Магия книг - Кай Майер

Втащив наверх Темпест, Фиона подала руку Филандеру.

– Матерь Божья! – вырвалось у девочки, когда она оказалась в салоне летательного аппарата. Филандер ещё никогда не слышал, чтобы она упоминала Богоматерь всуе.

Стоя на коленях возле люка, Фиона бросила на неё взгляд через плечо:

– Нравится моя обстановка?

– Господи, что это?

– Воздушный корабль, – ответил Филандер. – Воздушный шар – это всего лишь иллюзия. На самом деле он выглядит именно так.

Фиона махнула кому-то, кто, должно быть, находился на крыше прямо под ними. Филандер и Темпест обеспокоенно переглянулись, а затем, крепко ухватившись за край люка, осмелились посмотреть вниз. Между заснеженными скатами крыши вынырнула чья-то фигура.

– Это Седрик? – ошарашенно спросила Темпест.

– Похоже на то, – отозвался Филандер.

– Вы знаете его? – Филандер и Темпест не видели лица Фионы, однако по её голосу им показалось, что она улыбается. – Он внезапно материализовался в коридоре. Я обещала ему, что мы захватим его с собой, если он задержит охрану и даст нам достаточно времени, чтобы добраться до «Каскабели».

– Ты пообещала ему это, когда вы сражались с охранниками плечом к плечу?

– В общих чертах – да.

Седрик задрал голову. Позади него, в дверном пролёте, ведущем на лестницу, показались двое его противников.

– Сначала мне встретилась парочка вот этих, – продолжала Фиона, – однако потом их стало слишком много. Его присутствие весьма пригодилось.

– Похоже, это мои тюремщики, – заметила Темпест. – Вон тот, с бородой, связывал меня.

Седрик запустил мощную ударную волну в направлении двери в скате крыши. С оглушительным треском кирпичный скат обрушился, отбросив охранников обратно на лестничный пролёт. Из пролома поднялось облако пыли, а затем половина крыши рухнула вниз, погребя под собой и дверь, и нападавших.

В сиянии страничного сердца Седрик вознёсся вверх, прямо к «Каскабели». Трое друзей расступились, чтобы дать ему возможность попасть внутрь корабля.

– О господи, – произнёс Седрик, оглядевшись. За его спиной Фиона захлопнула люк.

Повернувшись к ней лицом, Седрик отвесил поклон:

– Седрик де Астарак. С кем имею честь?

– Фиона. – Она не назвала свою фамилию.

Филандер с беспокойством вспомнил, что именно изыскания Седрика в своё время привели к тому, что брат Фионы, Персиваль Ферфакс, свернул с пути истинного.

– Может, мы теперь отправимся восвояси? – нетерпеливо поинтересовалась Темпест.

– Мы уже летим, – ответила хозяйка воздушного шара, не сводя глаз с нового посетителя.

Филандер поспешил к одному из высоких окон. Действительно, они удалялись от Чэгфорд-хауса: в такую метель, да ещё в полной темноте его было уже не различить. На улице перед особняком двигались огоньки: вероятно, это наконец прибыла полиция.

– Надеюсь, они найдут и заберут его, – сказала Темпест, бесшумно подойдя и встав рядом с Филандер. – Я хочу сказать – Артура.

Филандер кивнул:

– Или мы заберём его, как только сможем. – Идея вернуться в Чэгфорд-хаус в настоящий момент казалась ему абсурдной, однако он привык отвечать за свои слова. Он позаботится о том, чтобы старшину книготорговцев похоронили по-человечески, хотя бы ради спокойствия Темпест.

Приобняв девочку, через её плечо он увидел, что Фиона и Седрик по-прежнему стоят друг против друга в напряжённой позе. Их вежливая беседа не могла скрыть подозрительности, с которой они оценивали друг друга.

– Вы агент Академии, – констатировала Фиона.

– Боюсь, что я был им слишком долго. Не могли бы вы дать мне где-нибудь выйти?

– Где вам будет удобно?

– Вы знаете мост, ведущий в Ниммермаркт?

– Ниммермаркт? Но туда невозможно попасть.

– Будьте добры, выпустите меня там.

– Вы не находите, что я имею право требовать от вас ответа? Вы мой должник.

– Нет. Мы квиты. Без меня вы бы не продержались.

Фиона рассмеялась серебристым смехом:

– Я просто пропустила вас вперёд, дорогой мой! Однако, должна признать, вы ускорили события. И возможно, без вашей помощи мне пришлось бы попотеть.

Филандер взглянул на Темпест:

– «Дорогой мой»?

– Он ей нравится.

Юноша вздохнул:

– Мерси он тоже нравится.

Глаза Темпест расширились.

– Где же Мерси?..

Часть третья

Узловатая Буквожорка · Ворота в хаос · Завещание Баррабаса де Баррабаса · Незнакомец в клетке · Абсолон и его копия · Сопротивление печатному слову · Тайна Бенджамина Каттера

30

Карета огибала замёрзшее озеро, когда Мерси рискнула обозреть цель своего путешествия через заледеневшее окошко.

Клойстерхэм выступил из темноты на противоположном берегу озера – нагромождение фасадов и шпилей, на крыше которого вздымался в небо лес каминных труб. Поместье окружала буйно разросшаяся живая изгородь, практически скрывавшая его нижний этаж. Никаких пристроек и флигелей, где жили бы слуги, поблизости видно не было.

Вокруг поместья и озера на много километров, похоже, простирался густой лес. Бесконечные ряды заснеженных узловатых деревьев поскрипывали под ночным ветром, царапая сухими ветвями стенки кареты.

Мерси закуталась в два одеяла, натянув их до самого подбородка. Ещё час пути при такой температуре, и Шарпину пришлось бы втаскивать её в дом на руках, – она промёрзла так, что практически не могла двигаться. По дороге она несколько раз задавалась вопросом, не собирался ли кучер возить её туда-сюда по ночной зимней пустоши до тех пор, пока она не станет полностью беспомощна. Седжвик однажды назвал Шарпина «в высшей степени практичным человеком», и в этом вопросе девушка охотно верила комиссару на слово. Шарпину не были свойственны ни деликатность, ни щепетильность, однако Мерси подозревала, что помощник Седжвика по-крестьянски ушлый и смекалистый, и предпочитала держаться подальше от его огромных ладоней, больше походивших на лопаты.

Наконец Шарпин остановил лошадей. Она услышала, как он слез с облучка и затопал по снегу к дверце кареты. Когда он распахнул её и заглянул внутрь, девушка увидела, что его борода и край меховой шапки обросли сосульками.

– Приехали.

Мерси с трудом кивнула: холод сжимал её шею, словно железный ошейник.

– Ближе к дому карете не подъехать. Мне нужно отвести лошадей в конюшню за поместьем.

Она выпуталась из заиндевевших одеял, пару раз согнула и разогнула пальцы, пошевелила ими и взялась за ручку своего чемоданчика. Шарпин не предложил ей донести его до двери. Да она и не позволила бы ему сделать это.

Первые шаги по снегу дались девушке с огромным трудом, однако затем она почувствовала себя лучше, потому что можно было наконец размять ноги. Перед ней расстилалась узкая дорожка, протоптанная в снегу и ведущая между кустами живой изгороди к воротам поместья. Высокую стену, окружавшую дом,