Улей Хельстрома - Фрэнк Герберт

— Но у вас ведь нет официального статуса, мистер Джанверт, верно? — спросил Хельстром.

Джанверту понадобилось несколько секунд, чтобы оценить слова Хельстрома. Этот вопрос с подковыркой не понравился Джанверту. Сам не сознавая того, он сделал шаг, отступая от Салдо.

— Это так? — повторил вопрос Хельстром.

Джанверт воинственно выпятил челюсть.

— Полегче, черт возьми, с моим официальным статусом, Хельстром. Ваша мисс Калотерми приехала на велосипеде в мотель Перуджи. А этот велосипед принадлежал некоему Карлосу Депо, одному из наших людей, к которому, как мы подозреваем, вы тоже испытывали расположение.

Выгадывая время, чтобы обдумать услышанное, Хельстром произнес:

— Я что-то не могу уследить за вашей мыслью. Кто это… ах да, служащий компании, которого искал мистер Перуджи. Я ничего не понял насчет велосипеда, но… Вы что, хотите сказать, что тоже работаете на эту компанию по устройству фейерверков, мистер Джанверт?

— Вы скоро увидите здесь нечто побольше, чем фейерверк! — угрожающе бросил Джанверт. — Где мисс Калотерми?

В сознании Хельстрома быстро прокручивались подходящие ответы. Прежде всего он похвалил себя, что предусмотрительно спрятал Фэнси подальше от глаз и заменил ее Мимекой. Случилось самое худшее. Они выследили проклятый велосипед. Продолжая тянуть время, он сказал:

— Боюсь, мне точно не известно, где мисс…

И этот момент выбрала Мимека, чтобы выйти из арки в столовую. Кухонная дверь с хлопком закрылась за ней. Она не видела до этого Перуджи и приняла Джанверта за приглашенного на ленч гостя.

— А вот и я, — сказала она. — Ленч уже остывает.

— Ну, вот и она, — произнес Хельстром, делая Мимеке знак замолчать. — Фэнси, это мистер Джанверт. Он принес нам печальную новость. Мистер Перуджи умер при обстоятельствах, которые кажутся довольно загадочными.

— Как ужасно! — воскликнула молодая женщина, прореагировав на еще один знак Хельстрома — теперь уже говорить.

Хельстром посмотрел на Джанверта, задаваясь вопросом, сошла ли подмена. Мимека подходила под описания Фэнси. Даже голоса их были похожими.

Джанверт поглядел на нее и требовательно спросил:

— Где, черт возьми, ты взяла тот велосипед? И что за наркотик ты использовала, чтобы убить Перуджи?

Удивленная Мимека поднесла руку ко рту. Она теперь чувствовала исходивший от Джанверта запах гнева, смешанного со страхом, и этот резкий голос вместе с неожиданными вопросами привели ее в замешательство.

— Одну минуту! — Хельстром просигналил на языке жестов Улья, чтобы она молчала, позволив ему взять инициативу в свои руки. Он повернулся к ней лицом, окинул суровым взглядом и сказал тоном требовательного родителя: — Фэнси, я хочу, чтобы ты сказала мне правду. Ты провела прошлую ночь вместе с мистером Перуджи в мотеле?

— Вместе… — она тупо покачала головой. Тревога Хельстрома была очевидной, и она видела, что Салдо била нервная дрожь. Однако Нильс приказал ей говорить правду, и он сопроводил эти слова знаком на языке жестов Улья.

В комнате воцарилась гнетущая тишина, давившая на них, пока она придумывала ответ.

— Я… конечно, нет! — произнесла молодая женщина. — Вам же обоим это известно. Я была в… — Она замолчала, внезапно у нее пересохло в горле. Она чуть было не сказала: «В Улье». Чрезвычайно напряженная атмосфера, царившая в комнате, нервировала. Ей надо лучше следить за своими словами.

— Она была здесь, на Ферме, прошлой ночью, — сказал Салдо. — Я сам видел ее.

— Так, значит, вы будете продолжать играть в прятки, — насмешливо произнес Джанверт и внимательно посмотрел на молодую женщину, чувствуя ее глубокое беспокойство под маской смущения, подтверждающее все, что говорил Перуджи перед смертью. Она была там, в мотеле. Она убила его, и скорее всего — выполняя приказ Хельстрома. Однако доказать это будет чертовски трудно. У них были только сообщение Перуджи и описание той женщины. Щекотливая ситуация.

— Через два часа сюда нагрянет столько законников, сколько вы никогда в жизни не видели, — пробурчал Джанверт. — Они допросят ее, — он показал на Мимеку. — Не пытайтесь спрятать ее. Отпечатки пальцев остались на велосипеде и в комнате Перуджи. Ей придется ответить на несколько весьма любопытных вопросов.

— Возможно-возможно, — согласился Хельстром. Голос его становился уверенней по мере того, как он видел, что меры предосторожности, предпринятые им, открывали им путь к спасению: отпечатки пальцев Мимеки не дадут ничего, абсолютно ничего. — Но сами вы, мистер Джанверт, я так понял, — не представляете собой закон. И пока законники…

— Я же сказал вам, хватит! — резко перебил его Джанверт.

— Я могу понять, почему вы так нервничаете, — продолжил Хельстром, — но мне не нравится ваш тон и ваши выражения в присутствии этой молодой женщины. Я хочу попросить вас…

— Что? — снова перебил его Джанверт. — Выбирать выражения в присутствии этой молодой женщины! Она переспала с Перуджи прошлой ночью, и ей были известны такие трюки про траханье, о которых тот никогда и не слыхивал! Выбирать выражения!

— Ну, хватит! — воскликнул Хельстром и быстро просигналил Мимеке уходить, однако она слишком внимательно слушала Джанверта, чтобы заметить знак. Ведь Хельстром сказал, чтобы она говорила правду, — и что она слышит!

— Переспала? — переспросила она. — Да я даже не знакома с мистером Перуджи.

— Этот номер не пройдет, сестричка, — сказал Джанверт. — Обещаю: не пройдет.

— Тебе не нужно больше отвечать на его вопросы, Фэнси, — поторопился произнести Хельстром.

Молодая женщина бросила взгляд на Хельстрома, оценивая ситуацию. «Перуджи мертв! Что же сделала Фэнси?»

— Правильно, — продолжил Джанверт. — Заткните ей рот, пока не придумаете правдоподобную ложь. Но обещаю вам, мы на это не купимся. Медицинское обследование…

— В самом деле, — прервал его Хельстром и вздохнул с неподдельной печалью. Потом повернулся к Мимеке. — Фэнси, дорогая, ты не должна говорить ничего, пока сюда не прибудут официальные лица, если они действительно появятся здесь по столь нелепому…

— О, они появятся, — перебил его Джанверт. — И тогда, я думаю, после медицинского обследования обнаружатся весьма любопытные результаты.

Салдо, все еще сражаясь с защитными рефлексами, воспитанными Ульем, жестами привлек внимание Хельстрома и сказал:

— Нильс! Вышвырнуть его отсюда?

— В этом нет необходимости, — ответил Хельстром, ответным взмахом руки приказывая Салдо взять себя в руки.

— Вы чертовски правы, в этом нет необходимости, — заметил Джанверт. Сунув руку в выпирающий карман пиджака, он еще на два шага отошел от Салдо. — Не стоит, детка, делать этого, или я успокою тебя на веки.

— Эй! Эй! — закричал Хельстром. — Хватит!