Старатель - Влад Лей

Рико уселся на место второго пилота, Юджин за «штурвал».

Несколько минут стояла неловкая тишина.

— Спасибо, что спас, — наконец, сказал Рико.

— Отработаете, — хмыкнул Юджин, — мне из-за вас корабль потрепали.

— Отработаем, чего уж… А куда, кстати, летим?

— А хрен теперь знает, — пожал плечами Борода, — так-то, я направлялся к «Винтерс-Трейдхаб», должен был туда груз доставить. Но теперь…

— Как ты груз профукать умудрился?

— Да контейнер на соплях к кораблю прикрепили, а как ракета бухнула, все и разлетелось к черту. Плюс еще я начал яхты гонять, и совершенно забыл о буксире. Точнее, вообще не думал, что он нагло уведет груз. Представляешь, сколько буксиру на разгон и прыжок надо?

— И как он тогда ушел?

— Да хрен знает…а хотя…у этих сволочей где-то имеется навигационный маяк, вот на него и прыгали. Там ведь особо и просчитывать ничего не надо…

— М-да, дела…

— А ты что делать собираешься?

— Не знаю, — пожал плечами Рико, — Хороняка без корабля…надо нового работодателя искать…

— Ха! Кто тебя возьмет? Кому ты нужен?

— Ну, вон, Хороняке нужен был, и ничего, нормально работали. Или думаешь, кроме вас двоих больше старателей нет?

— Есть, но тебя никто не наймет.

— Почему это?

— Так ты неудачи приносишь!

— Да почему?!

— Ну, вон, я с тобой связался — одни неприятности пошли. Хороняка и вовсе корабль потерял.

— Вообще-то ты связался со мной и решил свои проблемы — корабль починил, оборудование взял и задание выполнил. Хорошо, кстати, поднял за тот груз?

— Какой?

— Который спер у «Мэн-Тела»?

— Хреново.

— А чего так?

— Не заплатил заказчик полную сумму, и не заплатит уже.

— Почему?

— Часть продал в «Норе», а часть заставил тащить на «Винтерс». Да только груз я потерял из-за вас с Хоронякой, так что да, только ты нарисовываешься — начинаются проблемы.

— Знаешь что, Борода? Пошел ты в жопу!

— Ну а что, так и есть.

— Если бы ты не пытался меня надуть — все могло бы пойти иначе. И если бы ты честно поделился добычей, то, вполне возможно, Хороняка бы еще не вылетел — он бы банально не успел починить «Судьбу», и груз бы в таком случае ты не потерял. Так что приношу неудачи не я, а твоя жадность!

— Чего?

— Жлоб ты конченый, вот чего! Хотя сейчас, когда ты помог мне и Хороняке, может, будет тебе лишний плюсик в карму. Глядишь, и проблемы как-то разрулятся.

— Да как они разрулятся? — хмыкнул Борода. — Я в глубокой жопе. И был, и остаюсь. Как из нее вылезти — вообще не представляю.

На мостике вновь наступила тишина.

— Да ладно тебе, не дуйся, — проворчал Борода. — Ну, сам видишь, как все складывается.

— Вижу, но я здесь ни при чем, сказал же.

— Ну, может и ни при чем. Может, и вовсе Хороняка причина бед — он всегда был невезучим. Ну, короче, хрен его знает…

— Вот и все тогда.

* * *

На следующий день Юджин погнал и Рико, и похмельного Хороняку чинить электромагистраль, которую повредило близкими взрывами ракет.

Он привел их на техническую палубу, в отсек, где стояла установка жизнеобеспечения, и, кивнув на погнутый короб, под которым прятались кабеля, заявил:

— Ну, все, за работу! Отрабатывайте спасение.

— Легко! — воскликнул Хороняка.

Когда Юджин ушел, Рико огляделся и спросил у старшего товарища:

— И что делать будем?

— Ну как…для начала надо найти буксир, который дотянет нашу развалину на станцию, затем продам все, что там еще живое осталось. Глядишь, на что-то способное летать хватит… А дальше буду думать. Но извини, парень, сам понимаешь, доходы будут никакие. Так что я не обижусь, если будешь искать себе нового нанимателя. Я, считай, банкрот…

— Да я не о том! С этим как раз все понятно, и какие могут быть претензии!

— А о чем тогда?

— О том, что здесь делать будем? Надо ведь магистраль чинить…

— А! Да забей!

— В каком смысле?

— В прямом. Сиди себе спокойно да расслабляйся.

— Как так?

— А вот так! — с этими словами Хороняка извлек из внутреннего кармана свою неизменную флягу и отхлебнул из нее.

— Когда ж у тебя уже пойло закончится? ‒ со вздохом спросил Рико.

— Никогда, иначе подохну. Считай, это топливо! — с усмешкой ответил старик, пряча флягу назад во внутренний карман своих одежек.

— Так что значит «расслабляйся»? Борода ведь нас тут загнобит, когда увидит, что мы ничего не делали.

— Да открой ты короб, залей все из пистолета изолятором, и все! Делов-то… Как сейчас вообще можно менять участок магистрали? Нужно корабль обесточить.

Рико так и поступил. Закончив, он скептически осмотрел проделанную им работу.

— Дерьмо, — вынужден был констатировать он.

— Дерьмо, — согласился Хороняка, — но тут сейчас делать нечего.

Буквально через пятнадцать минут прибыл Борода, он осмотрел залитую изолятором магистраль, хмыкнул и сказал:

— Лучше бы я вас вообще ни о чем не просил.

— А чего ты хотел? — вскинулся Хороняка. — Вырубай корабль, напяливаем скафы, и тогда починим, как положено. Или ты думал, что я голыми руками полезу к проводам, где напряжение такое, что если долбанет — от меня только фляга останется?

— Ничего я не думал, — буркнул Борода. — Хрен с вами, сам сделаю, как на станцию прилетим…

Он развернулся и покинул отсек, ну а Хороняка торжествующе, словно бы сверху вниз, поглядел на Рико и заявил:

— Вот видишь — ничего не сделано, а значит, и переделывать не надо…

— Да уж…

* * *

Рико, наконец, покинул ангар и зону порта, оказался фактически в центре станции, там, где и бурлила жизнь.

Ни хрена себе, какое здесь столпотворение! Как-то за время жизни на станциях вроде «Норы» он совершенно отвык от подобного.

Людей было столько, что у Рико замелькало перед глазами. Все они куда-то спешили, людской поток обходил его стороной, будто волны реки обходят камни.

Человеческое течение проходило мимо, а Рико стоял, все еще не решаясь «вступить» в него, то ли боясь, что этот поток понесет его непонятно куда, то ли все еще не определившись, куда сам хотел.

Вообще станция