в сотню метров.