Консультант - Александра Торн

- Отлично, – Натан миновал стражу и постучался в двери. Ему открыл один из сыновей шейха Уссема и тут же с поклоном пропустил внутрь.

- Наш договор готов! – тут же объявил Анир, выныривая из стога документов. – Содержание его известно только нам: я диктовал, Илса записывала, мой дядя слушал.

“Многовато для тайного пакта”, – подумал Бреннон, но что поделаешь. Он взял свиток, который ему протянул Аль-Мунзир, и стал читать.

Вероятно, прежний эмир Улудж позаботился о том, чтобы все его сыновья получили полезное в делах правления образование – договор, который Анир надиктовал своей жене, был безупречен с юридической точки зрения, и в случае, если по недосмотру станет достоянием общественности, оставлял обеим сторонам простор для ловких маневров. В целом же, его содержание Бреннона более чем устроило, и с приятной мыслью о том, что такие же документы сейчас его доверенные лица выманивают у элаима в Ас-Калионе и министра Эсмераны, он взял перо и подписал. Затем то же самое сделали Анир и его дядя.

- Намерены ли вы присутствовать при допросах Аль-Сухрана и Меннада? – спросил Уссем.

- Думаю, да.

- А как же ваш секретарь? – удивился эмир. – Я думал, вы уже собираетесь ехать.

- Мне бы очень хотелось, ваше величество, но я не могу уехать, пока не обеспечу полную вашу безопасность. Мы обезвредили бартолемитов сейчас, но кто знает, когда они захотят повторить. Поэтому я полагаю, что нам стоить обсудить те меры защиты, которые вы сочтете уместными.

Бреннон поставил на стол чемоданчик, который ему переправил Двайер из базы Бюро в Эсмеране, и открыл. Молодой эмир, шейх и его сыновья с интересом уставились на предметы внутри.

- Эти амулеты обнаруживают магию, вот эти – защищают сознание от воздействия, а эти – служат щитом от чар и заклинаний. Мы можем раздать их тем из стражников, кому вы доверяете и у кого достаточно крепкие нервы. Вам тоже стоит взять себе по набору.

- О, надо же, они еще и красивые! – с детским восторгом воскликнул Анир. – Илсе понравится!

- Кроме того, я вызову сюда агентов Бюро, чтобы они несли охрану. Если у вас ест минутка, можем обсудить кандидатуры и рамки их полномочий.

- А собака? – вдруг спросил Аль-Мунзир. – У вас есть еще один такой пес? Или щенки? Я бы приобрел нескольких, для Илсы, детей и дяде в подарок.

Кусач польщенно замел хвостом по полу.

- Увы, ваше величество, этот песик есть в единственном экземпляре. Но уверяю вас, двуногие и говорящие агенты Бюро ничуть не хуже.

Замок Шинберн, горная цепь Рундар

Вокруг него мерцала сеть из звезд и знаков. Она сплеталась в многослойный кокон – а за ним была вовсе не тьма, как показалось Элио на миг, когда он очнулся, а бездна, наполненная мириадами смутных образов в серой дымке. Сознание Магелот было бесконечно – сознание существа, древнего, как ночь, а может и еще древнее.

Элио коснулся сети Намиры, которая бережно укрыла его от нечисти. Золотые нити, звезды и знаки отозвались мелодичным звоном – но он больше не причинял юноше боли. Ему уже ничто не причинило бы боли – потому что его тело осталось где-то там, далеко, в мире, который Элио уже никогда не увидит.

Последнее отчетливое воспоминание, оставшееся у него перед тем, как все померкло – колючие из-за усов и бороды поцелуи Мальтрезе в шею и треск одежды. Элио вздрогнул от отвращения. Но потом не было ничего – однако как долго? Сколько времени прошло там, в реальности? Может, уже годы или даже столетия...

“Нет, тогда бы сеть уже рассеялась, – решил юноша. – Чары ведь должно что-то поддерживать...” – и тут же в растерянности задумался: а что поддерживало сеть Намиры все то время, пока он находился в своем теле? Он сначала считал, что сеть питается от его сил, но если учесть, какой натиск могучей нежити она выдерживала – то он бы умер от истощения. Значит, древнее джилахское заклятие работало как-то иначе. Проклятие, ну почему он не успел дочитать книгу бен Алона до этого места!

В любом случае, у него был только один способ выяснить, что происходит снаружи; и хотя Элио сжался от страха, он все равно позвал:

“Магелот! Ты здесь?”

Серая дымка вокруг всколыхнулась, из нее сплелся дымный хвост, скользнул по клетке из знаков, и тут же раздалось сначала свирепое шипение, а потом голос:

“Что за тупой вопрос! Конечно, я здесь! Где мне еще быть, по-твоему?”

“Но ты еще в моем теле?”

“Да, – раздраженно ответила Королева. – Заклятие привязало меня к кольцу, а кольцо – к тебе. Очень неудобно! Как вы, людишки, живете в таких жалких вместилищах?”

“Ничего, со временем привыкаем, – буркнул Элио. – Но если тебе так неудобно, можем поменяться обратно”.

“Еще чего!”

Романте вздохнул. Ладно, попытаться стоило.

“Почему я ничего не вижу? Ты видела моими глазами и слышала моими ушами”.

“А на что ты хочешь посмотреть? Тут ничего не поменялось. Разве что добычи стало поменьше”.

Элио замер. Воспоминание снова коснулось его, как раскаленный уголь, и он вскрикнул:

“Ты убила его?!”

“Не думай, что я не хотела, – уверила его Магелот, – но тип оказался скользким, как это твое мыло, которым ты натирался каждый день. Стыдно сказать, он улизнул от меня в окно, а все потому, что ваши человеческие тела не годятся для охоты! Ну да ничего, там были еще другие людишки – штук восемь. Вполне сытные оказались”.

“А... Габриэль?”

“Это который?”

“Светловолосый юноша, ты его видела, когда он приходил ко мне вместе с Мальтрезе”.

“А, он! Вкусный! Но я его оставила. Он тебе чем-то нравится, так что пусть пока поживет”.

“Интересно, зачем она его оставила?” – подумал Элио. Неужели у Королевы были на него какие-то планы? Но какие? Или она попросту хотела шантажировать джилаха жизнью Габриэля? А зачем могущественной твари с той стороны какая-то жалкая человеческая жизнь?

И тут в сознании юноши, как молния, сверкнуло воспоминание: Магелот очень обеспокоилась, почти испугалась, когда он сказал ей, что может умереть! А что, если дело в этом? Что, если с нечистью произойдет нечто пугающее даже для нее, если носитель умрет?

Но ведь все говорили ему, что именно смерть носителя освободит нечисть! Неужели все они – и джентльмены, и бен Алон, и