Братство - Алексей Рудаков

— Они? — Перебил меня капитан и заметив, как я недовольно поморщился, ухмыльнулся. — Что? Не нравится, когда перебивают? Вот! Хе-хе-хе. Ладно. Продолжай.

— Я имел в виду — власть. Маркиза и прочих. — Дождавшись его кивка, я продолжил. — Не спросили про груз. Это странно. Кто-то где-то нашёл корабль, грузовой — и? И пофиг? На груз? Даже ради любопытства? Нет, — я покачал головой. — Уверен, они знали, что мы нашли и были этому рады.

— Рады чему?

— Тому, что мы объявились. Понимаете… Всё время он относился он ко мне так, будто только и ждал повода выпроводить. Передать ультиматум и быстро выгнать. Груз? Да пофиг! Ты — бандит и всё. Точка. Подстава это.

— Постава? — Нахмурившись, Самарин почесал ручкой лоб. — Что ж… Как вариант, как предположение — да. Принято. Но на практике…

— А что? Нас не могли подставить?

— И как ты себе это представляешь? — Весельчак встал и, подойдя к шкафчику, достал оттуда бутылку коньяка и три стопки.

— Ну… — Я взял свою порцию и покрутил её в пальцах. — Про транспорт мы от Жерга узнали. Мне сложно поверить, что он сумел вот так точно — миной, и точно перед прыжком, залепить им в рубку. Роже не говорил — они туда заходили? В рубку то есть?

— Нет, зачем? — Самарин снова почесал лоб и раздражённо отложил ручку. — Чёрт! Он сказал, что дверь заблокирована была. Но это нормальная практика у них — перед прыжком блокировать все двери. Он заварил её — всё по инструкции и дальше пошёл.

— А остальные двери?

— Что остальные?

— Они все тоже заблокированы были?

— Эээ…. Да я и не спрашивал.

— Так спроси! — Молча слушавший нас Вильсон отставил стопку. — Набери его.

— Угу. — Старпом вытащил свой комм и набрав короткий внутренний код, приложил его к уху. — Роже? Минутка есть? Ага… Скажи, я по-быстрому, на том транспорте, ну где Сэм рубился? … Вспомнил? Ну… Ага. Там внутренние двери заблокированы были? …Надо. Чёрт! Просто ответь… Да? Даже так?… Угу… А чего не доложил сразу? … Ладно. Спасибо. Угу, и тебе. Отбой.

Оторвав комм от уха, он хотел было им почесаться, но удержался. — Нервы шалят. Вот стоит перенервничать — так зуд сразу. И врачи…

— Самара! — Оборвал его капитан. — Что Роже?

— Говорит — сам удивился. Все двери, ну — кроме рубки, открыты были. Не доложил потому, что посчитал это обычным разгильдяйством экипажа.

— Вот. — Я тоже поставил стопку на стол и принялся загибать пальцы. — Идеально остановленный транспорт с секретным грузом — раз. Открытые в нарушении инструкций двери — два.

— Была бы подстава, — покачал головой, не принимая мои аргументы Вильсон. — Не послали бы за нами крейсера и матку. Не сходится, Сэм.

— Так мы же ушли! Я хочу сказать — нам позволили уйти! Вот-то, Бабулюс наш — вообще, без единой царапины, ушёл. Да и мы особо не пострадали.

— Не пострадали? — Фыркнул он в ответ. — Не пострадали!

— А ведь он прав, Виль, — поддержал меня старпом. — Повреждения минимальные. Один убитый, я про канонира, не про Зёму. Против нас пара крейсеров была и матка с полным брюхом, а мы — ушли.

— Опыт не пропьёшь, — он ещё сопротивлялся, но было видно, что это сопротивление вызвано только его упрямством.

— Нам дали уйти. Позволили. Согласись. — Самарин приподнял свою стопку. — Помянем ушедших.

— Память! — капитан оторвал от столешницы свою.

— Память, — эхом повторил я и мы выпили не чокаясь.

Несмотря на то, что коньяк у него был первосортный, я выпил всё содержимое не ощущая вкуса, только машинально отметив, как благородный и несомненно дорогой напиток обжог губы и горло.

С минуту мы молчали, мысленно перебирая образы ушедших товарищей, а потом первым нарушил тишину старпом.

— М-да… С этого ракурса ситуация выглядит по-другому. Вот только зачем? Жерг так и не объявился?

— Нет, — Вильсон заново наполнил стопки. — Пропал. Как в воду канул — ни от него, ни от экипажа его, ничего нет.

— Залёг на дно? — предположил я, беря свою порцию в руки и принимаясь снова её покручивать.

— Может… — Как-то рассеяно произнёс он. — А может сел где-то, ремонт проводит.

— С чего ему ремонтироваться? Он же первым свалил?

— Да почём я знаю!

— Капитан, — я вернул стопку на стол. — Старпом. Смотрите. Мы захватили груз.

— Ну?

— Он у нас. Мы выясняем, что груз… Что он…

— Палёный, — подсказал Самарин.

— Угу. Палёный. Пытаемся его спихнуть и выясняем, что груз, что про него уже знают и более того — нас уже ждут. С готовым Указом Императора. Как по мне — так подстава это!

Не дожидаясь я выпил свою порцию, снова не почувствовав вкуса содержимого.

— Хорошо, хорошо. Подстава! — Весельчак так же быстро опустошил свою ёмкость. — А нам-то что с того? Что делать будем? И сами и с грузом что?

— А что — с грузом? — Самарин поднёс стопку ко рту, но пить не спешил. — На Бабулюсе всё норм. Воздух, вода, еда — полный комплект. Экипаж минимальный, запасов на пару месяцев хватит. Пусть себе висят. Фильмов и книг там много — я как чувствовал, загрузил им по полной.

— А мы? Нам теперь куда?

— Вернёмся на Кило. Там мы всяко инфы больше накопать сможем. Да и не сунется туда никто.

— Думаешь? — Капитан с сомнением покачал головой глядя куда-то мимо нас.

— Дружище! — Самарин улыбнулся в первый раз за всю нашу беседу. — Что-то ты раскис. Ну да ничего. Вернёмся, я тебя лично к Мадам Жужу отконвоирую. Встряхнёшься. Смотри. Что б Кило взять надо пару флотов пригнать. А это — шум. Как только мы узнаем о сосредоточении флотов, а согласись, провернуть такое втихую — невозможно.

— Угу.

— Вот. Мы шедевр Роже во все сети — мол вот оно чё! Империя своими торгует! Баб наших под чужих кладёт! Ты шум представляешь? Такое начнётся, — старпом махнул рукой. — Добавим легенду, что Сэм Сиверсу озвучил — всё! Никто, даже Сам! — Он ткнул пальцем в потолок. — Нас и пальцем тронуть не посмеет.

— Да, — я поддержал его. — Потребуем открытого процесса, следствия, освещения в СМИ и, по крайней мере, на время расследования нас тронуть не посмеют. Запрут на Кило — да. Но атаковать — нет.

— Вы сами в это верите? — Вильсон усмехнулся, но как-то кисло. — Лично я — нет. Империя с террористами не разговаривает, а нас именно такими и делают.

— А мы заставим! Встряхнись! — Самарин встал и подойдя к нему, положил руку на его плечо. — Я тебя прямо не узнаю. Что с тобой, Виль?

— Да на душе погано как-то, — признался тот. — Как тогда, три года назад.

— Когда нас нагнули?