Цитадель - Марго Генер

– Добивай! – приказал огнетролль и взмахнул рукой.

Столбик с огненным глазом моргнул, из него вылетела очередная порция света и заставила Теонарда гореть, как сухой мох.

Селина судорожно дергала головой, переводя взгляд с человека на огнетроллей, затем на каменного гиганта и обратно. Ее они пока не заметили, хотя из-за сверкающей чешуи ее должно быть видно за лигу. Только спустя пару секунд она поняла, что полностью окутана туманом.

На чешуйчатой коже скопилась влага и маленькими каплями катилась вниз. Позади в воде что-то хлюпало, медленно, но верно приближаясь к берегу.

Боясь лишний раз обернуться, ихтионка дрожащими руками вытащила трезубец из ножен и застыла в нерешительности. Впереди – Теонард, готовый швырять в каменного тролля огненные шары, пока тот не расплавится. Позади в воде неизменно нарастает жуткое хлюпанье. Золотые коконы над плато продолжают неподвижно висеть в воздухе с хранителями внутри.

– Что делать? – закричала ихтионка, выдавая себя.

Огненные тролли подняли на нее глаза. Главный демон сжался еще немного и выплюнул сгусток лавы.

– Доставить ее сюда! – проорал он. – Живой!

Прислужники взревели и бросились к ихтионке, оставляя в камне глубокие дыры. Из-за повышения влажности они стали не так расторопны, и у Селины оказалось несколько секунд, чтобы подумать.

Теонард выпустил в каменного собрата еще один огненный шар, тот снова качнулся, не успев увернуться, и прогудел, обернувшись к Селине:

– Тотем! Уничтожь тотем!

– Тотем? – не поняла ихтионка и быстро завертела головой. – Что такое тотем?

Сзади тревожно хлюпнуло, но морская дева не решилась двигаться, чтобы не потерять равновесие, добытое с таким трудом. Ее взгляд забегал по плато и остановился на столбике за спиной у огнетролля.

Прислужники почти достигли края обрыва. Когда один из них потянулся раскаленной рукой к ихтионке, она отшатнулась от жара и направила трезубец в каменный столбик.

С концов сорвались синие стрелы, в пропахшем гарью воздухе запахло озоном. Стрелы с треском ударились в тотем, огненный тролль отчаянно вскрикнул и развернулся к нему.

– Что вы наделали! – проорал он.

Прислужники остановились и разом обернулись к главному. На каменном столбике образовалась крошечная трещина. Затем раздался хруст, похожий на тот, какой бывает при появлении цыпленка из яйца. Трещина увеличилась и поползла вниз, пуская ответвления в стороны. Внутри показалось сияние, трещины все множились, растягивая столбик в стороны.

Огнетролль кинулся к нему и принялся сжимать, чтобы отсрочить неизбежное.

– Проклятые блохи! – ревел он, как раненый медведь. – Вождь не простит вам этого! Не простит!

Из трещин с бульканьем потекла лава, заливая каменные пальцы демона. Он пытался удержать кусочки, но они по одному начали отпадать. Демон застонал.

В эту секунду тотем озарился вспышкой и разлетелся на куски, с шелестом осыпаясь на камни. Раздался отчаянный вой огнетролля, он упал на колени, прикрывая каменную голову руками.

Прислужники застыли в нерешительности, глядя то на главного, то друг на друга. Им потребовалось несколько минут, чтобы понять: предводитель неподвижен слишком долго. Когда наконец дошло, их ноги намертво приросли к плато, стопы потемнели, и чернота поползла вверх.

Они молча наблюдали, как она поглощает колени, живот, грудь. Огненные прислужники обратились в камень, так и оставшись с опущенными головами.

На плато сразу потемнело. Лишь сияющие коконы разгоняют темноту и пугающую сырость с моря. Они все еще висят в воздухе, но Теонард свалился – лежит, раскинув руки и ноги.

Селина попыталась сделать шаг, но колени не выдержали, она упала, больно стукнувшись бедром.

– Теонард! Подойди к Теонарду! – закричала она каменному собрату, который стойко выдержал огненные атаки. – Проверь, может, он жив?

Тролль повернул к ней голову, похожую на валун, и проговорил:

– Я не могу. Я каменный.

– И что?

– Не почувствую сердцебиения.

Селина простонала, пытаясь приподняться. Но неприспособленным ногам на сегодня тренировок хватило, и они снова отказались слушаться.

– Тогда помоги мне, – взмолилась она, с тревогой оглядываясь на выползающий из-за обрыва туман. – В воде что-то есть. Наверное, скопление осколков опять сыграло злую шутку.

Тролль развернулся и широкими шагами приблизился к ихтионке. Его ладонь опустилась прямо перед ней, Селина привычным движением ухватилась за большой палец и ввалилась в ладонь. Усевшись в ней, как в гнезде, она смотрела на золотистые коконы хранителей, мимо которых ее понес тролль.

Туман над водой стал плотнее. В золотистом свете коконов он выглядит не таким зловещим, но звуки, которые доносятся из воды, заставляют чешую вставать дыбом, как у рыбы-ежа.

Подойдя к человеку, тролль осторожно опустил руку с ихтионкой. Та свесилась и посмотрела на Теонарда. Лицо человека бледное, глаза закрыты, вероятно, больше не светятся адским пламенем, иначе пропалил бы веки. Карман на груди подсвечивается золотистым, но в кокон укутываться не торопится.

Селина прикоснулась пальцами к шее и улыбнулась.

– Живой, – проговорила она.

– Только всех порешил, – прогудел тролль, кивая на остальных.

Ихтионка и каменный гигант оглянулись, Селина печально вздохнула, по белой щеке скатилась крупная капля.

В этот момент коконы в воздухе одновременно запульсировали, ихтионка испуганно прижалась спиной к большому пальцу тролля.

– Что происходит? – пропищала она.

Гигант молча пожал плечами. Свет вокруг хранителей стал ярче, затем вспыхнул и стал медленно впитываться в тела. Он проникал сквозь одежду, словно той вообще нет. Через несколько минут коконы полностью перешли в хранителей и плато погрузилось во мрак.

Когда исчезли источники света, самым ярким осталось небо, усыпанное сотнями звезд. Их так много, словно кто-то просыпал муку на черном бархате. Лес чернеет полосой с неровными краями, где-то в стороне хлюпанье и шелест воды. Тумана не видно, но на коже остаются мельчайшие капельки.

Темные силуэты хранителей медленно опустились. Селина во все глаза пыталась разглядеть хоть что-нибудь, но вокруг лишь темнота. Она еще сильней вжалась в ладонь тролля. Тот поднялся вместе с ней, давая хоть какое-то ощущение безопасности.

Снизу донесся хриплый голос Теонарда:

– Какого черта меня так рано подняли? Мы не в походе. Идите работать, уже пора собирать рожь с полей. Убирайтесь. Оставьте меня и дайте выспаться.

Повисла тишина, нарушаемая лишь хлюпаньем. Затем человек резко вскочил и закрутил в темноте головой.

– Где они? – выдохнул он. – Огненные твари!