Братство: Опалённый - Алексей Рудаков

— Разрешите, сэр? — Не выдержавший первым эту галиматью, Мрак, вскочив со своего кресла главного артиллериста, подошёл к Сэму, задумчиво стоявшему около правого иллюминатора рубки: — Один выстрел, сэр? Прошу! Ну сил нет терпеть!

— Ага, а снаряды нам кто? Святой дух приносит? — Ворчливо осведомился Шнек, крутанувшись в сторону Люциуса на своём адмиральском троне: — Сэм? Парень прав — достали все эти благоверные и благонравные. Тьфу! Я рейдер подгоню — факелом пыхнем и всё. Ну?

— Всё бы тебе пыхать, — усмехнулся стоявший у окна: — Не нравится — звук отруби и не парься. Чего ломать-то? Мне вот они, — он кивнул куда-то в пространство за бортом: — Не мешают.

— Ну тебе — понятно. Ты сам из этих был. А нам какого?

— И вообще, Шнек? Что за расточительный подход? К нашей собственности?

— Эээ… К чему?

— К потенциально нашей. Я понимаю, ты бы предложил его спереть — подогнать рейдер и в трюм. Мол — пригодится в хозяйстве, а ты? Точнее — вы оба? Один расстрелять хочет, ну да — унитаров у нас море, другой — сжечь за так…

— Ааа… Упереть? — Погрустневший было адмирал — выслушивать разносы, пусть даже в таком, шутливом виде, он не любил, встрепенулся и, победно покосившись на оставшегося без работы артиллериста, потянулся к микрофону: — Берём? Мои парни мигом ему ноги приделают.

— На обратном пути. Чего сейчас шум поднимать?

— Ну на обратном, так на обратном, — без особого энтузиазма согласился Шнек: — Но точно на обратном? Не забудешь? Ты разрешил, если что. При всех.

— Да, подтверждаю, — кивнул Сэм: — На обратном — грузи.

— А может, всё же сейчас? Чтобы тревогу не подняли? Ну — когда мы их того, ну… А?

— На обратном, — вновь отворачиваясь к иллюминатору, бросил он адмиралу: — А ты, Мрак, — отыскивая взглядом что-то несомненно для него важное по ту сторону бронестекла, проговорил Сэм: — Иди к Жбану. Лоции старые проверьте — может там склад какой со снарядами есть. Нам бы пригодилось.

— Склад? Здесь? Если только портянок, — буркнул себе под нос парень, направляясь в отдельную выгородку, отделявшую общее рабочее пространство рубки от штурманского закутка, где Жбан, изрядно располневший за последние года, полусидел-полулежал на изготовленном для него Дедом, ложе, сочетая приятное с полезным. В данный момент толстяк поглощал пончики, одновременно посыпая разложенную перед собой карту, тонким слоем сахарной пудры.

— Держи, — протянул он всё ещё брюзжащему артиллеристу тарелку со своим любимым лакомством: — Опять наш святой обидел? Ааа… Не отвечай, я слышал. Ты вот — сладенького возьми, для мозга полезно.

— А не рыба? Фосфор там и всё такое?

— И рыба тоже, — поняв, что брать угощение Мрак не собирается, Жбан, поставив тарелку на небольшой, стоявший подле столик, вытер руки полотенцем, лежавшим рядом с ним: — Про фосфор я знаю — всё прошу Снека нашего мне рыбу в сахаре, ну — как леденец, понимаешь? Вот…

— Не делает?

— Нет, — вздохнул толстяк: — Ругается только. Вот, кстати, может Сэма напрячь? Он же коком начинал. Как думаешь, сделает?

— Ну, если ты попросишь — тебе, может, и сделает. А для меня… Эххх… Ему и снаряда жалко.

— Ты не прав, — окидывая взором ряды полок, заполненных лоциями ещё Имперского выпуска — толстенными томами с золотым тиснением по корешкам, пробормотал штурман: — Сэм, он мужик серьёзный. А твои — когда мы корветы брали, твои тогда треть боезапаса сожгли…

— Так попадали же! Процент промахов — минимален был!

