Цитадель - Марго Генер

– Чего проверить? – не понял человек и скривился, прикоснувшись пальцем к ране на боку.

Ворг раздраженно клацнул зубами.

– Талисман проверить, – гаркнул он и, опустившись на четыре конечности, помчался к эльфийке.

Каонэль справилась со скелетом – разрубила на четыре неравные части, и теперь те валялись по отдельности на камнях. Но подоспели еще двое, и серая вертелась, как юла, отбивая атаки призрачных тварей. У одного вместо кисти кривая сабля, и орудует он ею очень виртуозно. Только благодаря эльфийской ловкости призрачный клинок со звоном ударяется о камни, а не о ее голову.

Каонэль подскакивает, зависает в воздухе, словно скопа, обрушивая точные удары на головы скелетов. Но те умудряются вовремя исчезнуть и возникнуть уже в другом месте.

Подгадав момент, эльфийка сделала вид, что не заметила, как они оказались по бокам. Твари с хрипами ринулись к ней, надеясь взять в капкан. Когда оказались в шаге, эльфийка резко развернулась лицом к одному. Правая рука с мечом метнулась вперед и рассекла скелета надвое. Серая тут же упала на колено и пропустила клинок под мышкой. Она с нажимом довернулась – второй скелет тоже рассыпался на половинки.

Каонэль вскочила и завертела головой. В глазах чистая злость, на лице зеленые подтеки. Антрацитовый клинок поднят, готовый в любую секунду пронзать и рубить.

В тумане видно, как мелькают магические всполохи мелкинда, слышно, как в ярости орет Страг, кидаясь на призраков. От одного его крика можно поседеть и отдать душу богам, но призраки уже мертвые, поэтому одного устрашения мало. Среди зеленого тумана мечется еще более зеленое пятно гоблина. Не понятно, что делает, но после него скелеты падают и ползут. Слышны гул каменного тролля, хруст костей, вопли гарпии. Шум и крики остальных хранителей смешались со звоном оружия и топотом ног и лап.

Рядом хрустнуло, уши Каонэль прижались. Она резко обернулась и замахнулась клинком. Перед ней застыл ворг, в одной лапе голова скелета, в другой – его туловище. Он оттолкнул призрачное тело, а голову швырнул куда-то в темноту.

Эльфийка опустила антрацитовый клинок и выдохнула. Харя ворга оскалена и почему-то довольная.

– Проверяем осколок, остроухая, – прорычал Лотер.

– С чего ты взял, что он уже готов? – спросила Каонэль, откидывая запутанный локон со лба.

– Ну, нас-то он воскресил, – пожал плечами ворг.

Эльфийка глянула на сражение и коснулась пальцами складки на корсете, которую пришлось утянуть из-за вторжения Теонарда.

– Разумно, – согласилась она. – Это, наверное, те необычные свойства, о которых говорил чародей. Вроде когда осколки вместе, то защищают своих обладателей.

– Надо же, – удивился Лотер, – не обманул чародей.

Эльфийка буркнула:

– Самой не верится. Только не называй меня остроухой.

– Это разве не правда? – не понял ворг и сунул ладонь в карман.

– Какая разница? Не называй, и все.

– Ладно, потом разберемся, – прорычал ворг и, развернувшись к Теонарду, помахал.

Тот ждал сигнала, стоя лицом к туману со вскинутым арбалетом. Он не слишком эффективен против призраков, но уверенности придает. Когда Лотер дал знак, человек заорал что есть силы:

– Построить Цитадель!

В тумане вместе со звоном и ревом битвы послышались возгласы и шепот. Хранители наперебой принялись изъявлять желание, одновременно продолжая биться с тварями.

Ворг, человек и эльфийка прислушались, пытаясь обнаружить какие-то изменения. Сражение продолжает кипеть, призраки клубились вместе с туманом, время от времени вылетая на чистые участки. Море шелестело, ветер дул, Цитадель не появлялась.

– Проклятье леших! – выругалась Каонэль. – Еще не готов. Наверное, охрана обладателей не зависит от мощности Талисмана.

– Это что значит? – спросил ворг и оглянулся на Теонарда. Тот растерянно развел руками и покачал головой, мол, я тут ни при чем.

Взгляд эльфийки стал отрешенным, на идеальном личике отразилась глубокая задумчивость, что вообще плохо сочетается с красотой. Она несколько секунд терла лоб, пока ворг отрывал головы скелетам, которые случайно оказывались поблизости.

Когда он разодрал очередного призрака и раскидал останки в разные стороны, эльфийка проговорила, бегая глазами:

– Кажется, я поняла. Талисман не может зарядиться до конца, пока защищает нас от магических тварей. Или может, но ему надо больше времени. А у нас его нет. Идея Теонарда с противомагическими камнями хорошая, хоть и воплотил он ее очень по-человечески.

– Хорошо, что он этого не слышит, – буркнул Лотер, но эльфийка не обратила внимания.

– Или это не его идея? – проговорила она, хмуря лоб. – Ладно, не важно. Надо всем спрятаться за этими камнями и оттуда попытаться возвести Цитадель.

Ворг посмотрел на нее, как на говорящего единорога.

– С каких пор ты научилась думать? – спросил он хрипло.

– Я всегда умела, – отозвалась Каонэль.

Лотер бросился в туман на поиски тролля. Им одним не справиться с камнями, а для создания барьера в нужном порядке тем более не расставить. Каонэль осталась на месте и глянула на Теонарда, который стоял в боевой позе и время от времени посылал в туман стрелы. Тот заметил и в ответ покосился на серую.

– Что? Боишься в сердце битвы лезть? – проорал он.

Каонэль скривилась и дернула ушами.

– Место эльфиек не в гуще сражений, – елейным голосом пропела она.

Теонард кивнул, лицо стало наигранно задумчивым.

– Точно. Я забыл. Эльфийки должны стоять у кровати с опахалом. Кормить с рук, желательно меня, а не кого-то другого. Что там еще было? Массаж ног? Ну да, массаж. И всячески ублажать. На то они и эльфийки, чтобы…

Он не договорил, потому, что Каонэль метнула в его сторону антрацитовый клинок. Меч просвистел в воздухе, Теонард отшатнулся. По камням с тихим стуком покатилась голова скелета, зеленое тело рухнуло в шаге от человека. Клинок сделал еще два оборота и воткнулся в щель между камней.

Теонард вытаращился на труп и запоздало вскинул арбалет. Эльфийка улыбнулась так, словно собирается на королевский бал. Пока человек разглядывал призрачные останки, она приблизилась и аккуратно вытащила меч из расщелины.

Восхищенно выдохнув, Теонард сказал:

– Ты ж в меня могла попасть.

– Могла, – согласилась эльфийка. – Очень могла.

Он поднял на нее глаза и нехотя произнес:

– Спасибо.

Каонэль заулыбалась еще лучезарней.

– Мы оба знаем, что я спасала, – проговорила она.

Теонард хмыкнул и отвернулся.

Битва в самом разгаре, но призрачное полчище уменьшилось, и зеленоватые скелеты стали реже выскакивать из тумана. Человеку в полумраке не видно, зато эльфийка с ночным зрением все различает, особенно, когда кто-то вылезает за пределы тумана. Дымка тоже стала меньше, к тому же мелкинд создал несколько огоньков. Теперь и без того зеленое облако подсвечено призрачным светом.