— Не горячись, — подняв руку, он указал на один из талмудов: — Вот этот, давай сюда. Сейчас посмотрим — может в этой дыре и вправду что-то ценное есть, а? И ждёт нас на поверхности опечатанный склад с орудиями и снарядами?

— Мечтать не вредно, — подавая ему книгу, криво улыбнулся Мрак: — Нет там ничего — дыра дырой.

— Вот и проверим… — Промурлыкал себе под нос Жбан, принимаясь листать страницы: — Вот и проверим…

Плавно снявшись со своих мест, звёзды потянулись к краю иллюминатора и Сэм, так и не нашедший среди них искомое, отвернулся от иллюминатора.

— Будем на орбите второй планеты, она тут единственная обитаемая, через пол часа, — доложил Шнек, краем глаза присматривавший за ним — всё ж начальник как ни крути.

— Ага. Принято. Я пока новости посмотрю, — кивнул ему Люциус, поднимаясь по ступенькам на подиум своего кресла.

— Эээ… Сэм… А как ты думаешь, ну там, на планете, сопротивление будет? — с явно фальшивым интересом в голосе окликнул его адмирал: — Может тебе к Самсонову зайти? Да! Точно — заодно и разомнёшься.

— Да какое там сопротивление, — махнул рукой в ответ Люциус, поворачивая к себе кресло: — Кому там сопротивляться? Полицаям что ли местным?

— Вот и проверь — не разжирели ли наши парни. И сам прогуляешься.

— Они же только вот корвет брали?! Ты чего, Шнек?! — потянулся он к планшету.

— И к Жбану зайти надо, — продолжал гнуть свою линию адмирал: — Ему Снек пончиков наделал — я один съел — вкуснотища! Ммм… — закатил он глаза: — Ты б сходил, а то Мрак там, а он пожрать любит — останешься без сладкого.

— Ты же знаешь — я сладкое… — Начал было Сэм, но так и не договорив, смолк, пристально глядя на своего бывшего старпома: — Шнек?

— А? Чего, Сэм?

— Шнек?! Колись — чего натворил?

— Я?! Ты о чём?! — изумлённо округлив глаза он покачал головой: — Чего ты, Сэм?

— Адмирал Шнек!

— Я, сэр! — Вытянулся он по стойке смирно и даже продержался в этом положении секунд пять, пока Сэм, вопросительно изогнув бровь барабанил пальцами по подлокотнику, ожидая его ответа. Поняв, что Шнек, уже перетёкший в положение «вольно» ничего говорить не собирается, он сам нарушил тишину: — Колись. Чего натворил?

— Да ничего, — посмотрел мимо него тот: — Я просто так… И, кстати, в новостях ничего интересного — одна реклама. Я уже смотрел.

— Так… — Не став включать планшет, Сэм сунул его назад — в держатели на подлокотнике: — Спёр?!

— Ну спёр! — Сложив руки на груди, он, с вызовом, посмотрел на продолжавшего барабанить пальцами по подлокотнику, Люциусу: — Ты же сам разрешил!

— На обратном пути!

— Ты бы забыл, я был бы занят, да мало ли что могло бы произойти! А так — лежит себе в трюме, никому не мешает. Вот на орбиту выйдем — к себе перекинем.

— Знаешь, Шнек, — перестав отбивать на подлокотнике ритм какой-то мелодии, Сэм, усталым жестом, потёр лицо: — В вас, дорогие мой, меня раздражают две вещи. Первое — когда меня дёргают по каждому поводу, чтобы согласовать со мной всякую мелочь, и второе — когда не согласовывают, а делают. Ты хоть понимаешь, что сейчас вся система вне сети? Какой вой поднимется?!

— Фигня. — пожал плечами в ответ адмирал: — Спутник мог сдохнуть, случайный камушек мог прилететь… Да мало ли что?!